Алиса в Стране Чудесных Клёнов (СИ)

— Вот и мой Дэннис, — говорит она всем на кухне. — Обычно он реагирует гораздо быстрее, — мама хихикает, но затем смотрит на меня с тревогой и шепчет: — Ты в порядке, дорогой? Уверен, что у тебя нет сотрясения мозга? Я могу проверить.
— Мам, я в порядке. Всего лишь удивлён видеть вас здесь.
Приятно удивлен. “Приятно” вообще не отражает степени моего удивления. Чрезвычайно? Неимоверно? Неистово? Можно было бы предположить, но, к сожалению, на ум от счастья идёт мало слов. Да всё какие-то неупотребляемые при дамах и преимущественно междометия.
— Я говорила тебе несколько раз, но… не обращай внимания, — качает головой, махнув на меня рукой. — Кэрри познакомься, пожалуйста, с моим сыном, Дэннисом. Сынок, это моя дорогая подруга, которая уже познакомилась с тобой на следующий день после твоего рождения — миссис Лидделл.
— Пожалуйста, зови меня Кэрри, Дэннис. Рада с тобой познакомиться! Ещё раз, — говорит она, протягивая руку. Я пожимаю её.
Миссис Лидделл — милая и грациозная леди. У нее тоже рыжие волосы, но её цвет не такой огненный, как у Элис. Более сдержанный. Как и глаза, которые серые, но имеют такую же красивую форму, как и у её дочери.
— А это Элис, — говорит мама, и я уже делаю шаг навстречу своей девушке.
Она так деликатно краснеет, что я начинаю улыбаться как идиот, не в силах скрыть своих чувств. Я касаюсь ее руки и мгновенно понимаю, что не смогу её отпустить. Я хочу сделать ещё один шаг, чтобы быть хоть немного ближе, но я не уверен, хочет ли она того же.
Мы стоим, держась за руки, и просто смотрим друг на друга. Она изучает моё лицо. Затем она поворачивает мою руку, которую держит, и нежно проводит большим пальцем по моим отбитым костяшкам.
Я и забыл, что у меня появились некоторые новые черты во внешности с момента нашей последней встречи.
— Привет, красавчик, — мягко говорит она с игривой улыбкой, от которой моё дыхание ускоряется.
— Привет, красавица, — отвечаю, сдерживаясь, чтобы не нарушать её личное пространство. Насколько это возможно, по крайне мере. С другими я, определённо, стою дальше.
Мы не одни, к сожалению. Должны ли мы вести себя так, как будто мы не знаем друг друга?
— Я принес для тебя кофе. Надеюсь, я выбрал то, что тебе понравится, — говорю, ухмыляясь, и протягиваю ей свой стакан с горячим Мексиканским мокко. — Надеюсь, ты не против делиться. Я выпил половину.
Она смеётся и берёт из моей руки стакан, нежно проведя по моим пальцам своими.
— С тобой я не против поделиться, — она вдыхает аромат напитка. — Особенно когда ты знаешь, что я люблю.
Она смотрит на меня так, как будто мы больше не говорим о кофе. Мне остаётся лишь молить высшие силы о том, чтобы я сейчас не проснулся от тревожного писка моего будильника. Пожалуйста, только не это. Я до боли хочу, чтобы это было правдой.
— Извини, Дэннис, но тебе нельзя здесь оставаться. Мы сейчас будем украшать печенье и заказывать доставку еды на обед. Мне сегодня как-то не хочется готовить. Кроме того, у нас маникюр, знаешь ли, — мама разговаривает со мной или не со мной, доставая покупное тесто из холодильника.
Она действительно может прогнать меня отсюда? Неужели совсем не видно, что я не хочу никуда уходить, раз она прогоняет меня? Хотя я замечаю, что миссис Лидделл, то есть Кэрри, внимательно смотрит в нашу сторону, когда она проходит мимо. Не могу быть уверенным, хороший это знак или плохой. Мой взгляд прикован к моей Элис. Я впитываю каждую секунду, которую провожу рядом с ней, держа за руку, ощущая тепло, которое курсирует между нами. Я попросту не могу уйти. Мне нельзя.
Эта потрясающая девушка выглядит так же, как я её запомнил, но совершенно по-другому. Я не уверен, в макияже ли секрет или в прическе. Очень красиво, но иначе — смелее, ярче, сексуальнее. Или, может быть, платье играет свою роль для этой стороны Элис? Трудно сказать. Хотя, должен признаться, что предыдущая версия, в джинсах и с минимальным макияжем, мне нравится ничуть не меньше. Это всё равно та же самая Элис — добрая, весёлая, умная и… моя… Нет, пока не моя, к сожалению. Но обязательно будет.
 
Она великолепна. А эти яркие губы настолько провокационные, что острая потребность поцеловать их ощущается на грани с необходимостью дышать или желанием выпить воды, когда мучает жажда, или…
Я и не заметил, как наклонился вперёд. Опасный автопилот. К счастью, она прячет губы за стаканом кофе, несколько приводя меня в чувство.
— Да иди ты! Неужели Элис и есть та самая девушка с вечеринки, о которой ты мне рассказывал? Это реально ты? — Джессика появляется из ниоткуда рядом с нами и задает тупые вопросы, поворачивая голову от меня к Элис и обратно, как если бы мы играли в настольный теннис.
Её это забавляет. Я бы тоже не поверил, что мир так тесен, если бы не сегодня.
— Нет, не я, — еле слышно отвечает Элис, отводя глаза в сторону и забирая свою руку из моей. Она слегка хмурится, как будто от боли.
“Черт возьми, Джессика! Какого хрена тебе здесь было нужно?!” — кричу в своей голове.
У нас, видимо, телепатическая связь с сестрой. Она ясно читает слова в моём сердитом взгляде и одними губами произносит: "Прости!". Удивляет лишь, что она не бросается при этом на колени молить о пощаде. Наверное, мои мысли доходят до неё, растеряв всю разрушительную мощь по дороге.
— Э-э… я пойду… туда. Чтобы помочь, — Элис указывает на наших матерей.
— Твою ж… Джессика! Ну, почему?! — в отчаянии шепчу, когда Элис оказывается в противоположной части просторной кухни.
— Откуда мне было знать, что это столь деликатная тема. Извини, хорошо? — шепчет она в ответ. — Боже, Дэннис! Что ты сделал?
— Я сделал… ничего… В этом-то и проблема… — громко выдыхаю, снова чувствуя себя паршиво.
— Да расслабься ты, — Джессика похлопывает меня по плечу. — Ты что, слепой? Видно же, что ты ей нравишься. Уверена, она простит тебя за всё, что ты натворил, — уверяет моя дорогая сестра. — Если ты, конечно, не полный придурок, каким я часто тебя считаю, — она показывает мне язык и, хихикая, бежит к маме.
Кто бы мог поверить, что ей двадцать один год!
Я закатываю глаза.
— Убирайся вон, сынок. Я не шутила, — “ласково” заявляет мама, вытирая руки о полотенце. — Теперь это наше женское царство. Давай, иди, милый, я позову тебя вниз на обед, так уж и быть, — добавляет она с улыбкой. — Закажу твоё любимое блюдо. У тебя есть полчаса, чтобы одеться должным образом. Ты же видишь, что мы здесь шикарно выглядим, не так ли?
— Ещё как вижу, — отвечаю, глядя только на Элис.
Она стоит боком, опершись локтями о кухонный островок. В своем красивом платье и туфлях на высоких каблуках, с невероятной косой и массой ярких волос, заколотых сзади, она выглядит сногсшибательно, а не просто шикарно. Она держит наш общий стаканчик с кофе, погруженная в свои мысли. Я чувствую себя ужасно, не имея возможности сразу подойти к ней. Взглянув в мою сторону, Элис одаривает меня слегка грустной и лёгкой полуулыбкой.
Я медлю, потом вздыхаю и всё же ухожу прочь с тяжёлым сердцем. Я причинил ей боль. Мне нужно завоевать её снова. И я это сделаю. Мне всего лишь нужно всё объяснить. Она поймёт…
Моя собака встречает меня на лестнице.
— Гера, девочка, не позволяй никому выходить из дома, хорошо? — треплю её за ушами, как она любит, и она виляет хвостом в знак согласия.
Герцогиня — мой союзник. Она сделает то, о чем я прошу. Эту обязанность сторожевого пса она может отлично выполнять. Будучи до невозможности дружелюбной, она никого не отпустит, пока её вдоволь не нагладят, а это может занять кучу времени. Тридцать минут у меня точно есть, поэтому можно подготовиться как следует, не беспокоясь о том, что на этот раз Элис исчезнет. Кроме того, мне действительно нужно переодеть влажную после дождя одежду и вымыть руки. После этого я не отпущу Элис, пока мы не помиримся. Я хочу вернуть её. Хочу вернуть нас.
— Дэннис, — через минуту вызывает мама. Она реально звонит по телефону. Вот это я понимаю — удобство XXI века, когда можешь связаться с тем, кто в двадцати метрах от тебя, но на другом этаже, вместо того, чтобы кричать с лестницы. — Обед будет ровно в 2:05, не опаздывай. Ты допущен на наш девичник в качестве исключения. Выгляди должным образом и не заставляй меня краснеть за твои манеры, — говорит мама и отключается, не дождавшись от меня ответа.