Азраиль. Небеса содрогнутся! Том 2 (СИ)

Иван раскрыл рот, но, кажется, так и не смог выдавить из себя ни звука.
— Раевские, Драгины, Бисфельды, другие семьи, имеющие маломальский вес — все они без особых усилий сожрут ваш якобы сильнейший орден, — продолжал я. — Они ни во что вас не ставят. Может быть, когда-то, много лет назад, когда вы ещё не расслабились и не решили, что можно почивать на лаврах — но не сейчас.
Я покачал головой. Молчание Князина продолжалось.
— Пройдёт ещё пара лет, и о вашем ордене не вспомнит никто, — голос мой прошёлся сталью. — Или вы думали, кто-то станет воспринимать всерьёз орден, который, поджав хвост, сидит в своём поместье и боится сделать шаг наружу?
— Если бы ты не отобрал камень у Граала... — наконец выдавил из себя Иван Князин, — ничего бы не случилось...
— Вы правда так думаете? — жёстко оборвал я. — Думаете, до этого проблем у вашего ордена не было? Как считаете, господин Князин, почему именно Красный орден вспыхнул во всех новостных программах, а не я? Уж не потому ли, что общество попросту забыло о том, что таковые объединения существуют? И любое упоминание про триумф орденов вызовет гораздо больше внимания, нежели что-то другое. Знай враг, что есть настоящий орден — стал бы атаковать в открытую?
Я сцепил руки перед собой.
— ...при всём текущем положении... — пришлось стать серьёзным. — Думаю, ордену Щита оставалось существовать года два, и это при самом радужном раскладе. Так что я даже делаю вам услугу, форсируя события.
Глаза Князина снова заливались яростью; кажется, он уже вполне переварил мои слова и собирался что-то ответить.
— Не все проблемы можно решить, спрятавшись за стенами штаб-квартиры, — отрезал я, не позволяя ему начать. — Для решения некоторых проблем нужно быть активным — и решительным.
— И это говорите мне вы? — всё-таки вспылил Князин. — Поглядите на себя! Чем ваш орден занимался всё это время? Какую борьбу показывали вы на протяжении последних десятков лет? Я о вас услышал впервые меньше месяца назад!..
Я спокойно подождал, пока он закончит вопить, и заметил:
— Это сейчас не имеет никакого значения, — голос мой вернул свою невозмутимость. — Мы вышли в свет, а обратного пути нет. Нейтралитета в этих событиях принять не получится.
Я сделал секундную паузу, глядя на вытягивающее лицо Князина.
— ...остаться в стороне — значит, попрощаться с орденом, — закончил я. — И вас это касается сильнее остальных, господин Князин.
Лицо Ивана нехорошо напряглось, очертив скулы; глаза сверкнули. Я бы совершенно не удивился, пустись он сейчас в новые вопли, в пролитие крови и прочее...
Но он вместо этого лишь мотнул головой и махнул рукой.
— Так на чём мы остановились?.. — я приподнял бровь. — Ах да, колени.
Я резво шагнул вперёд. Приходится делать всё самому.
— Стой, Эраст, — остановил меня Князин, отшагнув ближе к шеренге. — Я не хочу терять своих бойцов. Если ты действительно хочешь помочь орденам восстать, то... стоит обговорить условия нашего союза.
— Мне предложить взамен сейчас нечего, — я хмыкнул.
— Кто бы сомневался, — сплюнул тот и пошагал в сторону главных дверей. — Идите за мной.
Кажется, я хоть и не убедил главу ордена Щита до конца, но, по крайней мере заставил его усомниться в собственной силе. Что ж, целый орден под моим личным командованием, конечно, заметно упрощает мою задачу.
Это прогресс.
...мы с Князиным шагали быстро, практически вровень; Альтар старался держаться следом, а Боря и остальные и вовсе семенили в хвосте. Что до орденоносцев, охраны и прочих — то их либо вовсе не было в поле нашего зрения, либо они мелькали где-нибудь в конце коридора и спешили убраться вон с дороги. Грозовое предчувствие охватило всю штаб-квартиру; никто не понимал, что именно происходит, но каждый не желал оказаться в эпицентре грядущей бури.
Войдя в очередной арочный проход, мы попали в самое сердце ордена Щита — огромный зал с витражными потолками. Я чуть восторженно улыбнулся.
Центральный зал казался необычайно людным, но большинство орденоносцев, разумеется, всё ещё были не осведомлены о случившемся. Оглядывая новых союзников, я продолжал улыбаться, увеличивая влияние Натиска. Лица бойцов вытянутые, страх и непонимание в глазах. Взгляды летели на меня и Альтара со всех сторон, и в какой-то момент мне показалось, что кто-то смотрит мне и в спину...
 
— Веди в зал совещаний, — я поглядел на Ивана.
Он кивнул...
...и мы быстрым шагом подошли к одной из десятка дверей — той, за которой, судя по всему, был расположен главный мозг ордена. Солдаты Щита — те, что до сих пор боялись сдвинуться, будучи подверженными мощному Натиску — кое-как расступились перед нами.
Дверь открылась. Мы с Альтаром шагнули внутрь. Четыре человека, сидящих за круглым столом. Средний возраст этого «мозга» не уступает возрасту Ивана Князина, а лица... казалось, им ещё больше наплевать на то, что станет с орденом Щита.
В остальном всё выглядит стильно. Знакомые гербы, фотографии на стенах, где Иван пожимает руки важным людям, пафосные щиты под фотографиями и полочка с элитным пойлом.
— Всех приветствую, господа, — Иван Князин обвёл взглядом коллег. — Прошу представить вашему вниманию людей из Красного ордена. Была предложена помощь в борьбе за место под солнцем и...
— Нет времени для обмена любезностями, — я пододвинул к себе стул и приземлился на него. — Мы должны как можно раньше выступить против тех, кто держит в своих запасах камни Азраиля. Противник силён, хладнокровен и жесток. Но задача вполне реализуема, если будет возможность добиться полного повиновения.
Лица сидящих в зале совещаний вытянулись от изумления — что, впрочем, неудивительно. После сказанных слов, разумеется.
— Постарайтесь объяснить, — подал голос один из сидящих. — Как вы собираетесь отнять камень?
— Это вам объяснит Иван Князин. Времени на разговоры у меня нет, — я пожал плечами. — Однако можете быть уверены — отняв камень, мы сможем сделать огромный шаг к возвращению культа орденов. Полагаю, вы читаете новости и знаете, что происходит с Красным орденом сейчас.
Тишина...
Я проводил взглядом Ивана Князина, что устало зашагал к своему месту и вытащил стопку документов. Казалось, все эти четверо больше походили на декорации — этакие подставные лица, которым платят только за то, чтобы числились в ордене.
— Если вам несложно, позвольте... переговорить, — чуть ли не шёпотом осведомил Князин, подталкивая нас взглядом к выходу. — Как закончим, я сообщу вам.
Дверь закрылась перед нашими лицами. Мы переглянулись.
— Я думаю, с орденом Щита мы теперь одно целое, — бодро отозвался Блэк, кидая взгляд на недоумённые лица мужчин в пиджаках. — Мы ведь закончили с этим местом?
Я мотнул головой. Бедняга Блэк думает, что уже понял меня — догадался, чего примерно от меня ждать. Вот только... он и не подозревает, что игра, которую веду я, куда интересней.
— Возможно, — мой взгляд остановился на пареньке в чёрном пиджаке с гербом ордена Щита, который до сих пор не понимал, что на его глазах произошла самая быстрая за всю историю Империи смена руководства. — Эй... как тебя зовут?
Парень часто заморгал, глядя на меня. Судя по взгляду — новичок. До А-ранга далеко.
— Я... Ж-жора, — чуть скованно отозвался он.
Я кивнул, подходя ближе.
— Жора, если есть возможность, собери лучших людей... — мои глаза сверкнули. — Предупреди, что противник обладает камнем Азраиля.
— Эраст, ты... — Альтар вновь поглядел на меня, склонив голову. — Ты решил атаковать сегодня?!
Я кивнул. Времени слишком мало.
Но Жора всё ещё молчал. Мне пришлось сделать ещё шаг и поглядеть на мужчину в упор.
Возможно, весь этот орден перебьют раньше, чем я успею слепить из них что-то более-менее приличное, или же они окажутся слишком узколобы, чтобы повиноваться. Однако... попробовать стоило. У меня было ощущение, что я нащупал конец нити и медленно тяну за неё.