Тигр, Тигр (ЛП)

Финн помог Мамио сесть за стол. Она порылась в корзинке с таблетками, взяла пузырек и подняла его на расстоянии вытянутой руки.
― Господи, неужели нельзя было сделать мои руки длиннее, а глаза острее?
― Ты могла бы просто носить очки для чтения с петелькой на шее, ― сказал Финн, ― и позволить Всевышнему беспокоиться о более важных вещах.
― Более важных? Ха, ― фыркнула Мамио.
― Позвольте мне помочь, ― Тиган достала пузырек с нитроглицерином и открыла его пожилой женщине.
― Спасибо, дорогая, ― Мамио вытряхнула таблетку, положила ее под язык и откинулась назад, закрыв глаза.
― Это поможет ее сердцу прийти в норму, ― вголосе Финна слышалось беспокойство. ― Через пару минут она будет в порядке.
― А как тут не разволноваться? ― она села, сверкая зелеными глазами. ― Те, кто отправляются в Маг-Мелл, больше не возвращаются, Финн МакКамхейл! А я такая слабая, что не смогу пойти за тобой, если понадоблюсь!
― Будешь чаю, Мамио? ― предложил Финн.
― Разумеется, нам нужен чай!
Финн снял чайник с плиты, наполнил его и поставил на конфорку.
― Сядь, Эйден, ― сказала Мамио, ― и перестань мельтешить.
Тиган усадила Эйдена на скамейку. Он подвинулся, чтобы освободить для нее место, а затем уставился на Мамио.
― У вас реально морщины, ― сказал он.
― А ты похож на маленькую зеленую картофелину, ― парировала Мамио. ― Итак… расскажите мне все.
Тиган начала с того, как тень коснулась ее матери.
― И ты видел эту тень, прати?
Эйден кивнул.
― Ах, моя бедная Эйлин, ― сказала Мамио. ― После стольких лет проклятые твари все-таки пришли за ней.
― Там кот-сидхе, ― Эйден подвинулся к окну. ― Он прыгает вверх-вниз и пытается заглянуть внутрь.
В окне появилась кошачья морда и тут же исчезла, затем появилась снова, как пушистый прыгающий мяч с ушами.
― Закрой шторы и не обращай внимания, ― Мамио протянула руку, задернула занавеску и поправила оборку. ― Они всегда рядом, следят за мной.
― Почему мы их видим? ― спросила Тиган.
― Благодаря второму зрению, конечно же. И разве это не подтверждает, что ваша máthair была той же крови?
― Вы имеете в виду кровь Путешественников?
― Естественно, дорогуша, ― Мамио выглядела очень довольной этим. ― Учитывая, как ее нашли, это не так уж и удивительно. Как много ты им рассказал, Финн?
― Я рассказал им о Фир Болге и о приходе сидхов в Эйранн и Маг-Мелл, ― Финн поставил на стол сахарницу. ― И как в конце концов пришли милезианцы.
― Им нужно знать больше, ― сказала Мамио. ― Принеси печенье. Прати выглядит голодным.
― Да, Мамио.
Финн достал из шкафа банку песочного печенья. Мамио переложила солонки и перечницы в корзинку для таблеток и отодвинула ее в дальний конец стола, чтобы освободить место для банки. Финн сел рядом с ней.
― В незапамятные времена, ― начала Мамио, ― когда Всемогущий своей песней создал множество миров, он разложил их бок о бок, но они не знали друг о друге…
― Мультивселенная? ― Тиган взяла песочное печенье.
― Что? ― спросила Мамио.
― Мультивселенная, ― повторила Тиган. ― Гипотетический набор всех возможных вселенных. Включает в себя все, что физически существует. Пространство, время, все формы материи, энергии, ― все они тупо смотрели на нее. ― Параллельные миры, альтернативные реальности?
Мамио взглянула на Финна.
― Слышала бы ты, как она говорит о моллюсках, ― сказал он. ― Это впечатляет.
Мамио похлопала Тиган по руке.
― Давай просто назовем это «сотворением», дорогая, и продолжим рассказ. В незапамятные времена, как я уже говорила, когда все миры были новыми, Всемогущий создал три народа более могущественными, чем любые другие. Эти три народа могли ходить по всем мирам: эйнгилы, первые из созданий, были посланниками и стражами; Высокородные, созданные для руководства и войны; и Фир Болг, созданные для исправления и ухода. И дал им собственный мир под названием Маг-Мелл.
Чайник засвистел, и Финн встал, чтобы заварить чай.
― А затем сидхе забрали Маг-Мелл, ― сказал Эйден.
Мамио фыркнула.
― Они называют себя сидхе, как будто они один народ ― братья по плоти и крови, но это не так. Они ― химера народов, собранных воедино волей Темного Человека.
 
― Высокородные ― те, кто служил Всемогущему, но больше этого не делают ― обладают неземной красотой, но порочны по своей сути. У них есть родственники низкого происхождения, которые ползают и пресмыкаются, боясь света, потому что на них слишком страшно смотреть, но они все равно тесно связаны с Высокородными. Кроме того, есть слуги Фэра Дорхэ, тени и множество мелких существ, таких как коты-сидхе. Все они были собраны из разных уголков миров и давным-давно сосланы в Эйран.
― Почему в Ирландию?
― Полагаю, чтобы убить ирландцев и помешать им спасти мир.
Финн поставил чайник, чашки и маленький кувшин с молоком на стол и снова сел.
― Ирландцы спасли мир? ― спросила Тиган, пока Мамио разливала чай.
― В из венах течет милезийская кровь, ― объяснила Мамио.
Эйден потянулся за кубиками сахара, но Тиган поймала его руку.
― Только один, ― сказала она, зачерпывая его ложкой и бросая в его чашку. ― Финн сказал, что милезианцы были «сынами человеческими». Они были просто людьми, верно?
― Но разве они не были любимцами Всемогущего? Он создал их любителями знаний, монахами и писцами, менестрелями и магами. Со временем они смешались со всеми народами островов, а также с фир болгами. К тому времени, когда началась история (к началу времен? земная история?), они стали ирландцами.
― Но как они спасли мир? ― спросил Эйден, пока Тиган наливала молоко в его чай.
― Когда мир погрузился в Темные века, кто спрятал книги и сохранил знания? Кто хранил старые истории и песни? ― Мамио хлопнула ладонью по столу. ― Это были ирландцы, и разве их не призвал к этому сам Всемогущий?
Тиган взяла еще одно печенье. В мультивселенную и волшебные народы трудно было поверить. Однако было бы намного труднее, если бы ей не довелось к этому времени своими глазами увидеть тени и котов-сидхе. Но даже если это все правда, Тиган казалось, что кусочков головоломки не достает.
― Почему гоблины пришли за нашей мамой? ― спросила Тиган. ― Даже если она была потомком Фир Болгов, почему за ней, а не каким-нибудь Путешественником?
― Если бы я знала, ― печально сказала Мамио, ― я, возможно, смогла бы помочь бедняжке. Она и сама не знала. Я расскажу вам все, что смогу. Та ночь навсегда запечатлелась в моей памяти. Путешественники собрались в Селси, недалеко от Чичестера и Бошама, в канун Самайна. Это было через год после того, как умер близкий мне человек, и разве можно мирно спать в такую бурную ночь, когда молния разрывала облака и наказывала болото? ― она покачала головой. ― Я благодарила Господа за то, что все мои были дома, в безопасности, когда услышала вой. Жуткий волчий вой. Это была Охота, я уверена. Такая же настоящая, как плесень на костях Падрейга. От этого воя взрослые мужчины могут забиться под свои кровати. А те, кто знает… ― она покачала головой и сжала губы.
― Знает что? ― спросил Эйден.
― Что это зло охотится по ночам за каким-то бедным ребенком, девочкой, украденной из дома, и ей некому помочь, некуда бежать… Одна мысль об этом может свести с ума.
Тиган вздрогнула, вспомнив окровавленные морды.
― Что вы сделали? ― спросил Эйден.
― Я ведь máthair, не так ли? ― Мамио выпрямилась. ― Я убедилась, что мои дети уложены в постель, накинула шаль и пошла посмотреть, что можно сделать. И в конце дороги, перед часовней Святого Уилфреда, я встретила Зеленого Человека.
― Вам было страшно? ― спросил Эйден.
― Не за себя, ― сказала Мамио. ― Он достаточно честен. «Пропусти меня, ― сказала я ему. ― Впусти меня в Маг-Мелл». «Что ты там забыла, Ида?» ― спросил он. «Я христианка, ― ответила я. ― Я сделаю все, что в моих силах. Ты и сам не должен не бездействовать, ты же силён, как бык. Разве ты не слышишь лай?» «Я недостаточно силен, чтобы остановить их, ― сказал он, ― но я могу сделать так». Он схватил угол ночи и проделал дыру в Маг-Мелл. «Я оставлю для тебя свет включенным, ― сказал он, когда я переступила порог. ― Без него ты не сможешь вернуться домой». В Маг-Мелл шторм был еще сильнее, черный, как сам Ад, и пронизанный огнями. Я побежала на звук гончих Сидхе и бин-сидхе…