Вероятность выживания (СИ)

— Спасибо тебе за то, что спас меня — с признательностью произнесла девушка. — Этот юноша почему-то решил, что я должна одарить его благосклонностью и быть ему за это благодарна. Обидно, что в представлении таких, как он, все ульвы оказывают неприличные услуги за деньги. Меня зовут Кайя.
— Меня зовут Дин, — очень хотелось поддаться её чарам, но от этого диалога слишком много зависело, — не спеши благодарить, я спасал не тебя, а его.
— Что ты имеешь ввиду? — удивилась девушка. Очень натурально удивилась.
— Я знаю, кто ты. И знаю, зачем ты здесь. — Кайя уже не улыбалась, серьёзно глядя мне в глаза.
— И кто же я, по твоему? — тихо произнесла она. В видениях я видел свою смерть в случае неправильного ответа. Невероятно быстро и без всякой магии, поскольку она могла её изгонять вокруг себя по желанию. Конструкты просто рассеивались, то состояние, в котором я положил кучу разбойников, также не помогло. Я не знал, кто она и зачем пришла в Оплот под видом простой послушницы, но ссориться с ней было бы глупо.
— Это неважно, — заулыбался я, — важно то, что я здесь по той же причине. Мы с тобой союзники, а не враги. Поэтому я сохраню твою тайну.
— Что ж… — помолчав некоторое время, промолвила Кайя, — я пока что поверю тебе. Позже мы поговорим об этом. Я уйду первая, чтобы не привлекать внимания.
Я посмотрел в спину уходящей девушки магическим зрением, её аура не была похожа на ульвийскую. На три другие расы она также была непохожа, на мою, кстати, тоже. Возможно, мы с ней в магическом плане одинаковые уродцы.
Когда я вернулся к строению, практически все присутствующие там либо громко обсуждали что-то, либо прислушивались к этим обсуждениям. При моём появлении все, кого я видел, примолкли и продолжили разговоры, косясь при этом на меня. Видимо, вблизи храма слухи распространяются особенно быстро.
— Тебе что, жить надоело? — зло прошипела на меня Илина, когда я подошёл к её скамейке. — Ты правда сам вызвал на поединок Грона Кровавую Молнию?!
— А, так вот как его зовут, — меланхолично протянул я, присаживаясь рядом, — а то этот хмырь не соизволил представиться. Глуповатое прозвище, кстати.
— Это прозвище он получил, победив на последнем Ифинурском турнире, когда после каждого молниеносного удара проливалась кровь соперника, — хмуро просветила меня девушка, — ты против него не простоишь и минуты, даже если хорош в бою.
— Если будут принимать ставки на победителя, поставь это на меня, — я вытащил мешочек со своими сбережениями и сунул ей в руки, — свои тоже можешь поставить, деньги лишними не бывают.
— Не пойму, откуда такая уверенность? — озадаченно протянула Илина, — У тебя есть какое-то преимущество, о котором никто не знает?
— Можно и так сказать, — улыбнулся я, прикрывая глаза и вспоминая то, как я тренировался в создании этого конструкта. Второго из двух целительских, которые я изучил. Но если конструкт «малого восстановления» я просто запомнил, то в создании конструкта «ошеломления» я тренировался не сотни раз, и даже не тысячи, скорее десятки тысяч раз, благо это требовало мало сил, а под конец ещё и мало времени. Сам конструкт, согласно изображению в книге, представлял собой шестиконечную звезду со сдвоенными точками у основания лучей. Поначалу создать его не получалось, пока я не сообразил, что сдвоенные точки означают, что у фигуры есть объём.
Через первые несколько тысяч созданий я попробовал согнуть лучи в сторону мага, чтобы создавать конструкт быстрее, это не только ускорило создание, но и значительно увеличило скорость срабатывания, правда уменьшив при этом стабильность готового каркаса. Путем изменения углов, расстояний и формы, через огромное количество проб и ошибок, я создал достаточно устойчивый конструкт, срабатывающий намного быстрее оригинального, но требующий для использования значительно больше энергии. Насчёт силы воздействия ничего не могу сказать, ставить опыты было не на ком, хотя пару раз мне хотелось потренироваться на Санлисе.
Я настолько был уверен в своём конструкте, после стольких попыток, что готов был доверить ему свою жизнь. Тем более, в видениях я видел, что мой соперник в поединке не успеет от него увернуться, а затем эффект конструкта поменяет его преимущество в скорости на недостаток. Летая над поединком, я увижу, как моё тело легко справляется с этим хвалёным победителем турнира.
 
— Ты готов? — вырвал меня из воспоминаний незнакомый хрипловатый женский голос. Я открыл глаза, передо мной стояла вооружённая коротким мечом и кинжалом воительница с коротко остриженными волосами. — Я проведу тебя к месту поединка. Гордись, юнец, на твою смерть соизволила посмотреть сама госпожа Танита.
— Безумно польщён, — саркастично произнёс я, вставая и направляясь вслед за провожающей, — а кто это?
— Выживешь — узнаешь, — отрешённо произнесла женщина, — а коль нет, то и рассказывать незачем.
Мы вышли на другую площадку, позади пирамидального строения, огороженную забором, за которым уже толпились желающие поглазеть на кровавое зрелище. В стене, возвышающейся над площадкой, был небольшой уступ, на котором стояли удобные кресла. В центре сидела молодая женщина с роскошной копной черных вьющихся волос и надменным красивым лицом. По бокам от неё сидели две девушки с ещё более надменными, ничем особенно не примечательными лицами.
Мой соперник уже стоял с противоположной стороны площадки, обнаженный по пояс. Молодые девушки за оградой, которых тут было большинство, с восторгом пялились на его мускулы.
— Итак, напомню правила. — пришедшая со мной воительница встала в центр площадки. — Одинаковые клинки, никаких амулетов, только собственная магия. Последняя возможность отказаться и принести извинения.
— Ни за что, — прорычал Грон, взмахнув выданным ему клинком. Я, также отказавшись, взял в свою очередь клинок и приготовился, встав в нужную позу.
Сзади соперника какая-то незнакомая мне женщина делала жесты руками, словно накладывала на него какие-то конструкты. Увидев, куда я смотрю, Грон ухмыльнулся и показал на своей шее, как отрезает мне голову. Я нахмурился, но не потому, что на моего соперника наложили защиту. Ни в одном видении поединка я этой женщины не видел.
— А это разве по правилам? — спросил я у воительницы, указав на магиню позади соперника.
— Если до поединка, то можно, — успокоила меня так и не назвавшая мне своего имени женщина, — имей ввиду, пользоваться амулетами после начала поединка — проигрыш. Они это почувствуют. — Женщина мотнула головой в направлении уступа с креслами.
Я вновь отошёл на свою позицию, выставив правый бок вперёд и взяв клинок в левую руку. Грон поигрывал мускулами перед благодарными зрительницами, картинно не обращая на меня внимания.
После сигнала к началу поединка соперник резко кинулся в мою сторону. Однако я был ещё быстрее, со скоростью урагана вскидывая правую руку, практически мгновенно формируя, как тысячи раз до этого, конструкт «ошеломления» и запуская его в сторону противника. После этого я максимально отрешился от происходящего, дожидаясь, пока перед глазами всё поплывёт, однако, увидев происходившее передо мной, я развеял это состояние.
Грон, который должен был затормозиться от моей атаки и слегка поплыть, как от кувшина крепчайшего дурмана, вёл себя несколько иначе. Он лежал на земле и трясся в судорогах. Из его рта на землю капала пена. Через пару мгновений мой соперник по поединку замер без сознания.
Молчащие до этого шокированные зрительницы взорвались воплями негодования. Одна из целительниц подбежала к упавшему Грону и начала водить над ним руками. За забором кричали, что я сжульничал. Я перевёл взгляд на уступ. Женщина, сидящая в центральном кресле, с удивлением и недоверием всматривалась в лежащее тело. Затем она встретилась взглядом со мной. Её лицо выражало гнев и ещё какое-то чувство, что мне пока не довелось встречать в собеседниках за последние годы.
Ещё одна целительница водила возле меня руками, затем повернулась и мотнула головой в отрицательном жесте. Госпожа Танита, а никем иной эта сидящая наверху женщина быть не могла, скомандовала что-то находившимся рядом с ней девушкам и быстрым шагом направилась внутрь строения. Я перевёл взгляд на Грона, его бессознательное тело уже уносили с площадки.