Я не могу с тобой проститься (СИ)
Там только дежурная смена, как и полагается по воскресным дням. Прибыли не по скорой, а своим ходом, да ещё и не по прописке! Я ко всем чертям разношу эту богадельню, звоню на горячую линию депздрава, ору, матери становится плохо!
По итогу, отец в реанимации с инфарктом, мать с гипертоническим приступом на другом этаже в терапии, я мечусь между ними, и в довершение всего, у меня полностью разряженный мобильник!..
Где-то через два часа давление у мамы нормализуется, но её оставляют всё равно, а с батей никакого прогноза, и к нему по-прежнему нельзя…
Я просто схожу с ума, не понимаю, от чего больше: от того, что не могу сообщить Инне, что в этот раз не козёл, хотя козёл, конечно! Надо было заранее номер узнавать, или от того, что с отцом беда.
Разобравшись с приоритетами, понимаю, что двум смертям не бывать, а одной не миновать. Всё равно, мне надо будет вымаливать прощение, оправдываться, объясняться, возможно, валяться в ногах. Ничего страшного, уже проходили, встану ещё раз на колени, это не смертельно, лишь бы поверила, лишь бы простила! Если любит – простит…
Ночь проходит на кушетке возле реанимации. Знаю, что это такое, сам недавно отдыхал в подобной. Если бы не Инна, возможно и не дотянул бы. Королева меня спасла тогда. Наплевала на все обиды и нянчилась, как с ребёнком, переодевала, обтирала потное тело, согревала, кормила с ложки и даже водила в туалет.
Как я повёлся на Никитосовы бредни? Ведь всё же было ясно, как Божий день! Она сама мне всё рассказала, не врала, это точно! Открылась, а я усомнился и предал! Козёл!
Я в эту мерзлоту-то помчался только из-за неё!
Сидели с Максом у меня. Взяли по пивку и смотрели футбол. Игра была говно, и мы как-то сами-собой уши в разговоры. Добрались до Инны, и тут он сказал, что у неё полный разрыв с каким-то уродом, что он её достал уже, и поэтому она уезжает работать на какую-то буровую станцию вахтовым методом на три месяца.
Я сразу решил, что это – шанс! Не знаю, само торкнуло! Там не будет никого из тех, кто знает её или меня, можно попробовать начать всё сначала. Так сказать, произвести полную перезагрузку отношений! Если я не признавался никому и даже от самого себя гнал мысли о королеве, это не значит, что у меня получалось успешно.
Нет, я конечно, не сидел сиднем и давно уже не был наивным нецелованым мальчиком. Так же, как и Инна, периодически делал попытки создать отношения. Вернее, не совсем так. Совсем не так, вернее!
Девчонки пытались строить со мной отношения, я даже поначалу загорался. Вот она – моя судьба! – думал. Горения хватало недели на две-три, и даже как-то однажды на полгода! Целых шесть месяцев мучений. Раньше, чем подруги начинали проявлять недовольство, осознавал, что пора завязывать – тупик!
И завязывал… по-своему. Просто прекращал всякую активность. Подруги не понимали, требовали внимания, злились, а потом их осеняло, что я - бесчувственный чурбан, им не подхожу, и меня бросали. Обычно со словами,
- Прости, Игорь, нам надо расстаться… - я – молодец! Они уходили сами, их не надо было гнать, не нужно было говорить неприятные вещи в лицо, не надо было выслушивать обидные упрёки в свой адрес, я не видел их слёз. Словом, всё решалось миром. Практически все они до сих пор формально числятся в моих друзьях, хотя мне от этого ни жарко, ни холодно. Мне не жаль ни одной.
Глава 20
Они все были не те, смешно сказать, мне в них не хватало как раз того, что бесило в королеве! Её нервозной задиристости, непокорности, непохожести на всех остальных. Она, такая не гламурная в своих джинсах, кедах и толстовках, с чёрте-какими стрижками и диким цветом волос, оставалась всегда самой притягательной и желанной. Она, в отличие от прочих, не пыталась угадать мои желания и угодить.
Мы не виделись давненько, я представлял её прежней. Подумал, гляну ещё раз и либо разочаруюсь, и успокоюсь, либо, всё-таки, у нас срастётся! Даже, если пошлёт меня, об этом никто не узнает. Не будет же Королёва звонить на каждом углу, как меня послала, она хоть и шлёндра, но не болтлива и не глупа.
Дальше – дело техники.
Макс, по обыкновению знал всё: контору, от которой она едет, место буровой и сроки вахты. То, что я всё это у него спросил, друга не удивило,
- Знаешь, Стрелец, мне не шестнадцать, а почти вдвое больше, и я кое-что уже начал понимать в этой жизни, - грустно посмеивается, - я сам в неё влюбился сразу, но она ещё когда-то давным-давно сказала, что ей не всё равно с кем. А, когда выбрала тебя в том эксперименте, чуть не сдох от зависти! Да ты хоть представляешь, что бы я отдал тогда за то, чтобы она меня унюхала?! А ты повёл себя, как козёл! Так морду тебе хотелось начистить, еле сдержался!
- А, мне, думаешь, не хотелось тебе начистить?! – правдоруб хренов.
- За что? – ещё удивляется.
- За то, что ты её целовать полез у фонтана в лагере, что оторвал у меня, когда она моя была! Ещё тогда, моя! – он сначала даже не понимает, о чём я толкую, а потом прозревает!
- Это ты с тех пор?! – киваю молча. Первый раз открылся другу и себе заодно.
- Прости, Стрелец! Даже подумать не мог, что так всё запущено… Я помогу исправить!..
Я настолько загораюсь азартом пробиться на ту буровую, что просто пру напролом! Мой диплом им на хрен не сдался, тем более, что я вообще, программы пишу дома и ни к какому физическому труду не расположен. Так, для поддержки организма иногда хожу с мужиками в зал побоксировать, молодость вспомнить, когда мы все чем-то занимались в каких-то секциях.
И тут, о чудо! Им нужен электрик именно в эту вахту. Тот, который собирался, слёг с язвой желудка, а другого не успевают найти, осталась пара недель.
Ну, думаю, судьба! У меня вторая дополнительная вузовская специальность электромонтёр силового электрооборудования! Как хорошо, что тогда её выбрал! Некоторые ничего не выбрали, а меня что-то толкнуло, и я выучился, и удостоверение получил! Так у родителей и валялось без дела, хорошо хоть не выбросили. Но этого оказалось мало! Пришлось найти курсы переквалификации, заплатить кучу денег, чтобы они меня экстерном переквалифицировали, проэкзаменовали и подняли разряд до нужного, потому что я ни в одну группу по срокам не вписывался и, вуаля! Я, как всегда, молодец!
Макся на мои подвиги только дивился да разводил руками.
С основной работой оказалось сложнее, грозились уволить! Всё-таки, три месяца не три дня и не три недели, но я пошёл ва-банк и ответил,
- Увольняйте! – и они отступили, отпустили в бессрочный отпуск. Мне хватило двух месяцев.
Я вообще, чуть сразу не развернулся, когда увидел её с тем амбалом! Никакой двусмысленности быть не может: они вместе! Шлёндра и есть шлёндра!
Поехал уже из упрямства, да и перед людьми стыдно, я их обнадёжил, других электриков не искали, контракт подписан со мной…
Почти месяц я терплю пытку, которую сам себе назначил: Инна мутит с рязанским колхозником, который возомнил себя невесть кем, а сам-то всего лишь помбур! Но такой самоуверенный, весь нацеленный на карьеру! Какую? В бурильщики собрался! В общем: дуб был дубом, но продолжал расти.
Смешней и обидней всего, что Королёва с ним всерьёз, а меня будто бы вообще не существует! Хотя сразу смекнула, что я в их коллективе оказался не случайно.
К концу первого месяца уже всё так обрыдло, что готов был пешком по вечной мерзлоте отправиться домой, лишь бы не видеть довольную морду Красавина и то, как он лапает всё время Королёву! И, наверное, не только лапает!
У неё отдельный люкс: вагончик и амбулатория одновременно, и никаких соседей! Не то, что у меня: Толик Верховцев, у которого одна задача – завалить повариху или прачку, он больше говорить ни о чём не может, маньяк. Уже месяц прошёл, а ни одна не дала! Бедняга уже всерьёз подумывает об уборщице. Но она уж совсем – беда! Атомная война краше!