Лич на стажировке. Часть 1 (СИ)

— Не знаю, как сейчас, но в мое время было проведено немало экспериментов. Доходило до частичной замены костей металлом, деревом и драгоценными камнями. Но все упиралось в одну проблему: все они искажали естественный ток магической энергии вплоть до полной его блокировки. Сама понимаешь, сомнительное удовольствие. 
— А броня? Калир рассказывал, что некоторые личи носили те же нагрудники, наплечники. Сам Суртаз... 
— Нужна привычка, причем зачастую ее вырабатывают еще при жизни. Любой металл искажает ток энергии, но когда он не является частью тела — к этому легче приспособиться. 
— А правда, что нагрудник Суртаза были из кости? 
На этот вопрос подселенец почему-то ответил далеко не сразу. Видимо, решил дать мне насладиться всеми возможными оттенками боли в ребрах слева.
— Правда, — наконец, произнес Альд. — Удивительный артефакт... и настолько же жуткий.
— И корона? И маска? 
— Да. Он называл свое облачение Одеждами Смерти. И в них он действительно нес лишь смерть и разрушение. Я видел результаты попыток запечатлеть Суртаза в гравюрах и витражах... Они не передают и малой части страха и благоговения, которые Первый Некромант мог внушить одним своим появлением. 
— То есть... — начала я, но подселенец прервал меня.
— Так. Пока все, потому что тебе... — саркастически произнес он, — пора приходить в себя. 
Я отметила, что отдаленное бормотание сменилось диалогом — глубокий звучный голос спокойно и уверенно задавал вопросы, а дребезжащий старческий быстро, но не менее уверенно на них отвечал. Первый голос я узнала. И от этого узнавания мне захотелось рассыпаться заново и раскатиться всеми костями сразу на все четыре стороны и куда подальше.
— Давай-давай, просыпайся, — казалось, Альд ухмылялся. — Это ты еще не знаешь, в каком виде твой неожиданный благодетель предпочтет принимать от тебя ответную благодарность.
Мне оставалось лишь мысленно вздохнуть. Впрочем, вслух это тоже прозвучало — сдавленным шипением. Разговор рядом резко прекратился. Ну вот, даже не успела посетовать на то, что в скелетированной форме при активированном заклинании зрения неудобно притворяться спящей. Любила так в детстве подслушивать разговоры взрослых. Что ж, значит, точно пора «приходить в себя».
Окружающее меня пространство проявлялось неохотно. По простому, но симпатичному орнаменту на потолке бегали солнечные зайчики. Комната казалась светлой и уютной. Тихий шелест одежды справа ознаменовал чье-то ко мне приближение. Действительно, кто бы это мог быть... Я повернула голову. Да, комната действительно была светлой и уютной. Если бы не тот факт, что...
Остановившийся в нескольких шагах Килир смотрел на меня. Очень внимательно. Настолько внимательно, что мне стало крайне не по себе. Из-за его спины с любопытством выглядывал низенький сухонький старичок. Впрочем, повинуясь властному жесту, единственный находившийся в комнате живой человек тут же ее покинул, осторожно притворив за собой дверь.
Иссохшие губы лича растянулись в улыбке, обнажая пожелтевшие зубы. Ох, как же мне это все не нравится...
— Рад твоему возвращению, сестра.
Суртаз великий, он промурлыкал этот так, будто считает меня не сестрой, а чуть ли не невестой! Всколыхнувшееся во мне отвращение к его улыбке дополнилось еще и острым неприятием подобного обращения.
— В какой-то момент я уж даже подумал, что мой мастер не справится... — тем временем продолжил лич. — Но Суртаз милостив...
— Благодарю за помощь... брат. Чем я могу тебе отплатить? — мой голос прозвучал безэмоционально, и это меня сейчас устраивало, как никогда прежде.
— Ах, пустяки...
Килир небрежно махнул рукой, больше похожей на сушеную птичью лапу. Ага, конечно, как будто я не знаю, сколько стоят услуги мастеров-костоправов. А лич тем временем степенно подлетел ко мне. Я же, неловко приподнявшись на локте, только теперь обнаружила, что мой скелет все еще оставался полностью обнаженным. Логично, конечно, мастер только-только прекратил свою работу, если вообще успел завершить ее. Пожалуй, все-таки успел: мое тело было в сборе и пестрило вставками из костей более светлых оттенков. Покрутив головой, я с облегчением обнаружила свою рясу... мантию на стуле неподалеку. Только сумки там не было.
 
— Часть вещей забрали твои спутники, — видимо, Килир проследил за направлением моего взгляда.
Ну хоть это обнадеживало. Меня не особенно радовала мысль, что жрец мог покопаться в моих вещах. Не то чтобы там было что-то очень важное... Если не считать колдовской иглы, конечно. А Килир тем временем снова принялся глазеть на меня. То ли от отвращения, то ли просто так совпало, но я вздрогнула.
— Не перестаю восхищаться совершенством твоей формы, — звучный голос обрел бархатистые нотки с тенью восхищения. Эта фраза прозвучала бы комплиментом, пожалуй, не обладай она двойным подтекстом. И оба смысла мне не нравились.
— Брат мой в посмертии... — начала я, судорожно подбирая подходящие слова.
Килир встрепенулся и тут же сократил расстояние между нами до минимального. Я невольно отодвинулась настолько, насколько вообще могло позволить мне узкое ложе.
— Да, сестра? — вкрадчиво спросил он.
— Осторожно, без грубостей, его ранг сейчас выше, чем твой, что чревато... 
— Как будто я не знаю. Лучше бы подсказал, как бы повежливее его отшить. 
Естественно, подселенец вот прям взял и тут же подсказал. У меня вообще возникло ощущение, что эта ситуация его забавляет.
— Мне... льстит твое восхищение, но не мог бы ты... Отвернуться? — меня осенило. — Я стесняюсь.
Хм, оказывается, выражать удивление этот лич умеет не только глазами. Шевельнув бровями, он как-то неуверенно улыбнулся уголком рта.
— Ох, прости меня, — в словах Килира не звучало ни капли раскаяния, но он немного отстранился, и это уже было хоть что-то. — Восхищение ослепило меня, а в силу возраста я и забыл, сколь стеснительными бывают прелестные юные создания.
От его слащавых высокопарных речей сводило скулы и клинило челюсть. Причем, совсем не образно. Но просьбу отвернуться лич все же выполнил, правда, все так же оставаясь буквально в шаге-полутора от меня. Ну хоть так.
Сосредоточившись на мантии, я осторожно подняла ее в воздух и притянула к себе. Простейшее заклинание левитации далось мне с огромным трудом. Вместо того, чтобы аккуратно спуститься, мантия упала на меня сверху, как покрывало. Похрустывая косточками, я села.
— Может, мне стоит тебе помочь, сестра? Первые часы после восстановления...
— Спасибо, я сама.
Не оборачиваясь, лич пожал плечами, но всем своим видом продолжая показывать готовность помочь. Это уже даже не беспокоило, а просто раздражало.
— Тебе нужно привыкнуть к новым костям. А еще он, зная это, опять пытается тебя очаровать. Упорный... 
— И что мне с ним делать? 
— Подыграй. 
— Издеваешься? 
— Учитывая то, что ты — его должница... 
Намек подселенца был вполне прозрачным. Пойти навстречу, чтобы этот... извращенец не потребовал возвращать долг в какой-нибудь особенно экзотической форме. Но в моем разуме копошился червячок сомнений — не будет ли от этого подыгрывания еще хуже?
— Он каким-то образом понял, что ты молода, — внезапно выдал Альд. — Возможно, по скелету... 
— А по ауре? 
— Ее можно намеренно приглушать... Если не хочется демонстрировать свою силу. Правда, это не твой случай... 
— Вот сейчас обидно прозвучало. 
— Всего лишь констатация факта, — подселенец помолчал пару секунд. — Все-таки, думаю, о твоем возрасте он узнал от коменданта. Вряд ли она не была в курсе, кого именно к ней отправляют.
— Не важно, откуда... Меня нервирует сам факт, что он обо мне знает больше, чем я о нем. 
— На самом деле важно. Но то, что ты ничего не знаешь о нем, действительно может обернуться бедой. Еще одна причина подыграть, и она у тебя была с самого начала. Притворись невинной наивной дурочкой, у тебя это замечательно получается, — в последней фразе Альда слышалась неприкрытая издевка, но это не мешало ей быть вполне дельным советом.