Кристалл силы: дьявольская любовь (СИ)

Дьявол стих, продолжая смотреть, как закатное солнце пожирает своими лучами шумный город. Ему казалось, что лицемерное светило в своем кровожадном желании просто хочет забрать всех этих людей с собой в холодное небытие.
— Ты думаешь, что желание защищать дорогих нам людей делает нас слабыми? — голос Евы был ненавязчивым и легким, как дуновение летнего ветра.
— Да. — не раздумывая, ответил Райнхард, а сам поморщился от мысли, что девчонка из всей речи обратила внимание лишь на это.
— Но разве у тебя самого нет близких, которых ты хотел бы защитить?
— У меня есть младшая сестра и отец, но они не нуждаются в моей защите. Да и к чему ты это спрашиваешь?
Ева подошла чуть ближе к Райнхарду. Она внимательно осмотрела мужчину с ног до головы, изображая на своем лице театральный оттенок глубокой задумчивости. Как бы просканировала дьявольскую сущность, стоящую перед ней.
— Мне кажется, что ангелы вы или дьяволы, вы не так уж отличаетесь от нас, как ты думаешь. — ответила она в конце концов с нотками какой-то детской игривости в голосе.
Райнхард самодовольно фыркнул, не скрывая раздраженного негодования.
— Ты не разбираешься в вещах, о которых говоришь, глупая маленькая девочка.
— А еще ты куда менее злобен и пафосен, чем сам о себе думаешь. — не унималась Ева, слегка склоняя голову к плечу.
Правая бровь дьявола с негодованием поползла вверх. Он взглянул на девицу сверху вниз, ввиду их разницы в росте. Кроме её доброты и крепкого внутреннего стержня, он вдруг рассмотрел и эту детскую наивность, коей она сейчас сияла в лучах прожорливого заката. Вместо логичного раздражения, её слова и образ вдруг нашли в его чёрной душе отклик непонятного умиления. Райнхард не сдержал улыбки, которую умело перенаправил в русло издевательской ухмылки.
— Три метра расстояния. — послышался вдруг позади строгий женский голос, и когда парочка обернулась, они могли лицезреть уже по-домашнему одетую Натали. — И оставляем дверь всегда открытой.
Она стояла у входа, скрестив руки на груди, и старалась изобразить крайнюю степень родительского негодования на своем всё равно слишком добром лице. Из-за этого образ её был несколько комичным. Казалось, она вот-вот нервно затопает носком одной из ног по полу в лучшем жанре детских мультипликаций. От этого вида Ева вдруг по-доброму засмеялась, но послушно сделала пару шагов в сторону от Райнхарда.
Мужчина же, не стирая со своего лица ухмылки, галантно поклонился Еве в прощальном жесте, снова надевая на себя маску джентльмена, и выдвинулся к двери.
— Я могу подвезти Еву завтра в школу. — произнес он, смотря уже на Натали.
— Я поеду с вами. Как раз обсужу всю ситуацию с директором. — женщина старалась казаться строгой, но её уголки губ слегка дрогнули от звонкого смеха дочери.
— Буду польщен вашим присутствием.
От этого вычурного наплыва галантности Еве захотелось кинуть в широкую спину Райнхарда что-нибудь потяжелее. Но под рукой был только мобильный телефон, и она решила, что дьявол того не стоит.
— Спокойной ночи. — заботливо произнесла Натали, закрывая дверь за собой и Райнхардом.
Девушка кивнула матери и обернулась к окну. Ей закат не казался прожорливым монстром, напротив, эти розовые лучи спокойно убаюкивали беспокойную душу юной Мерриман. Она коснулась подушечками пальцев кристалла, и тот отозвался легким свечением и теплом.
— Ты как будто живой. — тихонько прошептала Ева, словно говоря что-то очень важное, почти сакральное. — Как думаешь, сколько всего еще ждет нас впереди?
Глава 9. Незваный гость
Ева не знала и не хотела знать, откуда Райнхард взял ту дорогую машину, на которой довез их с матерью прямиком до школы. Всю дорогу он строил из себя галантного джентльмена перед Натали, в то время как Ева сидела на заднем сиденье и лишь покачивала головой. Они провели вместе всего лишь день, но она уже прекрасно поняла, что за человечной шкурой дьявола живут те еще черти… вернее один очень уж много думающий о себе чёрт.
Девушка не могла не заметить, какое внимание привлек их приезд. То ли старшеклассники вокруг рассматривали новую дорогую машину, то ли завидного красавца, вышедшего с места водителя. Внимание Ева не любила, оттого постаралась отстать от идущих впереди Райнхарда и матери. Вдруг Натали окликнула одна из подруг, чей сын также учился в этой школе, и она попросила её подождать. Ева решила воспользоваться моментом и, поравнявшись с дьяволом, шепотом спросила:
 
— Ну и что ты будешь делать, великий учитель немецкого языка? — её слова звучали беззлобно, но хмуро. — Весь твой план ведь порушится, как только вы пойдете к директору.
— У меня все схвачено. По ночам спят только смертные малышки, а для дьявола — это самое продуктивное время работы.
Ева не успела спросить, что за коварный план задумал мужчина. Натали быстро вернулась, и девушке осталось довольствоваться лишь его горящими от азарта глазами. Глубоко вздохнув, не предчувствуя ничего хорошего, наследница еще разочек осмотрелась вокруг и снова встретилась с десятками заинтересованных взглядов. Она как-то инстинктивно убрала кристалл под ткань своего серого платья и зашагала к дверям школы.
Только Ева сделала шаг за порог, а Натали и Райнхард скрылись за поворотом к кабинету директору, как девушка почувствовала крепкие объятия. Две ухоженные женские ручки сжимали ее шею все сильнее и сильнее, пока их хозяйка тараторила звонким голоском:
— Это что еще за красавец? Надеюсь, не ухажер твоей матери?
Ева негромко посмеялась и, сохранив улыбку на лице, обернулась к своей хорошей подруге. Это была среднего телосложения девушка невысокого роста с короткими блондинистыми волосами, достаточно ярким макияжем и вечно сияющей улыбкой на лице. На ней был свободный желтый свитер, джинсовая фиолетовая юбка и удобные сапожки, покрытые коричневой замшей. По обилию аксессуаров, громкому голосу и размашистым жестам становилось ясно с первого взгляда — её нисколько не беспокоит внимание извне, а может даже радует.
— Не ведись на обложку, Мари.
— Ишь, какая. Просто не хочешь делиться? — Мари шутливо ткнула подругу локтем в бок. — А может это твой подарок на день рождения? Взрослой девочке взрослые горячие подарочки.
Широкие брови Мари заходили ходуном, голос театрально понизился, как бы намекая на нечто интимное, а после она звонко расхохоталась. Во всех этих её жестах было столько жизни, что они не казались вульгарными.
— Дурочка ты. — улыбаясь во все лицо по-доброму ответила Ева, уже давно не испытывая робости от любых подколов бедо-шутницы.
— Ну а, правда, кто это?
Мари подхватила подругу под руку и подвинулась к ней ближе, искря интересом. Ева же несколько замялась. Вранье давалось ей не с такой легкостью, как Райнхарду. Все же дьявольскую школу она не проходила. Но, понимая, что это ложь во благо, девушка все же ответила:
— Он наш новый учитель немецкого. Приехал по какой-то программе обмена. Ему резко оказалось негде жить из-за форсмажора, поэтому некоторое время он поживет у нас.
— У вас?! — удивленно зашипела Мари. — Этот горячий красавец с тобой под одной крышей? Ну всё, дорогая моя, с этого дня все уроки мы делаем только у тебя.
— У тебя только одно на уме. Он же слишком взрослый.
— Ничего подобного, это мы слишком молоды. Однако любовь, как известно, не знает преград!
Ева глубоко вздохнула и покачала головой. Её подруга даже не представляла, сколько кроится за этим «слишком взрослый». Ведь если подумать, сколько лет вообще Райнхарду, раз он застал молодость бабули Алексы?
— Ты так и скажи, что он тебе самой нравится. — змеино-искустельным шепотом произнесла Мари и начала снова строить глазки.
— Это совсем не так. Он не плохой, конечно, но очень хочет таковым казаться. — Ева невольно потерла кончик подбородка. — И иногда у него это получается. В общем, Мари, давай без глупостей. Тем более, он будет нашим учителем.
— Правильная святая Ева! Ладно, я из добронравственных подруг и женский кодекс с правилом «увидела первая» прекрасно знаю. А потому обещаю к нему слишком сильно не приставать. Однако если все в школе узнают, что этот красавец будет на твоей сегодняшней вечеринке, все девчонки забудут о тусовке Карла и побегут к нам. Он ведь будет?