Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": CRYPTIDIS (СИ)

Мы прошли в гостиную и завели непринуждённый разговор на общие темы — в первую очередь о том, какие у нас с Глорией впечатления от Доркинга. Мы выразили восхищение, надеясь, что хозяева не заметят фальшь. Впрочем, опасения оказались совершенно напрасны, поскольку супруги искренне верили, что Доркинг — прелестнейшее место, и, если бы не жуткие убийства, он был бы истинным Раем.
Доктор пустился рассказывать о своей службе у графа Вергера. 
— И после того, как я прооперировал ему колено, и ногу удалось спасти, Его Сиятельство выхлопотал мне личное дворянство, — говорил он, пока я осматривал интерьер.
Несколько акварелей — кажется, кисти мадам Фэлпс, цветы в аляповато расписанных горшках, подушки в вышитых чехлах. Всё говорило о стремлении хозяев дома к уюту и покою.
— Но отец Дотти всё равно был против, — продолжал доктор. — Пришлось нам бежать и обвенчаться в крошечной церкви в соседней деревушке. 
— А уж как папа злился, когда узнал! — всплеснула пухлыми руками миссис Фэлпс. — Чуть удар его не хватил. Как же: дочка замуж за доктора вышла! И не за Лекаря, а за самого обычного. Мы-то из потомственных дворян происходим.
— Но потом успокоился родитель, — сказал хозяин дома, ласково улыбнувшись супруге. — Даже благословил.
Должно быть, история женитьбы на этом не кончилась бы, но пришёл Броуд.
Широко улыбнувшись нам с Глорией, он громко поздоровался с остальными. 
Егерь явился в довольно приличном костюме, хотя было заметно, что его не сшили на заказ, а приобрели в магазине готового платья.
— Рад снова с вами встретиться, — сказал Броуд, приглаживая волосы ладонью. — Как продвигается расследование? Уже напали на след убийцы?
— Всё идёт своим чередом, — уклончиво сказала Глория. — Правосудие на верном пути.
— Рад слышать, — кивнул Броуд.
Я решил дождаться удобного случая и навести разговор на убийства, а ещё лучше — перекинуться с егерем парой слов наедине.
На аперитив подали домашнее вино, совсем недурное. Сидя у холодного камина, мы обсуждали последние события, высказывали предположения по поводу того, кто убийца. Разговор зашёл о цыганах.
— Это же варвары! — громко объявила миссис Фэлпс, брезгливо поморщившись. — Им убить человека ничего не стоит.
— Не говори так, дорогая, — сказал доктор, накрывая рукой ладонь супруги. — Цыгане живут в Империи очень давно и никогда не совершали зверств. Ну, облапошить дурака или коня украсть — бывало, однако убивать…
— Глупости! — фыркнула докторша. — Просто они умеют заметать следы. Удивляюсь, почему цыгане не смылись сразу после убийств. Какая наглость — остаться здесь! Слава Богу, наш полковник их приструнил!
— Вы тоже считаете, что убийства — дело рук цыган? — спросил Фэлпс Глорию.
— У меня пока нет оснований всерьёз их подозревать. Нужны улики.
— Кажется, дело оказалось слишком сложным и запутанным? — спросил Броуд. — Настоящая тайна!
— Удивительно, что это случилось именно у нас, — покачала головой докторша. — Обычно удивительные и загадочные вещи происходят где-то далеко. И когда они случаются у тебя под носом, чувствуешь себя… ну, сопричастной, что ли. Сопричастной тайне, я хочу сказать.
— Ты вовремя поправилась, дорогая! — натянуто рассмеялся Фэлпс. — А то мисс Глостер могла бы решить, что ты признаёшься в соучастии, — голос у него был высокий и словно надтреснутый, из-за чего нельзя было понять, смеётся он от души или только изображает весёлость.
— Не приведи Господь! — его супруга в притворном испуге округлила глаза. -Надеюсь, это не так, лейтенант?
— Ни в коем случае, — отозвалась Глория. — Разве я могу заподозрить в таком страшном преступлении женщину? Тем более, столь очаровательную.
— Вы мне льстите! — докторша вспыхнула, отведя глаза.
— Да, — проговорил её муж, качая головой. — Доркинг всегда нравилась нам тем, что здесь ничего не происходило. Тихое местечко. Правда, дорогая?
— Я теперь каждый вечер проверяю, заперты ли в доме двери, — докторша обвела гостей глазами. — Раньше мне это и в голову не пришло бы, а теперь не могу уснуть, пока не удостоверюсь.
 
— Я уверена, что вам нечего опасаться, — сказала Глория. — Убийца не безумец, и его выбор жертв не случаен.
Один из методов работы полицейского — делать вид, что знаешь больше, чем говоришь. Это заставляет преступника нервничать и, если повезёт, он может совершить роковую ошибку. Сколько дел было раскрыто благодаря тому, что злоумышленник терял самообладание и начинал суетиться вместо того, чтобы затаиться и ждать, пока всё уляжется.
— Слава Богу! — с облегчением вздохнула докторша. — А то я вся извелась. Представляете, в последние дни, чтобы уснуть, мне приходится каждый раз пить снотворное. И всё равно кошмары лезут в голову. 
В это время вошла кухарка и объявила, что ужин готов и стол накрыт.
Мы прошли в столовую и расселись. Мне досталось место справа от Фэлпса, рядом с Глорией и напротив Броуда.
В центре стола возвышался целиком зажаренный поросёнок, обложенный яблоками и марципанами, украшенный бумажными розочками. Он сверкал жиром, словно приглашая себя попробовать. 
Доктор взял длинный кухонный нож и ловко расчленил поросёнка. 
Каждый из нас получил по изрядному куску. Его жена разложила гарнир, пустила по кругу плетёную корзину с белым хлебом, обратила внимание гостей на различные соусы в маленьких металлический чашечках с носиками. Мы благодарили и восторгались.
— Как вам удалось заполучить этого дивного поросёнка? — поинтересовался я у Фэлпса.
— Было нелегко, — доктор заговорщицки подмигнул супруге. — Пришлось постараться. Вам нравится?
— Приготовлено божественно!
— Спасибо, господин Блаунт, — докторша расплылась в улыбке, хотя я уверен, что стряпала кухарка. 
На десерт подали сухофрукты и пудинг.
Потом мужчины вышли на террасу покурить. Фэлпс достал толстую сигару. Не слишком дорогую, как я успел заметить. 
— Скажите, — обратился я к Броуду, облокотившись на перила, — о чём вы договаривались ночью возле гостиницы и с кем?
— Простите? — Броуд поднял брови, но я заметил, как он напрягся, сразу сообразив, что я имею в виду.
— Не стоит юлить! — сказал я резко. — Учтите, вас могут обвинить в убийствах.
Тут я, конечно, блефовал. Улик против егеря не было.
— С какой стати?! — растерялся Броуд. Глаза у него забегали. — Вы… про что, собственно?
Фэлпс застыл, удивлённо глядя на нас.
— Той ночью вы утверждали, что ваш собеседник оказался прав, и что надо будет кого-то зарезать, — сказал я. — А также жаловались, что, не узнай вы о приезде мисс Глостер, вам грозила бы тюрьма. Или это не ваши слова?
Егерь побледнел. Он открыл рот, собираясь ответить, но губы только беззвучно шевелились.
— Николас! — Фэлпс выглядел обеспокоенным. — Что всё это значит?! Ты же не… — он испуганно прикрыл рот рукой.
— Нет! — прохрипел Броуд, затравленно озираясь по сторонам. — Всё было не так! Вы переиначили…
— Расскажите, как! — потребовал я, чувствуя, что егерь готов выложить всё. — Пока я не решил, что вы хотели зарезать лейтенанта!
Фэлпс всплеснул руками и вытаращил глаза.
— Ну, что вы, господин Блаунт! Николас не способен. Говори же! — он дёрнул егеря за рукав.
Тот судорожно сглотнул, взглянул на своего родственника, потом кивнул, словно на что-то решившись.
— Ладно! — сказал он, нервно притушив окурок о перила. — Чёрт с ним, расскажу всё как на духу!
— Я слушаю.
Броуд вопросительно взглянул на Фэлпса. Тот кивнул.
Егерь прочистил горло. 
— Эдвард, — он кивнул на доктора, — рассказал мне, что из Лондона должен приехать следователь. Сами понимаете, мы с ним всё-таки родственники, а тело-то нашёл я. Стало быть, с кого спрос? Боялся я сильно, что повесят на меня убийство этой Генбах. Конечно, мне её жалко было, но идти в тюрьму ни за что — кому ж захочется?
— Никому, само собой, — согласился я.
— Вот и я говорю! — кивнул Броуд, приободрившись. — Словом, когда Эдвард сказал, что приедет полицейский, я и решил: отправлюсь ему навстречу, а там как бы случайно поговорю с ним, ну и… — егерь махнул рукой, — сниму с себя подозрения. Потому что я никого не убивал, Богом клянусь! — он быстро перекрестился.