Кристалл силы: дьявольская любовь (СИ)

— Ева, ты совершенно не стараешься! — прорычал дьявол, вставая со стула. — Я без труда снова и снова проникаю в твои мысли. Ты что, хочешь, чтобы каждый слабенький маг мог залезть тебе в голову?
— Нет же! — растерянно ответила наследница, опуская кристалл. — Я очень, очень стараюсь. Делаю всё, как ты говоришь. Но я совсем не понимаю, почему ничего не выходит!
Она выглядела расстроенной. Эти двое сейчас находились в её комнате, где Райнхард установил непроницаемую для звука невидимую защиту. Натали они всегда говорили, что просто изучают немецкий, а также французский, коим дьявол тоже владел в совершенстве.
— Ничерта не понимаю. — мужчина начал расхаживать из стороны в сторону, скрестив руки на груди. — Ты так легко справилась с такой сложной магией, как исцеление, а на такую мелочь, как банальный ментальный блок не способна. Да любому встречному ребенку-сифту дай твой кристалл, и он тебе это наколдует, просто пожелав!
— Я правда стараюсь. — обиженно твердила наследница, теребя в руках Слезу Авеля.
Дьявол звучно выдохнул, останавливаясь посреди комнаты. Хмуря брови, он активно думал, сверля взглядом одну точку.
— Мы уже три дня пытаемся. Это не должно и не может занимать так много времени. — в полголоса произнес мужчина.
— Вообще у меня есть одна идея. — неловко вмешалась в его мыслительный процесс Ева. — Я подумала… может, если я буду знать больше о своих корнях, это поможет мне?
Райнхард оживился, поднимая строгий взгляд на девушку.
— Здравая идея. Мы почти ничего не знаем о твоих родителях. Даже если это не поможет в деле магии, как минимум, это может дать ответы на вопрос о том, почему ты именно в этой семье по желанию правителя ада.
Ева уверенно кивнула, а в глубине души порадовалась, что её идея была хорошо воспринята дьяволом.
— Можешь ли ты помочь мне с этим и прочитать мои воспоминания?
— Прочесть воспоминания — да. Дьявольская сила проникновения в разум не так уж сильна, это скорее стезя ангелов, но раз у тебя не стоит никакого магического блока, я смогу это сделать.
— Отлично! Что мне делать?
— Сиди там, где сидишь.
Райнхард снова сел на стул, который стоял напротив в метре от Евы. Пальцами он беспринципно взялся за подбородок девушки и начал приподнимать её голову, фиксируя ту.
— Можно и попросить. — недовольно буркнула Мерриман.
— Сиди так, не шевелись и смотри мне в глаза. — игнорируя слова наследницы, но отпуская её подбородок, приказал дьявол.
Девушка кивнула.
— Не шевелись, я сказал. — тихо рыкнул на неё мужчина.
Ева замерла. Глаза Райнхарда вспыхнули огненным светом. Он сверлил её взглядом, пока в какой-то момент не нахмурился и недовольно не произнес:
— Глупо думать о том, какой мудак тот, кто читает твои мысли в данный момент у тебя на виду.
— Прости. — моментально растерянно выпалила Ева.
Дьявол лишь усмехнулся и продолжил. Он пару минут непрерывно смотрел в глаза Мерриман, то хмурясь, то выражая искреннее непонимание на лице, а иногда вдруг ухмыляясь. У девушки же это вызывало ощущение дикой неловкости, будто иголками по всему телу тычут. Она с силой сжала кулачки, стиснув губы, смирно выжидала, даже старалась не моргать. Однако, когда Райнхард в очередной раз гаденько ухмыльнулся, она не выдержала и выпалила:
— Не лезь только, куда не следует, пожалуйста!
— Не волнуйся, я тоже считаю тебя сексуальной. — ядовитый ответ мужчины не заставил себя ждать.
— Что?! Нету там такого! — возмутилась девушка, краснея и чуть ли не вскакивая с места.
Но тяжелая рука приземлилась на её плечо, в то время как остальное тело Райнхарда осталось неподвижным.
— Сиди смирно, я сказал.
Его тон резко стал крайне строгим, поэтому Ева сдержала эмоции и продолжила напряженно и молча смотреть в горящие глаза дьявола.
Прошла еще пара минут. Мужчина резко сильно нахмурился, чуть наклоняя голову в бок. Его взгляд становился всё суровее, пока в какой-то момент он вдруг не зажмурил глаза, прикладывая пальцы к виску и откидываясь на спинку стула.
— Зараза. — недовольно прошипел он.
 
— Что-то пошло не так?
— Я нашел то, что нужно, но оно словно покрыто абсолютным мраком. Как только доходишь до детских воспоминаний глубже приюта — появляется тьма. Она будто засасывает тебя. Не знаю, что это за дрянь, но пройти через неё я не смогу. Возможно, какой-нибудь сильный ангел или хорошо подкованный в этом сифт сможет, но я даже не уверен.
— Но что это вообще может быть? Я ведь не могу ставить никаких блоков.
— Если это и ментальный блок, то совершенно необычный. Как правило, защита такого рода просто не дает читать мысли, общаться ментально или проникать в воспоминания, но чтобы была заблокирована только какая-то их часть. Нет, это что-то очень странное.
— И что же делать? У нас ничего не получится? — Ева заметно расстроилась.
— Есть кое-что еще, что можно попробовать. — Райнхард вновь выпрямился, сидя на стуле. — Какое твое самое раннее воспоминание из детства?
— Ну, — она задумалась, опустив взгляд, — наверное, мой день рождение в приюте, когда мне исполнилось пять. Я помню, что мне подарили большого белого медведя. У него не было одного глаза, но мне помогли пришить черную пуговицу…
— Я сейчас заплачу. — прервал её дьявол.
— Ты жестокий. — обиженно буркнула девушка.
— Я рациональный. Так вот я могу попробовать с помощью магии стимулировать твои воспоминания. Они ведь все еще в твоей голове, но тебе нужно до них докопаться. Возможно, ты сама что-то вспомнишь.
Ева угрюмо кивнула. Заметив это, Шац устало вздохнул, но все же произнес заметно мягче:
— Прости меня. Не хотел тебя обидеть. Дети-сироты этого мира не находят никакого отклика в моей черной душе, но когда я думаю о тебе в таком амплуа, даже мне становится немного тоскливо.
— Правда? — она приподняла грустный, но чуть более оживленный взгляд.
— Нет, у меня нет сердца. — моментально выпалил он, и схватился пальцами за приподнявшийся подбородок, чтобы снова зафиксировать лицо Евы.
— Это не так. — по-лисьему щурясь и чуть улыбаясь, ответила она.
— Думай, что хочешь, но сосредоточься. Закрой глаза. Ты будешь чувствовать тепло от моей руки, возможно, даже жар — не пугайся. — с этими словами он положил ладонь на черноволосую голову. — Когда ощутишь его, постарайся думать о раннем детстве и родителях. Лучше озвучивай все образы вслух, иначе можешь просто забыть их, когда я перестану магически воздействовать.
— Поняла. — Ева закрыла глаза.
Дьявол сосредоточился, и девушка ощутила, как его горячая, несколько агрессивная и неспокойная магия воздействует на её голову. Было неприятно, будто тебе пытаются залезть пальцами под череп, чтобы пощупать его изнутри. Однако сифта постаралась расслабиться, глубоко выдохнула, а главное начала снова и снова думать о том, что хоть это и адская магия, она все же исходит от Райнхарда, которому она верит. Эти мысли успокаивали.
— Начинай вспоминать.
Мерриман сосредоточилась. Мысли о матери. Ух. Было сложно прогнать из головы образ Натали. Всё же хоть та и была лишь приемной мамой, но Ева всегда очень тепло относилась к ней и именно от неё чувствовала любовь в ответ. Из-за этого поначалу всё пошло не в то русло. В голове начали всплывать воспоминания о том, как небольшой детской ладошкой она берет Натали за руку. Ощущает, что у этой красивой улыбающейся женщины очень теплая и приятная кожа, но почему-то её пальцы немного дрожат. Как она заводит маленькую девочку, обнимающую всё того же белого, уже изношенного мишку, в большой пестрящий богатством дом. Внутри отражается то же детское опасение, шок и еще не до конца осознаваемая радость от того, что всё это реально, что она правда держит за руку свою новую маму.
У Евы слегка задрожали губы. Её детский образ и те вспомнившиеся как сегодня чувства заставили к горлу подступить ком.
— Что такое? — моментально среагировал Райнхард, спрашивая с неприсущим ему волнением.