Алиса в Стране Чудесных Клёнов (СИ)

Я сглатываю, но во рту слишком сухо.
— К-как т-ты узнал… этом?
Никто не должен был это знать.
— Как я узнал, имеешь в виду, когда ты встретилась с Дэном? Пфф! Твой “парень” сам всем растрепал. Почему ты выглядишь такой ошарашенной, малышка? Ты не знала, что он тот ещё придурок, нет? Это не вписывалось в твою картину мира с розовыми пони, срущими радугой? А тебе интересно, где он сейчас? Почему он не ищет тебя? А я скажу ответ, Элис. Сейчас он с Лорен, слушает рассказы о том, как ты флиртовала со мной, и как мы ушли вместе в одну из многих спальных комнат наверху. И он поверит ей, она может быть очень убедительной. Ты же знаешь, ни одна девушка не может мне отказать. Я тоже могу быть очень убедительным, — он касается губами моего правого виска и брови. — Все видели, как ты шепталась со мной. Никто не знает, что это было из-за долбанных кружек, на которые мне по хрену. Шшшш… Всё в порядке, детка. Дэн всё равно со своим дерьмом в голове, и у него есть какие-то закидоны с прощением каких-либо проступков. Если бы ты только знала, почему он расстался в прошлый раз со своей тёлкой, ты бы удивилась, — он беззвучно смеётся. — А теперь, мне жаль говорить тебе, но твоё часовое свидание с ним по-любасу закончилось. Если хочешь, я свободен на следующий час. Я предпочитаю всю ночь, правда. У меня, в том числе, пока нет планов на завтра.
Он отпускает мои руки, замечая, что я совершенно неподвижна, и проводит пальцами по моему лицу, убирая волосы назад. Если бы я могла что-нибудь почувствовать, я бы отвернулась или дёрнулась. Я ничего не делаю. У меня нет никаких сил, и я абсолютно беззащитна.
Самое обидное, что отсутствие какого-либо сопротивления на всё это, должно быть, выглядит как моё согласие. Обычные люди умеют выражать свой отказ.
Те, кто нормальные.
Те, кто не я, к сожалению.
— П-почему? За что…ты…так?
— Элис, детка, — говорит он, приподнимая мой подбородок и поглаживая бедро другой рукой. Если бы я только могла двигаться… — Ты мне нравишься. Ты очень сексуальная, я не причиню тебе вреда. Только одно сплошное удовольствие. К сожалению, ты встретила не того парня, не в то время, и сейчас я говорю не о себе, — его лицо выражает отвращение, как будто одно только имя Дэнниса, даже не произнесённое вслух, вызывает у него тошноту. — Да пошёл он. Я хочу, чтобы мы с тобой были друзьями и гораздо больше, чем просто друзьями, поверь мне.
Он пытается поцеловать меня, но я достигла критических значений. “Клапан принудительного сброса давления” открывается, и мой второй ответ на стресс выходит из-под контроля, и я ему как никогда рада — я начинаю смеяться. От души. От всей моей израненной души… Мне уже известно, какая следующая ступень этой истерики. Не могу её дождаться, иначе у меня разорвётся от боли сердце, а слёзы всегда помогают, как я слышала.
Себастьян не понимает, что происходит. Он начинает смеяться вместе со мной. Укуренный придурок.
Я бы согнулась от хохота, так как не могу контролировать силу своей непроизвольной реакции, но Себ всё ещё стоит неприлично близко, с руками на моих бёдрах. Вероятно, это выглядит так, как будто мы прекрасно проводим время вместе.
В этот момент кто-то заходит на кухню, включая свет.
— О, это вы тут, сорри. Мы не хотим вас беспокоить, уже уходим, — говорит кто-то низким баритоном. — Сейчас я только этот дурацкий выключатель найду.
Я не вижу вошедших, свет ослепил меня, а мои глаза наполнены слезами, так что всё размыто. Там два человека.
Женский голос издаёт охающий звук. Я всё ещё смеюсь, но уже не так сильно, я устала.
— Убирайтесь отсюда к хренам собачьим, — рычит на них Себастьян.
Мои слёзы начинают стекать по щекам. По крайней мере, теперь я могу видеть. Это Стэн и одна из блондинок. Они поворачиваются, чтобы уйти, свет опять гаснет, пугая меня этим. Я не могу их отпустить. Мне нужна их помощь.
— Стэн, пожалуйста, — мне удается сказать, протягивая к нему свою слабую и слегка дрожащую руку.
Он останавливается, включает обратно свет и смотрит на нас. Выражение его лица меняется с озадаченного на сердитое.
 
— Что здесь происходит, Себ?! — спрашивает он и делает два больших шага, чтобы подойти ко мне. — Ты как? Ты в порядке, Элис? Что он сделал?
— Я ничего не сделал, ты… — парень, держащий меня, хочет подобрать грубость, чтобы обозвать Стэна, но, встретив прямой взгляд последнего, он попросту опускает слово. — До твоего прихода все было замечательно.
Он делает шаг назад, крепко выругавшись, но убирает свои руки наконец.
Мой смех превращается в тихий плач, мне по-прежнему трудно двигаться. Я всего лишь хочу оказаться дома и отдохнуть. Я совершенно разбита.
Себ уходит, матерясь себе под нос. Я физически чувствую, когда он покидает комнату, потому что напряжение уходит вместе с ним, оставляя меня слабой и обессиленной. Чувствую себя грязной, тряпичной куклой. Очень грязной.
Стэн кладёт руку мне на плечо и осторожно похлопывает, затем он притягивает меня к себе, и в следующий момент я плачу, уткнувшись ему в грудь, и он говорит, что всё будет хорошо. Его руки успокаивающе поглаживают меня по спине. Какая ирония судьбы! Я боялась Стэна, и теперь, среди всех прочих, именно он обнимает меня и успокаивает, как старший брат, позволяя мне использовать его в качестве жилетки, в которую так удобно плакать. Из светлых чувств меня держит лишь исключительная благодарность за эту доброту, и мне так становится немного спокойнее. Он большой и сильный, он меня защитит, как сделал бы мой отец.
— Кейт, приведи сюда Дэна. Сейчас же! — требует Стэн от своей подруги.
Девушка раздражённо фыркает, бормочет что-то похожее на “клюшку”, я не знаю почему. Канада — хоккейная держава. Наверное, какой-то слэнг. Я слышу, как её каблуки цокают по мраморному полу, затихая по мере её удаления от кухни. На мгновение удивляюсь, как она смогла прийти сюда незамеченной, когда она может так громко выстукивать, как отлично подкованная лошадь. Скорее всего, до этого она просто не была настолько сильно рассержена.
Тут до меня доходит, что именно она сказала. Я начинаю плакать ещё сильнее.
Себастьян прав. Если все в курсе того, что мы с Дэном познакомились сегодня, то моя репутация загублена.
— Нет, нет, я не хочу его видеть. Пожалуйста, не надо, — говорю, вытирая лицо длинным рукавом своей кофты, оставляя черные разводы туши на белой ткани.
И мысль о том, как потом вывести эти пятна и попытка вспомнить, купили ли мы что-нибудь для этой цели, отвлекает меня, поэтому я делаю паузу с чрезмерными рыданиями.
— Что здесь происходит? — я слышу Дэна позади меня. Он звучит необычайно грубо. Сталь в голосе, наверное, именно так звенит. — Какого хрена ты её обнимаешь?
Невольно пытаюсь спрятаться в объятиях Стэна от этих слов. “Её” вместо моего имени звучит слишком обидно и больно.
— Успокойся, Дэн. Ты бы лучше присматривал за своей девушкой, вместо того, чтобы быть прямо сейчас таким говнюком, — говорит Стэн и мягко похлопывает меня по плечу два последних раза. Он делает небольшой шаг в сторону, отстраняясь. — Ты хочешь, чтобы я отвез тебя домой, Элис?
Да. Очень хочу.
— Стэн, пожалуйста, — цедит Дэн сквозь крепко сжатые зубы, и это хороший намёк для моего спасителя, чтобы он заткнулся и ушёл как можно быстрее. — Оставь нас. Я обещал её родителям привести её домой сам.
Это было так давно. Час назад? Два? Кажется, что прошло лет десять.
— Спасибо, Стэн, — отвечаю, резко вдыхая. Я не хочу создавать ему ещё больше проблем. Будучи настолько невезучим человеком сегодня вечером, лучше держаться от меня подальше. — Большое тебе спасибо! За всё… Я сама дойду до дома. Одна.
— Хорошо. Как скажешь, — он колеблется. — Приятно с тобой познакомиться, Элис. Все будет хорошо, не переживай.
Стэн оставляет меня, сказав напоследок какие-то вразумляющие слова другому, кто стоит за мной.
Наплевать. Сейчас мне нужно домой. Да, одной. Пусть они все тут идут куда подальше.