Наизнанку (СИ)
— Не останавливайся!
— Ты пьяная? — положив руку на затылок, притянул ее лицо ближе. В нос ударил запах коньяка, причем, не от меня.
— Конечно, ты думаешь, я способна на подобное в трезвом состоянии?
— Боже! Женщина… — я слегка толкнул ее, чтобы насладиться ее телом вблизи.
Янка упала на панель, демонстрируя всю себя. То, о чем я мечтал, сейчас стало реальностью. Я положил ладони на грудь, кожей ощущая бушующие мурашки. Никогда не видел настолько красивой груди. Наклонив голову, прижался к соску. Ореола была светлой, нежно-телесного цвета. А комочек, в который сжался сосок, заставлял мое сердце пуститься вскачь.
— Ну же! Ты же не собираешься заниматься ванильным сексом? Давай же! Возьми меня! — захрипела Янка, поднимаясь. Она прижалась своими губами ко мне.
Боже! Это было последней каплей моего самообладания, все месяцы пролетели перед глазами. Ее нежный язык резко ворвался, переплетаясь с моим. Янка стала двигать бедрами, кружа на моих коленях.
— Милый, возьми меня! Возьми, пока я не протрезвела!
— Ты сможешь остановиться?
— Заткнись! — взвыла она в голос. Резкий крик в небольшом салоне автомобиля надорвал перепонки. Ее руки скользнули к ширинке, судорожно пытаясь расстегнуть ремень.
— Глаза! — рявкнул я, когда она опустила взгляд. — На меня, слышишь? Никогда не опускай взгляд! Никогда! Опустить глаза, значит отвернуться!
— Я не отвернусь!
— Отвернешься.
— Не-е-е-е-е-ет! — взвыла она, как только я резко опустил ее бедра, входя одним резким толчком.
— Ты возненавидишь меня! — я едва мог говорить. Чувства какого-то бурлящего наслаждения накрывали меня, мог только смотреть на помутневшие глаза Кролика. Она обвила мою шею руками, прижавшись лбом.
— Не говори ерунды! Я буду рядом. — шептала она.
— Не обещай! — я крепко держал ее за бедра, то поднимая, то с силой опуская. С каждым толчком ее тело становилось все мягче, а вздохи быстрее. Она впивалась ногтями мне в шею, грудь вибрировала от быстрых толчков.
— Б**ть! Б**ть! Б**ть!
— Давно мечтал прополоскать твой рот!
— Лучше поцелуй, зануда…
******
— Не отводи глаз! Смотри на меня! — я еще никогда не был рад тому, что лифт поднимается так медленно. Как только мы вошли в лифт, прижал к зеркальной стене. Сжимая одной рукой порозовевшую от ласк грудь, второй скользнул между ног. Нащупал клитор и, пропустив его между двумя пальцами, начал растирать влагу, едва касаясь напряженного бугорка. Янка хныкала и старалась крутить бедрами в поисках пальцев. — Тише! Не разбуди соседку!
Я перекинул ее через плечо, как только двери лифта открылись. Впервые готов был взорваться от гнева, что на двери так много замков. Янка похихикивала, слушая мои чертыханья.
— Я знала, что ты будешь ругаться, поэтому закрыла только на верхний, — пропищала она.
— Кажется, я говорил тебе, чтобы замки всегда были закрыты? — войдя в квартиру, запер дверь и бросился в спальню, скидывая сапоги с ее ног.
— Не-а… Там тоже нет кровати, — ее хохот стал громче.
— Заноза такая! — взвыл я и поставил ее на пол. Без высоких шпилек она стала такая маленькая, едва доставая мне до плеч.
— Я выкинула все, на чем ты мог трахаться со своей брюнеткой! — крикнула она и схватила бутылку коньяка, оставленную мной на гладильной доске. — Чтобы духу ее здесь не было! Никогда! Слышишь? — ее глаза блестели огнем, в котором сгорала смесь чувств. Там было все: и ревность, и желание, и гнев. Все сразу, одновременно. Она сорвала с меня рубашку и быстро расстегнула брюки. Тело дрожало, движения стали резкими, а улыбка коварнее. Черт! Эта женщина станет моей погибелью…
— Ее и не было. Ты первая, кто осквернила мое жилье. — подцепив пальцем край шубы, сбросил ее на пол. — Один раз!
Рывком притянул ее к себе, чуть приподняв, чтобы достать до губ. Чем больше я прикасался к ней, тем сильнее хотелось. Какие-то неконтролируемые эмоции захлестывали меня.
— Зачем ты приехала? — я начал двигаться на нее, а Янка улыбалась и отходила, не отводя глаз.
— Я думала, что ты меня пригласил! — она пожала плечами, но в тот же момент вскрикнула, потому что уперлась в окно во всю стену. Бежать было некуда, отчего огонь в глазах вспыхнул еще ярче.
— Зачем ты приехала? — повторял я вновь и вновь. Янка прижалась к стеклу, раскинув руки в стороны.
— Мне стало одиноко, — она закусила губу и прильнула ко мне.
Черт! Ее шелковая кожа так волшебно ощущалась всем телом.
— Как ты узнала адрес?
— Не скажу, — стонала она, пытаясь заткнуть мой рот поцелуем.
— Как ты узнала адрес?
— Лазарев! Это он тебя с ней познакомил. Прекрати болтать! Вспомни… Ты сегодня моя персональная шлюха! Поэтому не забывай… — она не успела договорить, потому что я поднял ее и, крепко сжав бедра, вошел. Только на этот раз так медленно, как мог. Янка стонала и билась головой о стекло. Выходил полностью, заставляя ее почти плакать, а входя, будто случайно задевал клитор головкой члена, упиваясь ее громким вскриком.
— Называй меня Ваше Величество, — Янка закусила нижнюю губу.
— Женщина, кто Вы? Где та трепетная лань?
— Знакомься, прислуга… Я стану твоей королевой. Приказываю тебе трахнуть меня до искр из глаз, — хрипела она. Тонкие пальцы судорожно сжимались, скребя ногтями по стеклу. Янка готова была расплакаться, но держалась, не сводя с меня глаз.
— Очень грязный рот… Очень! — Мои движения становились все медленнее. Я входил в нее миллиметр за миллиметром, наслаждаясь ее страдальческим выражением лица. Янка пыталась двигать бедрами навстречу, но я крепко прижимал их к холодному стеклу, лишая всяческой возможности двигаться.
— Я больше не буду! — сквозь стон прошептала она.
— Что конкретно?
— Не буду пить!
— Пей, милая… Пей, но только дома! — я чувствовал, как оборвалось сердце, когда я отпустил ее бедра и вошел так глубоко, как только мог. Янка распахнула глаза, вновь вспыхнувшие ярким пламенем.
***
— Я не могу пошевелиться, — на мою грудь легла тонкая ручка. Она выписывали круги, перебирая волосы. Я лежал на боку, а Янка прижималась всем телом к моей спине, перекинув правую ногу.
— Ян, открой дверь! — Мы проснулись от настойчивой трели домофона. И этот гость явно не планировал уходить так скоро.
— Это твоя квартира, — прохрипела она.
— У меня другое мнение на этот счет. — я поднял голову и осмотрелся. Мы так и уснули на полу, лежа прямо на шубе.
— Ты мне должен шубу.
— Почему я? — перевернулся на спину, чтобы увидеть ее лицо.
— Потому что у тебя не хватило сил, чтобы донести меня до кровати! — Янка почти шепотом произнесла эти слова и покраснела. Щеки вмиг стали пунцовыми, а густые ресницы затрепетали, как крылья мотылька.
— Я закинул деньги на карточку, с остальным ты справишься.
— Мне не нужны деньги!
— А я не умею покупать шубы! Вставай, там может быть кто угодно. Начиная с Лазарева, заканчивая твоим отцом.
— Отцом? — взвизгнула Янка и бросилась в ванну, прикрывая хорошенький зад крохотной ладошкой.
— Черт! — я сгреб валяющуюся одежду, забросил в гардеробную и, накинув халат, пошел к двери. — Да!
— Олег, это Виктор, охранник. Утром оставили сумку для Яны Викторовны, — пробубнил парень.
— Виктор, сможешь занести?
— Да, конечно!
— Отбой, Кролик, сегодня порка ремнем от папки отменяется, — я остановился у двери в ванную, слушая, как включилась вода в душе. — Б*ять!
Сел в новое кожаное кресло и закурил, включив кофемашину. Внимательно рассматривал стальной агрегат, заполняющий маленькие чашки ароматной жидкостью, а сам все равно вспоминал подробности прошлой ночи. Почти залпом выпил кофе, не ощущая вкуса. Выпил, словно воду. Отвлек стук в дверь.
Достал из комода деньги и отблагодарил услужливого охранника. Как только дверь захлопнулась, бросился в душ.
— Олег! — Янка взвизгнула и стала крутить головой в поисках укрытия. Прозрачная стеклянная ширма не могла скрыть ее.