Носитель гена дракона (СИ)
— Поздравляю! Я тоже! — пищу в ответ.
— Здесь мой отец. Он не в курсе, — коротко сообщает Адель, украдкой кивнув на дверь. Она в этот момент как раз открывается, и в помещение заваливается группка парней, поэтому на грузного мужчину я совсем не обращаю внимания. Зато слышу злой шепот Адель: — Ну вот!
Но она сразу же берет себя в руки и натягивает вежливую улыбку, потому как парни чуть старше нас плюхаются за стол совсем рядом со стойкой. Главаря это «мафии» видно сразу: брюнет с длинными каштановыми волосами, вальяжная поза, красивое бледное лицо с золотыми глазами и надменная улыбка. Да и остальные смотрят на него с обожанием.
— Адель, душка, принеси нам как обычно! — нахально зовет тот, что сидит от главаря по правую руку. Брюнет с короткой стрижкой и грубыми руками, хотя и одет с иголочки. Уверена, что он из работяг.
— В порядке очереди, — цедит девушка и отворачивается, но я успеваю заметить, как она закатила глаза. — Сейчас принесу твой заказ, — обращается уже ко мне шепотом.
Я поворачиваюсь к ней, но спину мне словно огнем жгут, да так сильно, что оборачиваюсь снова и встречаюсь с золотыми глазами, с интересом изучающие мой силуэт. Заметив ответный интерес, парень манит меня пальцем, не моргая. Фу, каков позер! Резко разворачиваюсь и порывисто забираю у Адель еду. Щеки отчего-то пылают.
— Увидимся там, — поднимаю глаза к небу, намекая на шпили Академии, и девушка меня понимает. Кивает с улыбкой и одними губами шепчет:
— Увидимся там.
Не глядя на компанию, быстро поднимаюсь по лестнице. Священные драконы, я же хотела спросить у нее какое-нибудь успокаивающее зелье для Хельги. Быть или не быть? Конечно быть!
Возвращаюсь в столовую, Адель выглядит удивленной, а прям чувствую, как меня прожигают золотые глаза. Главарь меня тоже заметил.
Гордо вздернув носик, подхожу к стойке и, прежде чем девушка успевает спросить, выдаю на выдохе:
— У тебя есть успокоительное зелье?
Получается немного визгливо и чересчур громко. Почему мой голос дрожит от волнения в присутствии парней? Все детство с ними провела. Неведанные раннее чувства беспокоят меня.
— Зачем тебе зелья, когда есть прекрасные маги-гипнотизеры? — раздается позади приятный голос, не слишком низкий, но и не слишком высокий.
— Не связывайся, — предупреждает Адель тихо.
— Доверяю проверенным методам, — отвечаю громко, не оборачиваясь. Я слышала про гипнотизеров. Эти маги все заклятия накладывают так, что редко известно, когда оно спадет. Может, через час, может, через пару дней. А студенты — уверена, что именно к этой категории парни и относятся — вообще плохо рассчитывают свою силу и могут отправить в транс на месяц.
— Тогда с тебя три дисса, — говорит Адель и ставит на стойку маленький зеленый флакон. — Поможет на пару часов, не больше. Сонное зелье. Других нет, извини.
— Мне подходит. — Расплачиваюсь и беру флакон, сжимаю его в руках. Он сразу же нагревается. Спящая Хельга мне не очень претит, но это лучше, чем слушать ее нотации. Кладу зелье в сверток с едой. Немного потерпеть и попотеть придется, но дело благое.
Группка подозрительно затихла, но я подмечаю это слишком поздно. Потому как неожиданно спотыкаюсь о нагло подставленную подножку одного из парней и падаю прямо в руки обладателю золотых глаз.
— Ты мне тоже подходишь, — улыбаясь слишком белыми зубами, произносит он.
꧁Глава 7꧂
— Зато ты мне — нет! — Пытаюсь отпихнуть наглеца свободной рукой, но он держит крепко за локти, не давая причинить себе вред.
— Рыжая, ты чего такая буйная? — вкрадчиво спрашивает парень, пытаясь прижать к себе. Ух, терпеть не могу, когда меня так называют!
Вообще, если парни дома задирались или наглели, я применяла одно действие, которое помогало в ста процентах случаев. Уверена, что этот нахал не исключение. Так что когда красавчики перегораживают вам дорогу, лучшее средство от них — это…
— К-х-р!!! — вырывается из него ругательство, пока он с перекошенным лицом сгибается пополам, прижимая руки ниже пояса. Этому меткому удару меня папа научил еще в детстве. В шутку. А я и запомнила.
Быстренько убегаю в сторону лестницы, пока никто не додумался поймать меня. Залетаю в комнату, запираю дверь. Надо срочно бежать отсюда, пока они не поняли, где найти меня.
— Девчонка! — Пока поспешно собираю вещи, меня сопровождает кошачье возмущение, но я не обращаю на него внимания. Один раз даже Хельге чуть на хвост не наступаю, пока она вертится под ногами.
Все, вещи собраны. Теперь дело за малым: вмешать в кошачью еду зелье. Ну не бегать же за Хельгой, чтобы прям в рот влить снотворное? Боюсь, наши отношения в таком случае окончательно испортятся.
— Что ты задумала? — заметив мой нахмуренный взгляд, Хельга поджимает хвост.
— Ничего. Сейчас дам вам еду. Жаркое не было. Только лепешки с мясом.
Отворачиваюсь спиной и щедро сдабриваю еду зельем, вылив все до последней капли. Смешиваю пальцем начинку, потому как других альтернатив все равно нет. Привычно облизываю кончик, не сразу понимая, что натворила. А когда доходит, дергаюсь в сторону, чтобы выплюнуть, но встречаюсь с внимательным взглядом Хельги. Нет, если сейчас поступлю так, она точно ничего не съест. Глотаю с таким трудом, будто в горле ком застрял.
Делаю пару шагов, и меня вдруг ощутимо пошатывает. Голова становится чугунной, такое ощущение, что кто-то затормозил мыслительный процесс, как палки в колеса вставил.
— Все в порядке? — настороженно интересуется кошка, принюхиваясь к поставленной еде. — Пахнет вкусно.
— Все отлично, — неубедительно подтверждаю. Хельга что-то бубнит под нос и принимается жевать, пока я расправляю покрывало на кровати, прислушиваясь к шуму за дверью. Раздается ругань где-то отдаленно, но голоса похожи на тех, что я слышала внизу. Вот ведь!
Это немного отрезвляет. Подбегаю к окну на ватных ногах. При должной сноровке я туда пролезу. Повезло, что второй этаж. Ниже как раз черепичная крыша, а внизу на площади снуют кареты и телеги. На крайний случай прыгну прям на брусчатку. Не в первый раз же… Только бежать с чемоданом и Хельгой нереально — это однозначно. Выбор очевиден.
— Потом вас покормлю, — бросаю на бегу, подхватывая тяжелое пушистое тело.
Хельга пытается слабо вырываться, но когда видит открытое окно, в раму которого я с трудом пытаюсь протиснуться (а мне оно шире казалось), лепечет:
— Девчонка, что ты… — И отключается. То ли от ужаса, то ли от снотворного, но ее тело разом обмякает и тяжелеет килограмм так на пять по ощущениям.
Мои кожаные туфли не предназначены для походов по черепице, так что низкий каблучок то и дело цепляется за выступы. В такие моменты кошачье тело перевешивает на одну сторону, и мне стоит огромных трудом удержать ее на себе, да и себя тоже. Медленно крадусь по крыше, стараясь не шуметь, но мое там присутствие собирает парочку зевак. Еще больше привлек народ окрик из того самого окна:
— Ты что творишь, дуреха?!
Полагаю, голос принадлежит главному нахалу, что значит для меня только одно: нужно поторопиться, потому как явно его дружки сейчас пойдут меня сторожить с земли.
Пологая крыша с одной стороны выходит на главную площадь, на противоположной стороне которой Академия и вечно снующие куда-то жители города, а на другой — тихий переулок, в который едва помещаются кареты. Но спуск там, мягко говоря, неудачный: на довольно высоко. Если только…
С кругового движения площади поспешно съезжает бричка. На вожжах сидит человек в плаще, сложно разглядеть его пол. Беспокоить таких — идея просто ужасная.
— Сейчас поплатишься, красотка! — Нахал уже пролез через окно и теперь находится от меня в нескольких шагах. Выбора нет. Хватаю Хельгу крепче и прыгаю в поравнявшуюся с нами бричку, молясь всем богам, чтобы она выдержала веса нас всех.
По моим расчетам, испуганная лошадь должна была дернуться вперед и нестись квартал, прежде чем ее остановят. Там бы я извинилась и поспешно исчезла с глаз долой. Но мои расчеты подкачали.