Шестеренки судьбы (СИ)
В стеклянных дверцах книжного шкафа я поймала свое отражение. Мы с блокнотом слегка подались вперед, что в сочетании с развернутыми плечами и старанием держать осанку создало такой изгиб, который обеспечил бы сердечный приступ и достойным матронам, и искушенным господам, но по разным поводам. Соглашусь, одежду Стивен выбрал прекрасно… для своих планов. Я же сожгу эти вещи, как только сниму!
Я старалась делать заметки, но разговор плохо клеился. Стивен-"профессор" пытался выяснить что-то у Каббаджа про известные ему раковины с дальних островов в Шартрезовом море, но коллекционер отвечал невпопад, пачкая меня взглядом. Наконец, он сдался: — Простите, милейший, я переутомился. Давайте встретимся на будущей неделе. Но в компенсацию за неудобства приглашаю вас с вашей очаровательной спутницей на сегодняшний вечер. У меня соберется небольшая компания друзей. А сейчас мне, похоже, нужно отдохнуть перед приемом.
На обратном пути в кэбе Стивен не сдерживал довольной улыбки. Я же не видела поводов радоваться. Похоже, Каббадж положил на меня глаз. — Не бойся, — Стивен коснулся моей руки. — Если в первый раз не поймет, ударишь молнией дважды, и он приляжет на травку. У меня не займет много времени включить эту демонову тревогу.
И все же пока я собиралась, Стивен сходил за успокоительной настойкой. Я чувствовала себя гораздо лучше, усаживаясь в кэбрио. Платье скрывала легкая накидка, уместная по осеннему времени. — После того, как Каббадж проверит коллекцию и включит тревожные артефакты снова, — наставлял меня Стив вполголоса, — я станцую с тобой танец, и я бьюсь об заклад, что следующий Каббадж запросит себе. Мне хватит этого времени, чтоб вернуться за ожерельем. Но хочу предупредить, Виола, что перед тем, как выйти, прятать его я буду на тебе. Оно довольно громоздкое, и в полутьме вряд ли заметят, как топорщится сюртук, но у выхода хорошее освещение. — Но в таком платье его совершенно негде прятать! — В юбке, дорогая, в твоей пышной юбке сзади. Я пришил небольшой карман среди слоев. — Ты собираешься… задрать на мне юбку?! — Кхм… не могу соврать, что я об этом никогда не… Виола, ты меня сейчас сбросишь под колеса! — при звуках его смеха, мне захотелось удвоить усилия, но я опасалась, что вскроется наш маскарад. — Нет, между мной и твоей… м… тобой будет еще много слоев ткани. Кроме того, я опущу ожерелье в прорезь среди складок. Все это произойдет после танцев, и вскоре после мы уйдем. — Ты уверен, что я смогу танцевать в этой конструкции? Если будет вальс, мне придется отказаться, — я решила уйти от скользкой темы. — На вальс я тебя сам приглашу. Его обычно ставят в конце первой части, заодно поговорим. — Стив! Я не смогу танцевать в этой юбке. — Со мной сможешь, — уверенно сказал этот манипулятор.
Мы приехали через час после начала приема, и господин Каббадж был уже навеселе. Он бормотал приветствия и уверял нас, что невероятно волновался в ожидании профессора и его очаровательной ассистентки.
Вокруг меня тут же завертелся водоворот гостей, и не то, что Стива, самого Каббаджа попытались оттереть. Вскоре Каббадж объявил танцы, будто ждал нашего прихода. Несколько голосов позвали меня танцевать, но первый танец из вежливости стоило подарить хозяину. К счастью, объявили торжественную кадриль, и танец, по сути, состоял из смены партнеров, так что, никто не остался в обиде.
"Профессор" пока не танцевал. Следуя плану, он разогнал всех гостей занудством, чтобы никто не удивился, что малосимпатичный господин остался в одиночестве, и перестали обращать на него внимание. На приемах подобного рода танцевальная программа не очень большая, и когда объявили завершающий первую часть вальс, я вздохнула с облегчением. Моим кавалером в этот раз был сам Стив — нам стоило обменяться сведениями. — Уверен, что после танцев тебе необходимо подышать свежим воздухом, моя дорогая. — Да, пожалуй, господин профессор. Полагаю, найдутся желающие составить мне компанию, но не будете ли вы чувствовать себя покинутым, оставшись в одиночестве? — Ничуть. У господина Каббаджа обширная коллекция диковин со всего света и богатая библиотека, я не буду скучать.
Значит, все идет по плану. Стив снова закружил меня, поймал после поворота и закружил еще раз. Мое желание выйти в сад будет совершенно естественным после таких упражнений, но… демоны, он действительно хорошо танцует.
Закончив танец, Стив подвел меня к хозяину, на что тот расплылся в широчайшей улыбке. Приложив руку к груди я томно прошептала: — Ах… кажется, мне нужно на воздух.
Каббадж едва ли не вприпрыжку повел меня на балкон, откуда в сад спускались ступени. За нами увязалось еще несколько кавалеров, которые довели меня до беседки, усадили и расположились рядом. На лице хозяина дома проступило разочарование: — Госпожа Фаун, я вижу, что у вас есть компания. С вашего позволения, я удалюсь уделить внимание другим гостям.
Что делать? Что делать… Виктория Фаун должна сделать то, что Виоле Блум совершенно не по нутру. Ну, Стив…
Я улыбнулась и повела плечами: — Не позволяю! — ответила я с кокетливым смешком. — Вы еще не рассказали нам про последнее путешествие. Кажется, вы упоминали, что привезли оттуда что-то необыкновенное, и в пути вас подстерегали опасности. Это так романтично! Ах, господа, дайте место господину Каббаджу, мы наверняка услышим занимательные истории.
Каббадж запыхтел от удовольствия, победно посмотрел на остальную компанию и принялся рассказывать про путешествие на Западный континент, где по огромным просторам кочевали племена, которые разводили забавных животных с длинным носом, большими ушами, острыми клыками, торчащими из морды и толстой коричневой шерстью. Каббадж утверждал, что своими глазами видел, как таких животных впрягают в волокуши, и погонщик садится на загривок. Размахивая руками, он живописал, как попытался добыть клык умершего животного, а потом долго убегал от разгневанных кочевников. Я постаралась сдержать лицо, когда представила убегающего Каббаджа.
Уверена, что половины его историй не происходило на самом деле, но мне пришлось экстерном осваивать тонкое искусство удержания мужского внимания в нужном направлении. Я ахала, взвизгивала, прижимала руку ко рту в удивлении, подавалась вперед, демонстрируя чрезвычайный интерес, и осмелилась задать несколько вопросов, которые уводили повествование в дальнейшие дебри.
За этим занятием нас и застал Стив. Он пристроился за спинами оставшейся пары кавалеров, которые не пожелали покинуть свой пост рядом с восторженной девой, и сделал мне знак, что все в порядке. По его лицу я видела, что он оценил мой спектакль, и мне не избежать его ехидных комментариев. — … копье просвистело у меня над ухом, вот так: з-з-з! — изобразил Каббадж. — З-з-з-з-з!!! — отозвался сигнал в доме.
Верю, верю, что Каббадж умеет бегать. С такой скоростью, как он вернулся в дом, он вполне мог удрать от целого племени.
Мы вернулись вслед за хозяином, но тот вскоре появился объявив, что ничего страшного не случилось. Видимо, защитные чары среагировали на магию кого-то из гостей.
Вечер шел своим чередом. Объявили вторую часть танцев. Стивен снова пригласил меня. Чтобы увериться в интересе Каббаджа, я кинула в него несколько призывных взглядов. Разумеется, в следующем танце он повел меня сам — довольно неплохо для человека его комплекции. Если бы он не старался притиснуть меня плотнее, я бы сказала, что даже получила некоторое удовольствие.
Когда Каббадж с сожалением отпустил мою руку, я объявила, что с меня на сегодня хватит танцев, и я бы перекусила, чтобы восстановить силы. Каббадж приказал подавать сладкое, и вокруг меня снова собралась жужжащая толпа. Приглашенные дамы уже стали проявлять нетерпение при виде моего успеха. Три гостьи на вид чуть старше меня в чуть более открытых платьях и гораздо более дорогих драгоценностях о чем-то шептались, поглядывая в мою сторону. Прикончив несколько крохотных профитролей я на всякий случай отошла подальше от стола, чтобы не спровоцировать старинный трюк "о, простите, я пролила вино на ваше платье", но госпожа в зеленом решила взять дело в свои руки. С решительным видом она направилась в мою сторону, и в бокале у нее плескалось что-то темно-бордовое. Я пошарила глазами по залу. Стива не было. Ах, как это некстати. Если со мной случится неприятность, его будут искать. И не найдут. Или, что еще хуже, найдут.