Оружие в его руках (СИ)

Глаза Луи вспыхнули, и он наклонился корпусом вперед, опираясь локтями на стол. Его губы изогнулись в холодной усмешке. Он меня заметил. На руках еще оставались признаки минувшей драки, но я не позволила себе задерживать взгляд на этом.
— Держи свой грязный рот на замке, девочка, иначе долго в нашей семье ты не продержишься.
Я фыркнула и вышла из кабинета. Уже в коридоре меня схватил за плечи Стефано и больно припечатал к стене.
— Какого черта, Андреа?
Мои широко распахнутые глаза все ещё испуганно смотрели на мужчину. В его чёрных обсидианах мерцал огонь, и я нутром чувствовала, что ему приходилось приложить все силы, чтобы сдержаться и не ударить меня.
Как такой мужчина мог оказаться геем?
Его руки наши опору по обе стороны моей головы. Он тяжело дышал от ярости.
— Где твой телохранитель?
— Хосе?
— А у тебя ещё есть надзиратель помимо этого остолопа?
— Я… — все мои силы были отданы на ответ Луи, и теперь мне стоило больших трудов вымолвить хоть слово. Мое тело била мелкая дрожь, но моего нареченного это никак не беспокоило. — Он внизу. Я просто перепила и отошла в туалет.
Он тяжело вздохнул и больно схватил за руку. Его гнев был неконтролируемый. Он не заметил, как сильно толкнул меня в сторону лестницы и что я чуть не упала. Придержав меня, он больно вперил мое тело в поручень. Его глаза были на уровне моих и в них я увидела то, что не видела ни в чьих глазах раньше — они были полны безумства. Стеклянные безумные глаза. Что-то странное происходило с мужчиной и мне стало очень страшно за свою жизнь.
Услышав, как открывается дверь кабинета, Стефано больно притянул меня за шею к себе и впился своими губами. Его поцелуй был неприятным и болезненным. Он словно одними прикосновениями хотел доказать, на что способен.
— Вместо того, чтобы зажимать ее, научил бы манерам. — Послышался позади Стефано голос Луиджи.
Я первая распахнула свои глаза и встретилась с его пристальным изучающим взглядом. Его глаза медленно опустились вниз и остановились на наших со Стефано руках. Вернее, на его мертвой хватке. Что-то странное мелькнула в нем, когда он вопросительно изогнул бровь. Я все ещё продолжала смотреть на мужчину, пока затылок моего нареченного не закрыл мне вид.
— О, не сомневайся, братец. Я её научу манерам. — Он повернулся ко мне и дернул за руку на себя. — Пойдём и найдём твоего телохранителя.
Моя рука ныла, пальцы немели, а когда я опустила голову и посмотрела на неё, то ужаснулась — она посинела.
— Что с тобой такое?
— Гены, — резко бросил он. — Ещё виски. Я хорошо развлекался с Александро, пока ты не решила испортить мне вечер.
— То есть, если я ещё раз прерву твои извращённые игры, то ты прикончишь меня?
Он снова сильно сжал мою руку. Опустив свою голову так, чтобы она была на уровне со мной, он, зарычав, выплюнул:
— Я тебя прикончу, если ты не будешь держать рот на замке. — Он посмотрел куда-то позади меня и улыбнулся. Так искренне, что я впала в ступор. — Играй свою роль, Моретти, иначе наш обоих ждёт один конец.
— Что происходит?
Стефано изогнул бровь и уставился на него с явным презрением. Хосе же подошёл к нам ближе и хотел оттащить меня от Россини, но мой наречённый не дал ему это сделать.
— Похоже стоит сказать Хьюго, что его наёмник плохо выполняет свою работу.
— Андреа, что произошло? Ты вся бледная.
— Если бы ты, наёмник, следил бы за своим протеже, то такого бы не случилось. Наша драгоценная Андреа напилась, ей поплохело, и она ударилась рукой об мраморную мойку. Посмотри-ка!
Стефано поднял мою больную руку — ту самую, которую он сам истязал несколькими минутами ранее. Взгляд Хосе затуманился, и он в мгновение оказался около меня.
— Я случайно, — прошептала другу.
Тот смерил меня долгим изучающим взглядом, а потом посмотрел на собеседника. Теперь он был холодный и вопрошающий. Я всем телом чувствовала их нелюбовь друг к другу.
— Пока, Андреа, — Стефано наклонился ко мне, чтобы поцеловать, но Хосе сильнее прижал мою спину к своей груди. Россини рассмеялся. — Что ты себе позволяешь? Она моя невеста!
 
— Пока ещё нет, — твёрдо ответил Хосе и вывел меня из клуба. Когда мы были в машине он снова посмотрела на меня своими зелёными глазами. — Если ты думаешь, что я не видел отпечатков пальцев на твоём запястье ты ошибаешься.
— Ты ничего не можешь с этим сделать.
— Черт с два! — Он стукнул ладонью по рулю. — Я не дам этому медийном мафиозному ублюдку калечить тебя, понятно?
Я ничего не ответила. Хосе же обратил все своё внимание на дорогу, но его мысли были далеко не со мной.
Вот настала суббота. А это значит, что сегодня в шесть вечера приедет чета Россини. Я молила Бога, чтобы все эти люди забыли о моем существовании. Но какими бы искренними не были мои молитвы, сегодняшнее событие никак не могло отметится. Сегодня состоится моя помолвка со Стефано. Сегодня я подпишу договор с семьей Дьяволов.
К ужину меня нарядили, словно куклу на выставку: полупрозрачное шифоновое платье, тугой корсет, из-за которого я не могла дышать, яркий макияж и высокая шпилька. Не спорю, я выглядела хорошо, и я бы даже обрадовалась такому наряду, если бы не предстоящая встреча.
Не разговаривай без надобности. Не поднимай глаз. Лучше исчезни с радаров, Андреа, пока не поздно.
Я вышла в коридор и встретила там Хосе. Он был одет в привычный для него рабочий чёрный костюм, под пиджаком которого расстёгнутая на одну верхнюю пуговицу была белая рубашка. Мужчина подошёл ко мне и протянул руку.
— Ты очень красивая, Андреа, — сказал мне друг и взял меня под руку. — Я провожу тебя до столовой. Если хочешь, я останусь с тобой.
— Тебе же отец дал на сегодня выходной, — я помнила благоговейный голос папы, когда он отпускал Хосе. Мужчина улыбнулся своей тёплой улыбкой.
— Я здесь ради тебя, Андреа, в не ради работы. Я давно уже работаю с твоим отцом только потому что привязался к тебе.
Мои глаза стали мокрыми, и я закинула голову, смотря в потолок. Я не имела права прийти на ужин с потекшей тушью.
— Они будут недовольны. — Тихо проговорила я, крепче сжимая руку телохранителя. — Но спасибо тебе.
— Уверен, если бы я тебя оставил, Мон-Мон оторвала бы мне голову.
Я рассмеялась. Мне было так тепло с Хосе, что на мгновение я и забыла, куда ноги ведут меня. Опомнилась я только стоя перед массивной дверью, которая вела меня в ад. Я слышала низкие мужские голоса и многие из них были уже знакомыми.
— Я не шутил по поводу того, что не дам ему ещё раз тебя ударить. Ты под моей защитой и так будет до того, как он возьмёт тебя в жены. — Он замолчал, а потом, чертыхнувшись, добавил, — даже после этого я не оставлю тебя одну, Андреа.
— Спасибо.
Мы вошли в комнату, полную мужчин. Около окна тихо между собой переговариваясь стояла моя мама с женщиной, цветом волос и глазами точь в точь, как у Луи. Я поняла сразу — это мать мужчин. За столом сидели мужчины. Мой отец, как хозяин дома, возглавлял торжество, а по правую руку от него уселась мужская часть семьи Россини. Все они пили джин. Стоило только нам с Хосе ступить на порог столовой, все взгляды были обращены в нашу сторону.
— Уважаемые, это моя прекрасная дочь — Андреа, — отец улыбнулся и подошёл ко мне ближе, приводнимся за плечи.
Он повёл меня в центр зала, Хосе при этом оставался на месте. Он завёл руки за спину и ободряюще мне улыбнулся.
— Кто этот мужчина? — Чёрные брови старшего Россини сошлись на переносице. Он оглядел Хосе, на что мой телохранитель выдержал его тяжёлый взгляд.
— Хосе — сын моей близкой подруги, телохранитель моей дочери.
— А ей нужен телохранитель? — Спросил незнакомый мне мужчина лет сорока.
— Это дорогая история, Дэниель. — Отец тяжело вздохнул. — Когда моей дочери исполнилось пятнадцать лет, с ней случилась нехорошая ситуация. С тех пор рядом с ней всегда Хосе.
— Это нехорошая ситуация никак не связана с её честью?