Я не могу с тобой проститься (СИ)
- Товарищи! Там из-за меня два идиота дуэль решили устроить, нужны секунданты и зрители! – самой смешно.
А вдруг, это больное воображение разыгралось от асфиксии из-за Стрельцовского поцелуя? Как подумала, аж губы защипало! И внутри зазвенел какой-то особенно натянутый нерв, который мне очень хорошо знаком. Он всегда о себе напоминает, когда сталкиваюсь со своим врагом или даже просто о нём думаю. Может, они просто по вагончикам разошлись и спят давно? А я тут места себе не нахожу.
Пойду-ка и я к себе…
Как в нашем дружном коллективе оказался Стрельцов, в душе не понимаю! В последний момент перед отправкой, откуда-то взялся. Он, кстати, вовсе никакой не буровик и рядом не стоял даже. Что инженеру по радиоэлектронике и прочим микросхемам, кои для меня тёмный лес, но все же понимаю, что не та тема, делать на буровой?
Я-то хоть врач, тут вдали от цивилизации медик необходим, но вот эти его тонкие материи, точно не по адресу! Да и работа дежурного электрика на буровой станции, явно требует других навыков и закалки, больше физическая, а он тяжелее микропаяльника или компьютерной мыши ничего, наверное, в своей жизни в руки-то не брал!
А какого, извиняюсь, рожна Красавину не жилось спокойно? Приехал бабки зарабатывать – флаг и барабан всегда наготове! Тем более, думать обо мне, как о личной собственности, я ему повода не давала. Зачем полез в разборки со Стрельцовым?
Я не могу избавиться от мысли, что мужики не по норам разбрелись, а именно, занялись излюбленным русским народным аттракционом: свадьба без драки – деньги на ветер! В нашем случае юбилей.
Ни к чему это. Совсем ни к чему!
Красавчик тут третий лишний. Это наше дело! Всегда, всю мою сознательную, начиная с подросткового возраста, жизнь, это дело было только нашим: моим и Игоря… и больше ничьим!
Никто не понимает, почему буквально чуть ли не с первой встречи мы с ним, как кошка с собакой, я сама не понимаю, да и он, наверное, тоже! И при всём при этом злодейка – судьба, словно играя в какую-то свою странную жестокую игру, сталкивает нас по жизни.
А уж на этот раз столкнула там, где я ожидала всего меньше! Страна огромная, профессии вообще далеки друг от друга, да и мало ли буровых станций понатыкано в самых разных уголках нашей богатой на нефтяные и прочие месторождения, родины, но она так извернулась снова, что мы оказались в одном посёлке в одну вахту!
Я сразу спросила, как только стали грузиться в автобус, отправлявшийся до вертолётной площадки,
- Какими судьбами? Назло мне что ли?
- Очень надо, - фыркнул насмешливо, - тоже мне королева! – как всегда пренебрежительно, холодно и высокомерно. Сколько лет знакомы, а вот это высокомерие, словно я не человек, а какая-то букашка, прилипшая к его дорогому ботинку, так и остаётся в нашем уравнении со множеством неизвестных, постоянной величиной!
То, что королевой обозвал, не удивительно, фамилия обязывает, потому что я - Инна Королёва. А вот высокомерие и пренебрежение бесит! Я отнюдь не дура и далеко не уродка! Многие говорят, что красавица. Да и сама, критически оглядывая себя в зеркале, признаю, что мне повезло больше многих. На горизонте маячит тридцатник, но по виду не больше двадцати. В магазинах при попытке купить алкоголь до сих пор требуют паспорт, и увидев год рождения, после нехитрых подсчётов, непременно интересуются,
- Кому душу продавать? Адресок не подскажете?
А я так же непременно отвечаю,
- Генетика! - спасибо родителям за вечное тинейджерство, ну и стиль, конечно – моя собственная фишка. Не люблю дамочек изображать, в моём гардеробе, безусловно есть и тонкие шпильки, и платья в пол с глубоким декольте, и богатый выбор косметики, но это всё так, для особых случаев. А любимое: джинсы всех фасонов, фланелевые рубахи в клетку, толстовки и футболки. Конечно, к такому набору кроссовки всех цветов радуги и бейсболки, ну и рюкзаки.
Волосы тоже когда-то под мальчишку стригла, но это в прошлом, всё-таки я женщиной чувствую себя в душе и когда-то экспериментировала с цветом, мой разброс от платиновой блондинки через синий и даже зелёный, до жгуче-чёрного, тоже в прошлом. Самым практичным оказался собственный пепельно-русый. На нём и седина не так заметна, как на черноте. Её немного пока, но уже и не столько, чтобы выдирать по волоску, так и лысой можно остаться.
Ранняя седина – ерунда, тоже по наследству, главное с лицом всё в порядке, глаза карие яркие, брови без разницы, подрисовала бы, если что, но и с ними повезло, и с носом, и с губами, силикон точно лишний, словом, жаловаться не на что. Фигура стандартная, если заниматься, может стать идеальной, ноги конечно не от ушей, но откуда надо и сколько надо, словом, красотка.
Но, как говорится: не родись красивой…
Глава 2
С остальным как-то не задалось.
Хотя, предпосылок не было. Первая любовь, если не считать, как мне в полные четыре года сносило крышу поочерёдно то от, не побоюсь этого слова, Рикки Мартина, что такое гендерные отклонения у мужчин, тогда не только я не знала, все были далеки, то от Андрея Губина, случилась вовремя, в пятнадцать! В летнем загородном лагере.
Мы там сдружились с Викой и так зажигали! А пацаны! Что за чудная компания приехала всем скопом, и все в наш отряд! Не спали ни одной ночи! Мы с подругой перемутили со всеми красивыми мальчиками за двадцать четыре дня! Я эту смену никогда не забуду! И Игоряшу Стрельцова не забуду тоже!
Тогда, весёлая и юная, я ещё не представляю, что мы будем сталкиваться непрерывно на протяжении следующих пятнадцати лет. Иногда перерывы будут короткими, а иногда большими: по году, по два и даже дольше, но никогда такими, чтобы я успевала его окончательно забыть. И с того самого лета начнётся наша война. Чаще холодная, но иногда всё-таки переходящая в горячие боестолкновения.
А я даже не помню, когда началась эта затяжная вражда. Вернее, это помню, но из-за чего, до сих пор не пойму.
В то лето мы и перезнакомились. Парни были – огонь, один одного ярче и горячее. Кому-то шестнадцать, кому-то уже почти семнадцать, последняя поездка в детский загородный лагерь под названием «Огонёк». Они все уже достаточно рослые, с наметившимися мужскими фигурами, уже плечистые, но всё ещё угловатые и несуразные, по-мальчишески худые: кудрявый Макся, задумчивый сероглазый молчун Василёк, его неразлучный друг и одноклассник Вова, огненно-рыжий балагур Славик и вот этот вот принц Датский, звезда по имени Солнце! Только не тёплое и ласковое, а холодное и высокомерное!
Я разу его выделила, ещё в тот момент, когда мы с чемоданами и рюкзаками грудились и галдели возле Д/К, откуда нас должны были забрать лагерные автобусы. Мама давала мне последние наставления, чтобы следила за личной гигиеной, регулярно мыла голову, потому что привезти из лагеря вшей в их времена было чуть ли не доброй традицией, чтобы не зябла и не сгорала на солнышке, так как кожей с оттенком синевы пошла в отца, и сгореть мне – раз плюнуть.
Ещё тогда попался на глаза русоволосый высокий широкоплечий парень с длинной чёлкой, высматривающий кого-то в толпе, он лишь мельком мазнул по мне серо-синим взглядом, чтобы сразу переключиться дальше, но я уже зацепилась. Вскоре радостно замахал, найдя потерю, и больше мной не интересовался, зато я наблюдала затаив дыхание. Почему-то казалось, что расстроюсь, если на его призыв подойдёт девчонка. Но подошёл кудряш выше его ростом, осклабился на какую-то шутку, и они по-мужски пожав друг другу руки, стали выискивать ещё кого-то.
Когда их собралось пятеро, и все они, не в силах стоять спокойно, то и дело толкали друг дружку, громко хохотали, привлекая внимание окружающих и плевали с высокой колокольни, когда кто-то из воспитателей пытался их приструнить, меня отвлёк девичий смешок,
- Ох! Чую, сменка будет жаркой!
Я оглянулась и встретившись взглядом с лукавым и задорным, прыснула в ответ. Мы друг друга поняли! И сразу решили дружить.