Я не могу с тобой проститься (СИ)
– начинаю практически речитативом, но тут, как раз возвращается Макс, за ним Игорь. Господи, неужели он вернулся… после такого!..
Голос постепенно набирает силу,
Ты — моя жизнь, моё дыхание, моя любовь.
Давай без слов,
Стрельцов останавливается, не дойдя до стола. Поражённо оборачивается в мою сторону,
Давай без слов!
Твои следы стирает память на песке,
Сейчас легко меня оставить на волоске.
Пусть у тебя сегодня праздник, а мне невесело!
Давай без песен,
Давай без песен!
– я гляжу на него, а он во все глаза на меня! Между нами идёт диалог, я пою ему. Только ему, а он слушает. Во время припева, голос окончательно окрепнув, выдаёт такие пронзительные ноты, что кажется, никогда так не пела, и вряд ли смогу ещё раз,
Я не могу с тобой проститься!
Мне эта музыка нужна.
Во мне любовь поёт как птица,
Всё остальное — тишина…
Твоя мелодия, как птица,
Летит ко мне издалека.
Я не могу с тобой проститься,
Ты - моя музыка!
Это моё признание в любви, моя мольба о прощении и молитва. Игорь стоит как вкопанный, вроде бы даже не мигает. Его подружка крутит головой то на меня, то на него. Заметив неладное, заходит перед ним, перекрывая обзор, заслоняя его от меня, разрывая наш зрительный контакт. Потеряв его взгляд, почти теряю равновесие, но Стрельцов, не глядя на блондинку, просто отодвигает её рукой в сторону, и мы снова вместе,
Какое это испытание — твои объятия!
Как между нами расстояние смогу принять я?
Такие близкие друг другу, чужие люди…
Давай друзьями не будем,
Не будем!
Смотреть едва касаясь взглядом и молчать!
Я не могу с тобою рядом не звучать!
Желаю счастья и прошу не ошибись!
Я для тебя спою «на бис»
Вижу, как предательски начинают блестеть его глаза, мне самой бы сдержаться и допеть! Мне просто жизненно необходимо допеть своё признание, потому что только так я могу сказать правду. В нашей затянувшейся войне перемирия ждать не приходится, и это мой единственный шанс коснуться его души своей. Только бы услышал,
Я не могу с тобой проститься!
Мне эта музыка нужна…
Во мне любовь поёт как птица!
Всё остальное — тишина.
Твоя мелодия как птица,
Летит ко мне издалека.
Я не могу с тобой проститься,
Ты - моя музыка!..
Во время проигрыша уже невыносимо, слёзы текут по щекам, рисуя, надеюсь, прозрачные дорожки на лице, тушь у меня водостойкая. Но даже если бы была другая, мне не удержать.
Игорь просто закрывает глаза, но это не важно. Его лицо искажено такой болью, что мне очень трудно заставить себя не подбежать, не обнять. Вокруг народ собрался. Всем понятно, что между нами что-то происходит, тишина, ни одного вздоха, ни одного сопения, только музыка, только моё признание,
Я не могу с тобой проститься!
Мне эта музыка нужна…
Во мне любовь поёт как птица!
Всё остальное — тишина.
Твоя мелодия, как птица,
Летит ко мне издалека.
Я не могу с тобой проститься!
Ты - моя музыка…
Допев последнее слово, не нахожу сил сдерживаться. Ещё звучат заключительные аккорды, а я убегаю, потому что реву в голос…
(Видео с песней «Музыка» можно посмотреть в буктрейлере к роману)
* * *Бреду по аллейке от ресторана, убитая, выжатая, как лимон. Слёзы высохли, на душе, как в барабане, гулкая пустота. На улице уже темно и прохладно. Меня нагоняет Денис,
- Инна, ты сумочку оставила!
- Спасибо, - я и не вспомнила.
- Можно тебя проводить? – ох, ну как обычно.
- Можно, конечно, но лучше бы тебе вернуться и подыскать подходящую девчонку, со мной продолжения не будет.
- Я понял, - вздыхает, снимает пиджак и набрасывает мне на плечи, - но разреши проводить!
- Проводи…
Я дома. Макияж смыт, душ принят, платье на вешалке. Включаю ночник, постель разобрана, ждёт… Тоска…
Дениска, поцеловав меня в щёку у подъезда и больше ни на что не претендуя, покорно поплёлся куда глаза глядят. Но перед этим, когда вышли из такси, спросил,
- Между вами что-то есть?.. Я прав?
- Нами?
- Между тобой и тем мужиком, которого ты подсекла во время дурацкого конкурса?
- Не такой уж он и дурацкий…
- Так что?
- Между нами ничего! В том-то всё и дело!
- А тебе бы хотелось чего-то?
- Чтобы он отпустил меня всего лишь… но он не отпустит… я знаю, уже проверено…
Теперь бы забраться в тряпки, зарыться в одеяло, как хомяку и забыться. Хотя бы немного забыться сном, иначе, прокручивая события сегодняшнего вечера, сойду с ума.
Звонок в домофон!
До чего же мужики тупой упёртый народ! Ведь сказала же Денису, что продолжения не будет! А показался понятливым парнем! Снимаю трубку и, не собираясь слушать никаких причин, почему он ещё здесь, и что хочется пить, так что ночевать негде, даю отлуп,
- Слушай, Деня! Иди-ка ты на… сам знаешь куда! Спать иди, я уже всё тебе сказала! – и отключаюсь. Постояла полминуты, вроде, понял. Больше не звонит.
Делаю два шага из коридора, снова звонок! Теперь уже в дверь. Возвращаюсь,
- Какого чёрта?! – ору прямо в замочную скважину! – вали отсюда, придурок, не порти остатки впечатления!
- Не дождёшься! – сердце пропускает удар, лёгкие пропускают вдох, хватаюсь за стену. Это не Денис, это Игорь! – открывай!
- Что? Карлсон передумал и решил вернуться?.. А не пошёл бы ты…
- Туда же, куда Денис?.. Нет, не пойду, нам с ним не по пути.
- Уходи, - уже без злости, какое там, голос не дрогнул, и то хорошо! – не открою.
- Не уйду, двери вынесу, если по нормальному не пустишь!
- Вызову ментов!
- Валяй, вызывай! Я не дебошир-пьяница! Трезвый абсолютно!
- А, мне начхать! Уходи, Игорь! Не пущу ни за что!
- Я сейчас выйду и буду под балконом орать!
- Тогда тебя точно заберут в ментовку, уже ночь!
- Но пока они доедут, все соседи будут в курсе, какая ты сука и… шлёндра! – тут срабатывает спусковой крючок самовзводящегося механизма моей истрёпанной психики! Слово-триггер сказано! Случайно вырвалось или Стрельцов намеренно это сделал, не знаю, но меня уже трясёт от гнева до темноты в глазах! Распахиваю двери в твёрдом намерении убить этого гада!
Не понимаю, чем я только думала! Чем собиралась убивать?! Он на пороге медлит лишь миг. Успеваю заметить взлохмаченную шевелюру, распущенный узел галстука, болтающегося петлёй на его шее и расстёгнутый ворот рубашки, больше разглядывать некогда. Входит, запирает за собой дверь,
- Поговорим?
- Иди к чёрту! – ору и ищу что-нибудь потяжелее.
В него летит всё подряд! Мои секси-босоножки, повседневные мокасины, кроссовки, лопатка для обуви!
- Нет, уж! Сама напросилась!
Ещё шаг – все ключи, которые висели на крючках ключницы, сумочка, квитанции на оплату, крем для обуви!
- Ты - урод моральный, всю жизнь путаешься у меня под ногами!
Ещё один – мои шлёпки, которые сваливаются, потому что пячусь от него в комнату, а он наступает,
- Я? – хмыкает, а лицо искажено злостью, - да это ты всю мою жизнь исковеркала, шлёндра! Ты задрала меня своими подколками, своими концертами, своими мужиками, - приближается! Ко мне нельзя приближаться! Я могу соображать и сопротивляться только пока нет контакта! Главное избежать прикосновения! – ты же хуже любой гангрены, Королёва! Как медленная смерть!