Люблю тебя (СИ)
Меня всё чаще помещает мысль о том, что стоит поехать к маме, как бы унизительно это ни было. Я не могу жить у мужчины на правах друга, поскольку другом он меня не считает, всё же цепляется за наше прошлое, желает, чтобы я вновь была его девушкой.
— Ладно, кроме бани и деревьев здесь нечего смотреть. Сходим к пруду? — предлагает Тимур.
— Можно, — киваю я.
Стоит сказать ему о ребёнке и тогда, я думаю он прекратит любые поползновения в мою сторону. Но я не решаюсь.
Мы выходим за ворота и идём сперва по дороге через посёлок, а затем по накатанной дороге вдоль леса, пока наконец не останавливаемся перед большим прудом.
— Чем тебе не светский выход? — ухмыляется мой спутник.
Здесь такое умиротворение. Я чувствую себя как в детстве, в деревне у бабушки. Никаких забот, только запах луговых трав, легкий ветерок, который тревожит камыши у воды.
Тимур стоит позади меня, и я чувствую, как его рука ложится мне на талию.
— Алина, — его губы прямо у моего уха… От такой близости по рукам и спине бегут мурашки. — Ты знаешь, что кроме тебя одной для меня в целом свете никого нет и не может быть. Я не давлю на тебя, знаю, что тебе нужно время, но одно твоё слово и этот мир упадёт к твоим ногам. Всё, что захочешь.
Он говорит, а его рука уже скользит вверх по моей спине, поднимается к шее. Его пальцы шершавые, но от этого не менее нежные.
Я делаю придыхание, чтобы ответить, но Тимур продолжает.
— Ты только скажи, одно твоё слово и мы можем быть счастливы, ты и я. Ведь ты не просто так позвонила мне… Алина, одно слово…, - шепчет он.
Я поворачиваюсь к Тимуру, заглядывая в его карие глаза, я вижу в них надежду и желание.
Надо ему сказать.
— Тимур, я должна тебе сказать, что я…
— Тимур! Вот ты где!
Мы оба резко оборачиваемся. Перед нами стоит светловолосый молодой мужчина. И в нём я узнаю вчерашнего гостя Тимура.
Тимур немедленно убирает от меня руки и идёт навстречу своему гостю. Одна я вижу, что он невероятно зол? Интересно, этот гость знает Тимура так же хорошо, как я?
— Артём! — в голосе Тимура звучит сталь. — Телефон изобрели для того, чтобы ты мне звонил и говорил, когда приедешь.
Он даже улыбается, гость воспринимает его слова за шутку, но я то знаю, что сейчас Тимур вне себя от гнева. Хорошо, что не я причина его негодования.
— Я выключил свой телефон, пришлось от него избавиться, — пожимает плечами Артём.
Тимур приближается к блондину и сжимает его руку в приветствии, — не здесь! — шипит он.
Затем поворачивается ко мне.
— Милая, иди домой, помнишь же дорогу? Я тебя догоню, но чуть позже.
Я смотрю на двух мужчин и их странное поведение.
— Иди, же! — цедит Тимур.
Я направляюсь обратно в сторону дома, прохожу мимо припаркованной машины у дороги, похоже блондин приехал на ней.
Моё внимание привлекают два бугая, что стоят у машины. Оба в чёрных костюмах, можно было бы принять их за водителей, но я уверена, что они точно зарабатывают на жизнь не вождением автомобилей. Украдкой смотрю на них, они на меня, когда прохожу мимо. Один из них курит.
— Доброго дня, — говорит один из них, голос его похож на раскаты грома.
— Здравствуйте, — киваю я и спешу пройти мимо.
Воображение рисует картинку, как эти двое закидывают меня в салон автомобиля и увозят в неизвестном направлении. Но, похоже, что они настроены мирно, по крайней мере в отношении меня.
Возвращаюсь в дом и жду Тимура.
Странные личности к нему приезжают… Я бы даже подумала, что бандитского вида, не иначе!
Мне почему-то становится страшно за Тимура, проходит минут тридцать, не меньше, покуда дверь не открывается, и он не заходит домой.
Как ни странно, но мужчина выглядит вполне спокойным, похоже, что он даже в хорошем настроении, его выдают приподнятые уголки губ.
— Слава богу, — выдыхаю я.
Тимур приподнимает бровь, — что такое?
— Я волновалась! Этот человек, он выглядел так странно! И потом, я проходила машину с двумя верзилами, я переживала за тебя, чтобы с тобой ничего не сделали, — восклицаю я.
— А? — удивляется Громов.
— Я беспокоилась! — повторяю я.
В порыве, я касаюсь руки Тимура.
И тут он начинает смеяться, раскатисто и громко, так сильно, что из его глаз едва не бегут слезы.
Я стою совершенно не понимая, что творится.
— Фух! — вздыхает он. — Дай мне отдышаться! Ну, и рассмешила! — облокотившись о диван говорит он.
Что я такого сказала, что это вызвало такую реакцию? Вроде бы ничего смешного!
— Тимур? — спрашиваю я, надеясь хоть на какое-то объяснение. — Ты с кем-то связался? Тебе угрожают эти люди?
— Тссс… молчи, прошу, иначе я умру от смеха.
Он поднимает вверх ладонь, призывая меня к тишине.
Затем в миг становится серьезным, приближается ко мне вплотную. Он накручивает мой локон на свой палец, затем нежным движением заправляет волосы мне за ухо.
— Тимур? Ты связался с нехорошими людьми? Попал в плохую компанию?
— Малыш, я и есть плохая компания, — отвечает он и улыбается, а глаза его опасно сверкают.
Глава 19
— Прости?
Я отступаю на шаг назад.
— Я и есть плохая компания, — повторяет он будничным тоном. — Поэтому твоё волнение излишне. А эти люди, ну, они работают на меня. Это мои люди, если так можно выразиться.
— Чем ты занимаешься? Ты же инженер…
— Я был инженером, когда мы встречались, недолго. Эта работа, как ты помнишь, не сделала меня богатым, и никогда не сделала бы, поэтому после нашего с тобой расставания, я понял, что стоит добиться большего, много большего.
— Когда мы встретились в кафе, ты говорил, что ездил на север на заработки и в Якутию. Это ложь? — спрашиваю я.
— Отчего? Вовсе нет. Я был там, были и заработки, и, как иногда случается, нужные знакомства. Я занялся небольшим прибыльным делом.
Он улыбается, я вижу, что он невероятно горд собой и своими достижениями, но так же, похоже, не собирается раскрыть мне, чем именно он зарабатывает, и какой у него бизнес.
— Бриллианты? — уточняю я. — Ты их воруешь?
— Малыш, лично я ничего не ворую, как можно!?
Громов шутливо разводит руками.
Похоже он просто издевается надо мной!
— Но если тебе интересно, бриллианты одно из моих занятий.
— А другое?
Уголки его губ приподнимаются, — проголодалась?
Тимур поднимает брови в немом вопросе, поскольку я молчу.
Боюсь, он не ответит. Мужчина идет к холодильнику и достаёт готовые салаты, купленные накануне.
— Тимур? — спрашиваю я, в надежде услышать ответ.
— Да, малышка? — он оборачивается и мило улыбается мне.
— Я угадаю? — спрашиваю я.
— Думаю, ты меня опять рассмешишь, чем невероятно позабавишь, — говорит он, затем добавляет более серьёзно, — не стоит.
Я понимаю, что он не намерен отвечать.
— Не скажешь мне? — всё — таки уточняю я.
— Нет. Да и зачем тебе знать, это мужские дела.
Что ж, его право. Кто я такая, чтобы допытываться и выяснять, чем он зарабатывает? Я знаю одно, это что-то незаконное. Иначе и быть не может.
Вечером Тимур вновь уезжает, а в следующие три дня я чувствую себя как жена Синей Бороды или Рапунцель, поскольку совершенно никуда не выхожу, с той только разницей, что героини сказок жили во дворце, а я в доме.
За это время я успела изучить расположение и убранство всех комнат. Несколько раз пробовала набирать Глебу, но все мои звонки остались без ответа; писала ему сообщение, но и там мимо.
В конце концов я решила, что у меня есть гордость, и если этот мерзавец, иначе и не сказать, не намерен узнать, что у него будет ребёнок, черт с ним!
Я отдыхала, гуляла по опушке леса, ходила к пруду, но ни на минуту меня не отпускали мысли о моем будущем. Как бы я не гнала прочь мысли о Глебе, постоянно думала о нём! Гадала, что он сейчас делает, с Настей ли он теперь? Мне было горько думать о том, что он не захотел со мной толком встретиться и поговорить, объясниться! Обвинял в том, что я встретилась с Тимуром в кафе, а сам изменял мне с Настей. Так или иначе, меня тянуло к Глебу. Не могла я в один миг перестать его любить и начать ненавидеть!