Адениум (СИ)

Последние сутки показались мне нескончаемо долгими, как будто прошел уже целый год. Целый год без него…
Я не шевелилась, безучастно наблюдая за движением луны по небосклону. Казалось, что все мое существо превратилось в кровавую, рваную рану, и чтобы унять нестерпимую боль, нужно не двигаться, чтобы не разбередить ее.
Постепенно наступило утро. Еще одно. Совсем не нужное, и абсолютно неважное для меня. Еще один день, бесконечно тянувшийся и наконец, завершившийся. Снова наступила ночь, которую сменил новый день, не принесший ни радости, ни облегчения моей растерзанной душе.
Я сидела, безучастно наблюдая за течением жизни вокруг, и не имея никакого желания участвовать в ней. Дни шли за днями, и мне стало казаться, что я действительно окаменела, превратившись в античную статую.
— Чертов вирус! — злобно подумала я, — Нормальный человек давно умер бы, находясь столько времени без еды и воды, а я должна сидеть здесь и чего-то ждать! Сколько дней уже прошло? Я напрягла память, но она сейчас наотрез отказывалась сотрудничать со мной. Я медленно подняла руку и взглянула на часы, которые безошибочно выдали мне свой вердикт — шестнадцать. Шестнадцать суток я сижу, не сводя взгляда с горизонта и уже не надеясь на лучшее. Шестнадцать дней. Скорее всего, Рика уже не в живых…
— Но постой! — тихим голосом возразило подсознание, — Если бы он превратился, ты бы это почувствовала! Ты бы услышала его…
Я дернулась всем телом, словно по нему прошел разряд электрического тока. Прошло уже две недели, а он еще человек, он все еще жив! Я почувствовала, как в глазах защипало, словно в них налили уксус. Сердце, которое уже почти остановилось, снова застучало, почувствовав пока еще слабую, но такую желанную надежду.
Я медленно и глубоко вздохнула, до отказа наполняя легкие горячим воздухом, и поднялась с земли. Я выживу… Теперь я выживу…
Маленький заброшенный оазис среди мертвой, выжженной беспощадным солнцем пустыни. Теперь это мой дом…
Стоя по грудь в зарослях неизвестного мне кустарника, я посмотрела по сторонам. Грэхем говорил, что где-то здесь должен быть ручей с питьевой водой. Но где? Землю под ногами поглотила трава. Ничего не видно, кроме этого зеленого ковра. Поиски источника заняли у меня почти половину дня.
Продираясь через колючки и чертыхаясь себе под нос я, наконец, услышала слабое журчание воды. Но его самого не было видно. Мне в какой-то момент даже показалось, что он существует только в моем воображении.
Наконец, старания увенчались успехом. Я наступила в траву и испуганно отдернула ногу, почувствовав кожей что-то мокрое. Вот он. Маленький извилистый ручеек бежал среди изумрудно-зеленых зарослей, просачиваясь откуда-то из-под земли и разливая живительную влагу вокруг. Вода в нем была теплой, почти горячей.
Мне было уже все равно. Без сил опустившись на колени, я жадно пила, набирая ее дрожащими ладонями и поднося к лицу. Две недели жесткого поста окончательно подорвали мои силы. И пусть я сильна и вынослива, как никто другой, но это уже явно был перебор. Только теперь я начала ощущать дикий голод. Сумка с продуктами так и осталась лежать на песке, скорее всего, уже покрывшись пылью. Нужно сходить за ней, иначе долго я не продержусь.
Мне захотелось жить. Захотелось так, как никогда ранее. Рик… У меня теперь есть надежда, что ты все-таки приедешь, что я снова увижу тебя. Мне больше ничего не нужно.
Напившись, я пошла откапывать сумки с провизией, которые уже основательно занесло песком. Сейчас они казались мне тяжелыми, просто неподъемными.
С трудом затащив одну из них в тень и расстегнув молнию, я набросилась на еду, словно видела ее первый и последний раз в жизни. Грэхем предупреждал меня, что там все сухое, но сейчас мне было уже не важно.
Галеты, обезвоженные и крошащиеся в руках от долгого нахождения на солнцепеке, казались самым вкусным, что я когда-либо пробовала. Разрывая дрожащими руками упаковки, я поглощала их содержимое, и никак не могла насытиться.
— До чего себя довела! — сказала я сама себе, — Скорее всего, уже стала похожа на живой труп! Хорошо, что здесь нет зеркала, а то инфаркт был бы обеспечен! Рик приедет через несколько дней, и кого он здесь найдет? Не девушку, по имени Илекса, которую он помнит, а ходячего мертвеца, худого и желтого.
 
Наконец, звериный голод отступил, и без сил привалившись спиной к стволу пальмы, я закрыла глаза. Мне нужно подумать, что делать дальше. Рик приедет нескоро, я это знала, потому что дни ожидания всегда тянутся издевательски медленно. Надо что-то придумать, чтобы скоротать время. Конечно, можно начать метаться, не находя себе места, и нарезая круги по периметру оазиса, но существует реальная опасность, что я просто могу свихнуться. Можно продолжить моцион, в виде неподвижного сидения на земле, но больше этого не хотелось. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как меня одолел сон.
Когда я открыла глаза, была уже глубокая ночь. Я удивленно смотрела на узкий серп луны, которая находилась прямо надо мной, словно не понимая, зачем она здесь. Звезды, горевшие в черном небе, принялись дружески подмигивать, словно старые знакомые, с которыми мы давно не виделись, и вдруг встретились совсем случайно.
— Сколько же я спала? — пришла в голову мысль, и я машинально посмотрела на часы.
Черт! Прошло двое суток… Я глубоко вздохнула, испытав немалое облегчение от того, что время ожидания уменьшилось. Осталось двенадцать дней, и я снова увижу его. Всего двенадцать дней. Но как они долго будут тянуться!
Грустно вздохнув, я поднялась с земли и направилась к роднику, чтобы попить. Вода стала немного прохладнее, чем в прошлый раз, правда, совсем немного. Вдоволь напившись и умывшись этой водой, которая была словно парное молоко, и совсем не приносила ощущение бодрости, я уселась возле пальмы и задумалась.
Чем же мне заняться? От скуки можно сойти с ума. Раньше я могла хотя бы послушать мысли непенов, иногда это было даже занятно, но в основном их разговоры вызывали лишь глухое раздражение. Я мечтала о том дне, когда в моей голове наконец-то настанет долгожданная тишина. И вот это случилось, а я почему-то не рада. Черт! Мне не угодишь…
Я тихо вздохнула, подняв глаза вверх и рассматривая луну, которая продолжала свое бесконечное путешествие по небосклону и не особо волновалась из-за людских проблем.
Ее рассеянный свет слабо освещал пустынное плато, раскинувшееся передо мной, но мне его было вполне достаточно, чтобы видеть и различать даже самые мелкие детали.
— Наверно, нужно пойти и забрать оставшиеся сумки! — подумала я, внезапно вспомнив слова генерала о том, что в них есть сменная одежда.
Я уже много дней находилась здесь, не моясь и не переодеваясь. А вдруг Рик сможет приехать немного раньше? Эта мысль буквально подбросила меня в воздух и заставила помчаться к сумкам.
Пыхтя и чертыхаясь, я с трудом дотащила свою ношу до родника, и положила на небольшой ровной полянке. В одной из сумок, как и обещал Грэхем, находилась одежда. Там я обнаружила нижнее белье, одну пару легкой обуви, причем моего размера, мыло, небольшой пакет с медикаментами, одно большое полотенце, одно маленькое и даже зубную щетку.
Я села рядом со всем этим великолепием на траву и крепко задумалась. Как здесь можно помыться? Ручеек, вытекающий откуда-то из-под земли, позволял наполнить водой пригоршню. И только. Что же делать?
— Может быть, вырыть небольшую яму? — подумала я, — Конечно не размером с ванну, хотя это было бы в данной ситуации совсем не лишнее, но возможно немного углубить…
Абсолютно не хотелось рыть землю руками, но выхода не было. Я выдернула траву, которая росла сплошным ковром у источника, чтобы она не мешала мне производить раскопки и принялась за дело.
Примерно через час яма была готова, и я с гордостью смотрела на дело своих рук, которые, к слову сказать, теперь выглядели весьма плачевно. Вымазавшись по уши в грязи, и окончательно обломав все ногти, я смогла добиться некоего результата.