Ректор для дерзкой (СИ)

Я оглянулась на фарна. Тот о чем-то беседовал с главой отряда наемников, то и дело поглядывая в мою сторону. Я закатила глаза. Хоть бы развязал… Стянутые на совесть руки ныли все сильнее. Сощурившись, проследила взглядом к началу веревки — фарн предусмотрительно придавил ее лапой, прижав к полу. Какое-то время придется потерпеть — судя по всему, он никуда не торопится.
Что ж, появилась лишняя минутка для обдумывания плана. В конце концов, ведь должен у меня быть свой личный план? Даже если фарн решил взять дело в свои руки. Причин не доверять ему не осталось — как минимум, после всего, что он для меня сделал. В груди приятно потеплело. Из-за творящегося последние сутки безумия у меня не было возможности остановиться и полностью прочувствовать новообретенную себя. Как я жила последние два года без этих, как оказалось, столь необходимых частичек души? Причиняющая ежедневную боль пустота внутри сменилась странным ощущением спокойствия.
Внезапно услышав особо громкий выкрик из вновь оживающей толпы, я тихонько рассмеялась. Какая ирония — время для подобных размышлений нашлось лишь на площади для казни.
— В соответствии с указом регента, — раздался рычащий голос фарна, — необходимо доставить преступницу в Цитадель. Все свободны.
По площади прокатился откровенный вздох сожаления — видимо, скучающие жители готовились к чему-то более интересному. Однако понемногу толпа и правда начала редеть. Кивнув напоследок стражнику, фарн подошел ко мне и со всей строгостью смерил долгим взглядом.
— Прошу вас следовать за мной, — произнес он холодно. — И чтобы без глупостей.
Я сдержала улыбку. Сомнительно, что кто-либо в своем уме решил бы перечить, услышав такой тон.
— Слушаюсь.
Наемники, стоявшие поперек широкой лестницы, расступились, освобождая путь. Фарн недовольно оглядел оставшихся на площади зевак и, нахмурившись, издал протяжный львиный рык, пронесшийся по всей округе.
Я едва устояла на ногах. Делать глупости расхотелось вовсе.
— Вот и славно, — подвел итог фарн, наблюдая, как последние зрители стремительно исчезают с представления.
Я пожала плечами. Конечно, в обличье мантикоры лавировать среди толпы неудобно, так что, вероятно, это вынужденные меры.
— И как мы доберемся до Цитадели? — спросила негромко, с сомнением глядя на выложенную камнями дорогу через рынок.
— Пойдем коротким путем, — не сбавляя шага, бросил на ходу фарн. — Дорога для регента и ближайших подчиненных тут рядом.
Я кивнула и двинулась следом. Фарн завернул за угол и, пройдя мимо высокого забора, отделявшего здание темницы от приютившейся неподалеку торговой площади, остановился перед воротами.
— И как давно здесь этот проход? — поинтересовалась я.
«На него регент нанес особые чары, — послышался голос Пион, и я вздрогнула от удивления. Неужели проснулась! — Если не знаешь, как смотреть, проход ты не увидишь».
— Именно так, — кивнул Земезис, спуская со спины Пион, котоая тут же поспешила забраться мне на плечо. — А теперь тихо, надо подумать о предстоящей встрече.
Мы с Пион переглянулись. Обсудить было что — к примеру, произошедшее в темнице. Да и ей явно не очень по душе пришлась внезапная вынужденная спячка. Однако мы обе промолчали и пошли вперед.
Я на миг прикрыла глаза. Помимо всего прочего, нужно не забывать о плане матери, как-то связаться с алхимиками. Что, интересно, происходит в лаборатории?..
***
Едва переведя дух от телепортации, Сомдейт принял боевую стойку. Инстинкт, с ним не поспоришь. Ожидать можно было чего угодно, и только лишь мысли пришли в порядок, поспевая за телом, он огляделся. В паре шагов от него стояла Элла, с интересом наблюдая, как помешивает какое-то густое зелье в небольшом котле ее мать. Сомдейт тонко улыбнулся кивнувшей в ответ женщине, и отошел к ближайшему стеллажу, чтобы лучше осмотреть помещение.
С губ парня сорвался смешок. Уж точно под словом «лаборатория» он понимал не это. Темная, хоть и просторная комната, освещенная лишь несколькими мерно тлеющими подсвечниками на полках по периметру. Обладая должной толикой внимательности, можно было рассмотреть странную связь в расположении свечей. Вкупе с кристаллами, красиво разложенными по углам комнаты, а также отмечая наличие других усиливающих магическое воздействие артефактов, «лаборатория» являлась своего рода столом заклинателя, только расширенным до помещения. По крайней мере, примерно так символы и маркеры использовали в свое время алхимики и колдуны до появления Исследовательского центра. Эта тема была для Сомдейта одной из любимых в курсе общей истории Альсторна, поэтому некоторое время он молча созерцал все это великолепие и сочетание энергий, приводящих к созданию по-настоящему действенных зелий.
 
— Молодой человек, — нарушила молчание мать Эллы, повернувшись к нему. — Боюсь, придется огорчить. План, в соответствии с которым надлежит действовать ради всеобщего блага, может обернуться для тебя концом всего.
Сомдейт поднял бровь и сложил руки на груди.
— Я вас слушаю, — как можно спокойнее, стараясь не выдать волнения, произнес он. — Ради всеобщего блага — звучит заманчиво.
Ничего не ответив, видимо, воспринимая его слова как должное, колдунья передала половник Элле, наказав помешивать зелье каждые две минуты, и направилась к Сомдейту, на ходу вытирая руки о передник, расшитый темно-зеленым кружевом.
Подойдя почти вплотную, женщина неожиданно тепло улыбнулась.
— Здесь все не так, как в вашем центре, правда? — поинтересовалась она, игриво поведя рукой вдоль стены, и тут же проникновенно сощурилась. — На самом деле, у нас просто недостаточно финансирования.
Сомдейт усмехнулся шутке.
— Всех кристалльных бусин не пересчитать, мама, успокойтесь, — раздался звонкий голос Эллы. — Да и не надо оно нам.
— Ну вот, — раздосадованно протянула колдунья, кивая в сторону дочери. — Разве на таком энтузиазме далеко уедешь?
Глава 58
Сомдейт ухмыльнулся. Вероятно, его и вправду собираются просить совершить нечто из ряда вон выходящее, раз уж шутками атмосфера разбавляется заранее. Впрочем, иного он и не ожидал.
— Думаю, в таком деле «далеко ездить» не нужно, — задумчиво протянул он и тут же вскинул на колдунью глаза. — Как вы сказали, вас зовут?..
Женщина дружелюбно улыбнулась.
— У меня много имен, сам понимаешь. — Она показательно обвела взглядом лабораторию, словно пытаясь объяснить данную особенность спецификой своего ремесла. — Можешь звать меня Меланией.
Сомдейт сдержанно кивнул.
Колдунья отошла к столу, приютившемуся в углу комнаты, смела пыль лоскутом узорчатой ткани и зажгла небольшую свечу под старым, покрытым медного оттенка пятнами, самоваром.
— Присядь, — повернулась она к Сомдейту, отодвигая почерневший от времени деревянный стул. — Я расскажу, что от тебя требуется.
Пока Сомдейт устраивался на покачивающемся стуле — похоже, мебель тут не меняли с рождения близняшек! — Мелания заваривала ароматный, пахнущий травами, чай. Сами собой на столе появились три высокие кружки из темного отшлифованного камня. Несколько минут спустя они были почти доверху наполнены, и Мелания позвала дочь к столу.
Сомдейт, стараясь вести себя непринужденно, наблюдал за действиями колдуньи. Неужели она заправляет лабораторией сама, имея лишь одну помощницу? Вряд ли. Учитывая многочисленные наборы инструментов, расставленные на полках, а также длинный список с заказами, который Сомдейт краем глаза успел оценить, пока шел к столу, работников должно быть еще по крайней мере двое.
Мелания выглядела, как лидер — спокойная, решительная, все движения просчитаны до мелочей. Даже защита, которую Сомдейт ради интереса прощупал, на ней стояла отменная. Зелье, талисман или услуги хорошего мага — неизвестно, но уровень высший.
— Чего в кружку уставился? — со смешком толкнула его в бок Элла, усаживаясь рядом. — Это обычный чай. Мама посылает меня за травами для него на особую поляну недалеко от города.