Магия прорывается (ЛП)
Никто не носил с собой серебряные пули, если только не собирался сражаться с оборотнями. Серебро было слишком дорогим, а в наличии имелись более качественные и точные патроны.
Разрывающий барабанные перепонки рев магических водяных двигателей возвестил о том, что по дороге позади нас проезжают автомобили Стаи. Мы продолжили движение.
Последние отзвуки двигателей стихли.
— Куда мы направляемся? — спросила Десандра.
— Мы направляемся в конюшню «Блу Риббон», — ответила я. — Это ближайшее место, где можно взять напрокат лошадь.
— Зачем? — спросила Десандра.
— Потому что я не могу угнаться за вами на своих двоих, — ответила я.
— И она бегает, как носорог, — добавил Дерек. — Ее слышно за милю.
Предатель.
— Я думала, ты на моей стороне.
— Так и есть, — сказал Дерек. — Бег носорога — это здорово. Позволяет легко следить за тобой. Если я когда-нибудь потеряю тебя, мне просто нужно будет прислушаться и вот ты здесь.
— Да, — согласилась Десандра. — Это удобно.
Я рассмеялась.
— Ты всегда такая простая? — спросил Роберт.
— Мы с Дереком долгое время работали вместе, — сказала я ему. — Ему позволена некоторая свобода.
— А что насчет Десандры?
— Она беспокоится о протоколе только тогда, когда ей что-то нужно. В остальное время это непристойные шутки и описания слив.
Десандра хихикнула.
Брови Роберта поползли вверх.
— Слив?
Я отмахнулась.
— Не спрашивай.
Десять минут спустя лесистая тропинка вывела нас на Троллс-Ферри-роуд, а пятнадцать минут спустя мы остановились рядом с забором возле ворот, ведущих в конюшни «Блу Риббон». Прошло полчаса. У нас было не так уж много времени.
— Тебе лучше пойти одной, — сказала Десандра. — Иначе они могут испугаться, что нам с Дереком придется разнести их дом.
— Если будут проблемы, — сказал Роберт, — мы всего в нескольких футах.
Я услышала низкий гортанный звук и поняла, что это смеялся Дерек. Что ж, по крайней мере, к нему возвращалось чувство юмора. Поблагодарите вселенную за маленькие одолжения.
Я подбежала к двери и постучала. Дверь распахнулась, и пожилой чернокожий мужчина направил на меня арбалет. Я подняла руки.
— Мистер Уолтон? Мне нужна лошадь. Я звонила вам вчера и просила придержать одну для меня.
Мистер Уолтон покосился на меня.
— Насчет этого…
— Да?
— Я уже отдал их все.
Ты, должно быть, издеваешься надо мной.
— Вы сказали, что у вас есть одна, и вы придержите ее для меня. Я послала сюда одного из своих людей, и он сказал мне, что вы взяли деньги.
— Я действительно сказал это, и я действительно взял их. Но вы знаете, деньги — забавная штука. Чем их больше, тем приятнее их иметь. Вы сказали, что вам может понадобиться лошадь, а это было не совсем точно.
Агрх.
— Вы хотите вернуть деньги?
— Я хочу лошадь.
— На этой неделе у меня закончились лошади, но у меня есть мамонтовая дженни.
— Что?
— Пойдемте, я вам покажу.
Он повел меня в конюшню. Внутри, в третьей кабинке, шевельнулось что-то большое. Оно было похоже на лошадь, ростом примерно в шестнадцать ладоней или около того. Мужчина поднял фейри-фонарь. Длинная морда с ушами длиной в два фута смотрела на меня большими голубыми глазами. Ослица, только ростом она была около восьми футов, от копыта до уха. Большие белые пятна покрывали ее черную лохматую шкуру.
— Кто это?
— Перед вами стоит мамонтовая дженни. Самка американского гигантского осла.
— Она порождение магии?
— Не-а. Их создали их в начале двадцатого века, главным образом для разведения мулов. Она хорошая кобылка. Хорошо идет по следу. В крайнем случае, она выдаст тебе галоп со скоростью двадцать миль в час, но ненадолго. Но есть одна загвоздка. Большинство из ее вида очень милые. Она — то, что мы называем в бизнесе причудой природы. Умная, упрямая и злобная.
— Как ее зовут?
— Обнимашка.
Чудненько.
— Я ее беру.
В тот момент, когда я вывела Обнимашку из ее стойла, она повернулась ко мне мордой, выпрямилась и выставила уши вперед. Ладно. Когда лошадь была готова проявить агрессию, она обычно прижимала уши назад. Что удумала эта особа, я не знала. Ослы были для меня неизведанной территорией.
— Что означают ее уши?
Мистер Уолтон пожал плечами.
— Это значит, что она не уверена в вас. Ослы — стойкие животные. Это не лошади с длинными ушами, вы же понимаете.
Ладно. Если бы Обнимашка была лошадью, я бы махнула ей уздечкой, чтобы она сделала шаг назад. В играх с доминированием лошадей тот, кто двигался первым, терял лицо. Что-то подсказывало мне, что здесь так не сработает.
— У вас есть морковка?
Мистер Уолтон пересек конюшню и принес мне несколько морковок.
— Спасибо. — Я взяла одну, откусила верхушку и издала громкие жевательные звуки. — М-м-м, вкусная морковка.
Обнимашка расширила глаза.
— М-м-м, вкуснятина.
Обнимашка сделала шаг вперед. Я повернулась боком и попыталась жевать громче. Обнимашка подошла ко мне и ткнулась мордой в мое плечо. Я держала морковку перед ней и гладила ее по щеке. Она съела морковку и посмотрела на меня.
— Очень мило, — одобрил мистер Уолтон. — Вы укротительница ослов.
— У вас есть еще морковка?
Две минуты спустя я упаковала три фунта моркови в седельные сумки Обнимашки. Он позволил мне взять их бесплатно «из-за того, что Обнимашка не лошадь, и я увел вашу кобылу у тебя из-под носа». Если стадо гигантских ослов пересечет наш путь и его нужно будет усмирить, я все предусмотрела.
Я выехала из конюшни верхом на восьмифутовой ослице, которая выглядела так, словно ограбила голштинскую корову и теперь была одета в украденную одежду. Роберт уставился на меня, разинув рот. Десандра сделала странное лицо: ее правая бровь поползла вверх, левая опустилась, а рот застрял где-то между удивлением и началом слова «что». Рот Дерека открылся и не закрывался, пока мы не остановились рядом с ним.
— Что это, черт возьми, такое? — спросила Десандра.
— Это Обнимашка. Она мамонтовая ослица.
Дерек ухмыльнулся, облокотившись на забор.
— У тебя осталось хоть капля самоуважения?
— Нет.
— Я думаю, что она милая. — Десандра протянула руку.
Обнимашка тут же попытался укусить ее. Десандра отдернула руку и оскалила зубы.
— Ослица, ты не знаешь, с кем связываешься. Я съем тебя на завтрак.
— Куда теперь? — спросила я.
— Подожди, — сказал Роберт. — Я все еще… свыкаюсь с твоим способом передвижения.
— Не торопись. — Я подтолкнула Обнимашку локтем, поворачивая ее, чтобы ему было лучше видно. Обнимашка щелкнула ушами, подняла ноги и запрыгала. О Боже милостивый.
Дерек опустил голову на забор и издал стонущий звук.
Десандра фыркнула.
— Ладно, — сказал Роберт. — Я думаю, что переварил. Теперь я готов к стратегическому планированию. Не могли бы вы, пожалуйста, перестать прыгать?
— Вряд ли.
Потребовалось еще тридцать секунд и морковка, чтобы взять Обнимашку под контроль.
— Как нам попасть на территорию, не будучи убитыми? — спросила я.
— Мы можем попробовать зайти с северо-запада, — сказал Роберт. — Там слабо патрулируется, но при нынешнем положении вещей они, скорее всего, удвоили меры безопасности. Они будут нас искать.
Это было преуменьшением века.
— Я могу пойти один, — предложил Роберт.
— Если они обнаружат тебя, мы никогда не найдем твоего разведчика или место преступления, — сказала Десандра
Он бросил на нее взгляд.
— Они не найдут меня.
Конечно, они найдут. Указывать на то, что он слишком тщеславен, будет не особо политично. Я должна была сказать что-нибудь нейтральное.
— Всякое случаются. — Кейт Дэниелс — мастер дипломатии.
— Мы можем проникнуть на линии их обычных маршрутов патрулирования, — сказал Дерек. Мы повернулись к нему.
— Они знают наши маршруты патрулирования, — сказал чудо-мальчик. — Поэтому мы меняем их, когда возникает чрезвычайная ситуация. Скорее всего, они сделают то же самое, оставив первоначальный маршрут открытым.