Адениум (СИ)

— А почему меня оставили в живых? — встрепенулась я, — Зачем? Или я тоже интересовала ученых в качестве подопытного кролика?
Мне показалось, что генерал боялся этого вопроса. Он недовольно поморщился и кивнул.
— Именно. Первые годы своей жизни ты жила в той самой лаборатории, которую недавно обнаружила. За тобой наблюдали… Но вирус никак себя не проявлял. И тогда было решено найти для тебя приемных родителей. Это оказалось непросто. Нужны были специально обученные и подготовленные люди.
— Зачем? — удивилась я. — Ведь я была самым обычным ребенком?
— Да. Это так, — согласился генерал. — Но твоя сущность могла проявиться в любой момент.
— И что, супер — мама не нашлась? — усмехнулась я, вспомнив Марию. Она была лучшей матерью на свете, но вовсе не походила на бойца отряда спецназа.
— Ну почему же? — спокойно произнес он. — Твоя приемная мать лучше других подошла на эту роль.
— Бросьте! — Я махнула рукой. — Я жила с ней очень долго. Вы думаете, что я бы не заметила ничего странного? Она не следила за мной!
— Ей было это не нужно. Мария — сильный экстрасенс, с возможностью видеть будущее. Неужели ты никогда не обращала внимания, что она знает гораздо больше, чем другие.
Я удивленно смотрела на него, понимая, что он прав. Я никогда не обращала на это внимания, но ведь действительно — Марии было известно многое.
В мыслях закружились воспоминания, раз за разом подтверждающие правоту Грэхема. На глаза навернулись слезы. Воспоминания захлестнули с головой, царапая изнутри, словно кошачьи когти. Увижу ли я ее еще когда-нибудь? Наверное, да. Даже не наверное, а точно увижу. Неожиданно вспомнился тот вечер, когда Мария звонила мне и плакала в трубку, говоря, что наша встреча состоится не скоро. Пускай так, но это значит, что мы встретимся! Она жива.
Эта мысль позволила немного расслабиться и задышать спокойнее.
— Мария знала, кто ты и откуда.
— Она ничего мне не рассказывала, — прошептала я.
— У нее был приказ. Она не могла рассказать. По инструкции, она должна была отправить тебя в Египет при первых же симптомах превращения.
— Она сделала все наоборот, — прошептала я. — Отправила меня на север, приказав не приближаться ни к одной из известных мне пустынь.
— Она пыталась спасти тебя. Уберечь. Мария знала, что эксперимент продолжится, и ты станешь чем-то вроде подопытного кролика.
— Я все равно оказалась здесь, — с моих губ сорвалась горькая усмешка.
Генерал промолчал, ничего не ответив. Мы ехали молча, думая каждый о своем. Но нечто еще, зудящее в мозгу словно комар, не давало покоя. Я чувствовала, что упустила какой-то важный момент, интересующий меня.
— Постойте! — воскликнула я, — Но как появились остальные непены? Откуда? Или их тоже создали и выпустили в мир, чтобы посмотреть, что из этого выйдет?
— Конечно нет! — ответил Грэхем. — Их никто не выпускал намеренно.
— Тогда что произошло? Почему все обернулось кошмаром?
— Эксперимент продолжался все это время.
— До сих пор? — изумилась я. — Их создавали…
— Да. Вирус оказался очень интересен для ученых умов. Они видели в нем огромный потенциал, и разработки велись все последние годы. Непенов пытались усовершенствовать, делать сильнее, выносливее и умнее. К счастью с интеллектуальными способностями мало что вышло. Иначе весь человеческий вид был бы обречен.
— Как они оказались на свободе?
— Пара особей сумела вырваться из лаборатории, убив персонал.
Я молча кивнула головой и отвернулась. Теперь все стало ясно. Вся эта война началась из — за ошибки. Маленькой ошибки, которая привела к таким жутким последствиям. Погибли тысячи людей. Потому, что пара непенов сбежала… И весь мир изменился. Я глубоко вздохнула.
— Мы почти приехали, — раздался спокойный голос генерала, и я подняла глаза, оторвавшись от своих раздумий
Он куда-то показывал рукой. Я присмотрелась и увидела впереди, прямо на горизонте темное пятно.
— Что это? — поинтересовалась я, пытаясь рассмотреть странный объект. Но даже с моим зрением ничего не вышло. Мы были еще слишком далеко.
 
— Скоро сама увидишь! — усмехнулся Грэхем.
Мы подъехали ближе, и я, наконец, поняла, куда меня привезли. Это был крошечный оазис, маленький и по все видимости необитаемый. Всего около сотни метров в диаметре. Автомобиль остановился недалеко от его границы.
Я удивленно смотрела, как в полной темноте колыхались от ветра листья деревьев. Вся земля под ними заросла каким-то неизвестным мне кустарником и колючей травой. Чтобы войти внутрь, придется продираться сквозь гущу растительности, которая в высоту достигала моего роста. Было ясно, что сюда давно не ступала нога человека. Вполне возможно, что вообще никогда… Мне придется здесь жить???
Голос генерала Грэхема оторвал меня от невеселых размышлений.
— Нужно выгрузить вещи из машины, — произнес он, открывая дверь и выходя наружу.
Мне пришлось последовать за ним. Ветер, набирая силу перед грозой, резко ударил в лицо, словно дал пощечину. Черные тучи, на миг сместились к горизонту, оставив брешь для луны, грустно взирающей сейчас с небес на землю.
На негнущихся ногах, я молча подошла к генералу и взяла в руки большую сумку. Он вытащил из машины еще пару таких же и легко понес их к границе оазиса. Я медленно плелась следом, опустив голову и не говоря ни слова.
Грэхем положил сумки на землю и выпрямился, внимательно глядя на меня своим тяжелым взглядом, который, казалось, просто пригвоздил меня к месту. У меня появилась возможность лучше рассмотреть его. Этот человек определенно напоминал кого-то. Но кого?
— В этих сумках, — спокойно произнес он, — все, что может тебе понадобиться первое время.
Я молча кивнула, переведя тоскливый взгляд на верхушки пальм, шелестевшие во мраке.
— Здесь еда, — продолжал он, — Правда, все обезвоженное, но иначе нельзя — тут слишком жарко. Так же есть немного одежды и медикаменты. В маленьком пакете вакцина от укусов скорпионов и змей. Док не успел поставить тебе укол, потому что пришлось выезжать в спешке. Насколько я могу помнить, змей здесь раньше никогда не было, но неизвестно, как теперь обстоят дела. В этот оазис давно никто не забредал…
Кстати, среди травы бежит ручей с питьевой водой, правда, я уже не помню, где именно. Утром поищешь.
— Спасибо… — прошептала я, чувствуя, что в горле снова встает ком.
— И еще, — сказал он тихо, заглядывая мне прямо в глаза, — Рик приедет ровно через месяц. И он просил меня передать его просьбу.
— Какую? — тихо поинтересовалась я, чувствуя, как зашлось от боли сердце.
— Не делай глупостей.
Я опустила голову, борясь с отчаянием. Генерал протянул мне пистолет, который я взяла трясущимися руками.
— Это на всякий случай, — произнес Грэхем, — Вряд ли он понадобится, но… Рику так будет спокойнее.
— Почему? — дрожащим голосом прошептала я, — Почему вы это делаете? Вы рискуете своей карьерой, может быть, даже свободой из-за меня. Вы это знаете. Не можете не знать… Зачем?
Что-то появилось в его взгляде, который он бросил в мою сторону.
— Рик расскажет тебе, когда приедет.
— Он не приедет! — простонала я, — Он не приедет, не сможет!
— Его не так просто остановить! — Грэхем усмехнулся.
В его взгляде снова промелькнуло что-то… даже не знаю, как объяснить. Что-то неуловимо-знакомое и вместе с тем необъяснимое. Я не смогла возразить.
Мои руки крепче сжали оружие, и генерал заметил этот невольный жест.
— Месяц! — кивнул он, резко отворачиваясь от меня и направляясь к своему автомобилю, — Мне нужно на рассвете вернуться в штаб, чтобы никто не заметил моего отсутствия.
Сквозь слезы я смотрела, как он подходит к машине, как садится в нее и захлопывает дверь.
— Подождите! — воскликнула я, бросаясь под колеса. — Мне нужно знать кое — что еще!
— Что случилось? — поинтересовался Грэхем, глядя на меня удивленным взглядом. — У тебя есть ровно одна минута.