Его адептка. Светлая для Темного

– Внимание, мелкий, ты только что прочувствовал систему «Антипобег» имени Толина Ревейна.
– Да не верил я, что он реально сбежит. – Маг бесцеремонно задрал мою ногу и осматривал подошвы сапог. – Ого! Ты глянь, кожа рвара. Малыш у нас моднявый.
– Малыш тупо хочет жить. Но с такими учителями у меня нет шансов. Не убегал я. Миски убежали.
Близнецы задумчиво уставились в сторону ручья. Я же поднялась на ноги и поковыляла обратно в лагерь. Фиг они теперь меня заставят за водой ходить. И посуду пускай сами моют!
 
Глава 2
 
Я была нужна близнецам Ревейн сильнее, чем они хотели это показать. Иначе фиг бы они сняли с меня «Антипобег». А тут целый ритуал провели, извинились и предложили чистую одежду. Разумеется, я отказалась. Еще я чужие обноски не носила! Да и переодеваться в их присутствии все равно не рискнула бы.
– Арден, ты воняешь паленым. – Лин недовольно сморщил нос.
– Так не нюхай, – буркнула я, заматываясь в одеяло.
Лето в Серых горах заканчивалось. Днем воздух прогревался, зато после заката становилось зябко. И почему эти умники не открыли прямой портал в школу темных?
Этот вопрос я и задала Эдриану.
«Потому что не могут. Они сунулись в драконью долину самовольно и теперь опасаются получить по башке…»
«Так они же рассчитывали найти у драконов подопечных…»
«Которых не смогли бы пригласить в школу темных в ближайшие лет пятнадцать-двадцать. – Эдриан замолчал, как мне показалось, он о чем-то задумался. – Тэлли, прости меня. Я не думал, что мое воскрешение так затянется…»
«Не переживай. Я не собираюсь выбросить медальон в ближайшие кусты».
«Спасибо тебе».
«Я всего лишь возвращаю долг. Если бы не ты, я бы погибла…»
«Смешная ты, Аратэль, и безрассудная».
«Не будь я такой, возможно, ты и сейчас оставался бы рабом Мидара Светлого».
«Возможно, Тэлли. Все возможно…»
Эдриан затих. Я и сама с удовольствием провалилась бы в сон, но он не шел, а проклятая память упорно возвращала меня в тот день, когда Ильноор едва не оказался стерт с лица земли. Верховный жрец Мидар, только притворявшийся светлым, на самом деле был высшим демоном. Он планировал принести жителей города в жертву, чтобы открыть врата в Бездну и привести богиню Тьмы в наш мир.
Исход Тьмы… Я видела его в своих видениях и пыталась предупредить жителей Ильноора, но они только посмеялись, стащили меня с крыши храма и передали страже. Я молила об аудиенции у Владыки, а очутилась в доме верховного жреца. Он запер меня в своей башне и хотел, чтобы я увидела гибель Ильноора.
Он явился за мной, когда на город упали первые тени, – тот странный эльф с золотой кожей, называющий себя Эльеном. Он утверждал, что родился на южной границе леса и знал об эльфах так много, что с легкостью обманул всех, но не меня. С самого начала я чувствовала, что Эльен что-то скрывал, не доверяла ему, но он был единственным, кто поверил моему видению. Эльен поведал мне о первом Исходе Тьмы и о высших демонах, явившихся из Бездны. Узнав о гибели Золотого города саламандр, я решила, что не допущу, чтобы история повторилась. Поэтому, когда Эльен предложил обмануть судьбу, я согласилась.
А потом была боль… Бесконечные потоки боли, выворачивающей суставы и ломающей кости, эта боль словно прожгла внутри меня дыру, через которую вытекла магия Света. Когда я осознала, что теряю Свет, было слишком поздно. Ритуал уже нельзя было прервать, но, находясь в агонии, я услышала голос Эдриана. Благодаря ему я смогла сохранить рассудок и пройти ритуал перерождения, а когда очнулась, то обнаружила, что ужас, терзавший меня последние дни, стал явью.
Верховный жрец выпустил Тьму, заключенную в черные алтари, и она убивала эльфов Ильноора. Эльфы умирали там, где их застала Тьма: в своих домах и на улицах города. Она не щадила ни умудренных годами воинов, ни новорожденных малышей. От Тьмы не было спасения. Хищным зверем она набрасывалась на всех, в ком текла кровь светлых. Особо ей пришлись по вкусу самые сильные маги Ильноора. Они забаррикадировались в тронном зале дворца и пытались сдержать натиск Тьмы, но она выпила их силу, точно так же, как иссушила светлый источник.
 
Увидев пустую чашу, я осознала, что город обречен. Эльен, которому я доверилась, исчез. Я больше не чувствовала ни леса, ни других эльфов. Зато я их слышала. Владыку Араэна, его сына и других, умиравших в тронном зале. Бесполезная, беспомощная, я не могла облегчить их страдания. Только смотреть…
– Элена Сатор в городе.
Спокойный, чуть хрипловатый голос вырвал меня из оцепенения. Я пошла на этот голос. Сначала мне показалось, что это Эльен, но мужчина вышел из тени, и я увидела демона, которого уже встречала в своих видениях. Ужасающий, беспощадный высший демон Бездны, само воплощение ужаса и кошмара. Он надвигался на меня, а приблизившись, присел на корточки, всмотрелся в лицо умирающего Владыки и едко бросил:
– Наслаждаешься?
– К-ка-ак… Как вы можете говорить такое?
– Если подберешь сопли, у вас всех есть шанс. Обратись к Элене и попроси помочь. Здесь кругом прорва силы, но ты слишком слаба, чтобы ее собрать.
– Кто ты?
– Уверена, что хочешь это узнать?
Я молча кивнула, и демон исчез – а вместо него на залитом кровью полу появился Эльен.
Эльен. Светлый эльф с южной окраины Вечнозеленого леса. Эльф, который никогда не рождался, но которому я умудрилась доверить свои тайные страхи и надежды. Друга, которому я поверила, никогда не существовало. А вот черный алтарь был реален, и эта дрянь убивала тех, кто мне дорог.
В ту ночь я впервые ощутила Тьму как источник силы. Смертоносная для светлых эльфов, она отзывалась мне, но отказывалась подчиняться. Тьма чувствовала мою слабость и считала недостойной. Но она помогла мне услышать Элену Сатор, удивительную ночную фурию, приручившую Тьму.
Верховный жрец хотел использовать силу, полученную от жителей города, для открытия врат в Бездну, но Элена помогла направить ее на перерождение умирающих. С ее помощью светлые эльфы Ильноора изменились. Чтобы выжить, мы стали другими. Нам пришлось измениться.
– Проклятые эльфы Ильноора…
– Не надоело себя жалеть?
Голос, который я не слышала больше трех лет, заставил меня подскочить с одеяла. Лес предгорья исчез, пропал и крошечный лагерь, разбитый братьями Ревейн. Я снова находилась на руинах храма Света. Прошло столько времени, а я помнила каждую поваленную колонну, каждую разбитую статую и чашу святилища, в которой отныне плескалось нечто темное…
– У вас устаревшие сведения, Аратэль. Теперь это место выглядит так.
Демон взмахнул рукой, и руины дрогнули. Медленно воспарив, каменные обломки соединялись в новое здание. Белоснежный мрамор потемнел до серо-голубого и покрылся серебристыми письменами. Точно такие теперь украшали и мою кожу.
– За три года Ильноор изменился. Но вас же это не особо волнует. Так ведь? – Демон не повысил голоса, но рычание все-таки вырвалось из его груди, а на скулах заиграли желваки.
Лорд Адамант Вэриан Льен, главнокомандующий Темного Альянса, высший демон Бездны, возвышался надо мной, но не делал попытки прикоснуться. Каждый раз, когда он дотрагивался до меня прежде, я просыпалась, и теперь он сдерживал себя.
И каких трудов ему это стоило!
Сжатые в кулаки руки мелко подрагивали, лицо превратилось в маску, и на нем едва тлеющими угольками горели глаза. Как же он меня ненавидел, ведь я нарушила его планы. Сбежала, когда должна была стать послушной марионеткой. Лорд Вэриан хотел вылепить из меня темную, чтобы предъявить эльфам Ильноора как образец. Я должна была принять Тьму, подчиниться ей, чтобы и остальные покорились.
Что ж… Теперь я видела, что лорд Вэриан добился желаемого и без меня. Проклятые эльфы Ильноора выстроили новое святилище.
Я заставила себя подняться с каменного пола.
Это святилище отличалось от храма Света точно так же, как день от ночи. Вместо привычной белизны здесь властвовали сине-лиловые тона, а в центральной чаше плескались чернильно-черные воды нового источника. В остальном же этот храм был зеркальной копией прежнего, и эта похожесть рвала мое сердце на части.