Последняя Цивилизация (СИ)

И если после первой задачи кто-то шептался, то после оглашения второй задачи повисла напряженная тишина. Согласна ситуация серьезней некуда. А командир продолжил:
– Третья группа в поселении «Олекма» уже занимается укрепление забора и строительством дозорной башни, по-моему, указанию. Старейшины согласились с моими выводами о необходимости в этом. Поэтому мы должны укрепить ограждения и в «Лесном». Всем все ясно?
– Да сер, – хором ответили парни.
– Нет, – мое «нет» на фоне их прозвучало писком новорожденного котенка, причем таким громким, так что все обернулись. И мне пришлось продолжить говорить, сливаться со скамейкой больше не получалось. – Как мы все успеем? – вот сейчас работа развед-отряда уже не казалась романтичной и никак не вписывалась в мои планы. Я подняла голову, выпрямила спину и посмотрела прямо в глаза своему кошмару, который кажется, уже мысленно душил меня. – Третья группа так и останется во втором поселении?
– Рядовая Розали Сорел, по-моему, я еще не перешел к плану, а лишь назвал основные задачи, – оказывается Ник злопамятный. Впрочем, такой официоз мне только на руку. Парни как-то ехидно посмотрели на меня, угу видимо представляют, как будут меня наказывать за такое хамство начальству. Вот говорила мне мама, сначала думай, а потом говори. И почему у меня все на оборот?! – Как справедливо заметил наш врач, наш отряд не безразмерный. Поэтому десять человек займутся ограждением. Для постройки старейшины отрядят в подмогу мужчин с полей и лесозаготовки, остальные займутся охотой, – это что, получается, охотиться на мутантов пойдут всего пять человек. Кажется, мои глаза округлились, а рот открылся, но Никита предупредительно вскинул руку и продолжил: – Третья группа должна будет вернуться завтра. На недельное дежурство в поселении «Олекма» заступает завтра: Виктор, Павел, Август, Петрович, Серега. Петрович выезжаете, завтра утром и смотрите в оба. Что бы ни каких эксцессов. На охоту идут: Леха, Сашка, Дмитрий, Роза и я. Розали Сорел вы же охотник, насколько мне известно, поэтому не делайте такие испуганные глаза. С вами идут отличные бойцы, так что отставить мандраж. После приезда к нам присоединится Дэн .
– Почему меня нет в составе группы охотников? – мрачно спросил Николя.
– Ты и сам знаешь. Злость и месть не лучшие советники, не хочу, чтобы ты из-за своей горячности погиб или пострадал кто-то другой. А у тебя башню сносит, лишь от одной мысли прикончить пару монстров. Так что посидишь тут в поселение, выместишь зло на гвоздях и молотке, от этого, по крайней мере, не помрешь, а как остынешь – верну в строй. Еще есть вопросы?
Николя сжал кулаки и опустился на место. Вот сейчас решение командира я полностью поддерживала и была с ним полностью солидарна.
– Сегодня после ужина состоится обряд посвящения и принесения клятвы, – напомнил Ник. – Все свободны, кроме Жеки и Славы.
Я облегченно выдохнула и уже поднялась вместе со всеми, чтобы покинуть штаб, но властный голос Ника пригвоздил меня к полу:
– Роза задержись, я сейчас закончу, и мы продолжим наш разговор, – и этот кошмар подмигнул мне своими чуть раскосыми глазами. Вот что называется родиться под несчастливой звездой!
– Да, – я даже не пыталась изобразить улыбку, а наоборот скривилась, как будто только что откусила недозрелое кислое яблоко. И почему он ко мне прицепился? Бабы давно у него что ли не было, так это не ко мне. Вот сходил бы к вдове Марыське, она завсегда таким рада, отварчик противозачаточный я ей всегда выдаю. Вот и шел бы к ней, чего ко мне в душу лезет...
Я вышла на улицу и подставила лицо солнцу, пусть веснушки хоть что ли вылезут, может, отстанет этот кошмар сероглазый.
Подслушивать о чем болтают парни, желания никакого не было. Я все думала, как избежать неприятного для меня разговора. Подсыпать ли муравьев красных этому гаду иди слизней, так спихнуть не на кого, да и догадается сразу. Разве что притворится смертельно больной, а вдруг проверит чего доброго, но это лишь отсрочка, а от самой проблемы не избавляет. Ну и пока я погрязла в своих размышлениях, время незаметно пролетело, и за моей спиной уже стоял Ник с кривой ухмылочкой:
 
– Пошли, девочка. Правда, повар я не очень, – поспешил предупредить Ник и осмотрел так, словно собирался приготовить из меня тот самый ужин.
Я с трудом подавила в себе желание позорно сбежать и показать свой страх. Однако протянутую руку проигнорировала.
– А я и не жду ничего, можно и без ужина обойтись. Давай поскорее с этим покончим, можем прямо здесь.
– До обряда еще есть время, а я жутко голодный. Так что придется тебе как-нибудь вытерпеть мое присутствие, – злостно прошипел объект моей ненависти. И не дожидаясь моего согласия, схватил за руку и потащил за собой.
Ладонь у него оказалась крепкой и горячей, и отнюдь не противной, как мне бы того хотелось. Моя маленькая ручка, зажатая в его огромной лапе, смотрелась особенно хрупкой. Да и вообще я ощущала себя, как в сказке, про красавицу и чудовище, только Ник был не чудовищем, а тем злым парнем Гастоном. Бе...
Я нехотя плелась за Ником. На поселение опускались сумерки, в окнах домов зажигался свет, слышались звонкие девические голоса и смех. Да здесь уже царила атмосфера праздника, несмотря на ужасные события и нависшую угрозу. Всего через несколько часов будут танцы и праздничный стол... У нас так мало праздников, так что их все ждут с нетерпением и никто не хотел отменять торжество из-за каких-то мутантов! Мы собирались веселиться и продолжать жить назло судьбе, как делали это всегда после конца света.
Наконец, мы пришли к маленькому добротному деревянному домику с голубой крышей. Внутри было довольно чисто (для мужчины), но не обжито и довольно холодно. Складывалось ощущение, что здесь никто не жил. Комната и кухонька, да четыре окна. Наше жилище по сравнению с этим казалось просто дворцом. Но в отличие от всех других домов нашего поселения здесь имелся настоящий камин. И, пожалуй, на этом плюсы заканчивались. Вся обстановка сводилась к одинокой кровати, шифоньеру, двум стульям и небольшому столу. На окнах даже занавески отсутствовали, а вот на открытых полках шкафа стояли редкие вещицы: книги, шкатулки, статуэтки. Над кроватью сиротливо висела картина какого-то древнего воина с прекрасной девушкой в платье, чем-то напоминающем халат. И все бы ничего, но вот эти грязные голые окна, пыль и паутина в углах... Мда, сходил бы он уже к Марыське, она бы ему после свидания, все прибрала.
– Проходи, присаживайся, – нарушил мои размышления Ник.
– Сразу видно один живешь...
– Да, а что не так?
Никита прошел к камину, взял поленья, сложенные рядом с ним аккуратной кучкой и разжег его.
– Грязно у тебя здесь, ты вон даже в обуви по дому ходишь... – осторожно заметила и посмотрела на Ника, ожидая его реакции. Но он лишь пожал плечами.
– Мне некогда. Иногда у меня тут убираются, а я все больше в штабе время провожу, а сюда только ночевать, даже обедаю чаще у старейшин, – разоткровенничался Ник, или это он передо мной оправдывается, абсолютно не обижаясь на мои слова
На секунду задумавшись, осмотрел стол, а потом с видом гения сходил на кухню и вернулся уже с котелком, наполненным водой. Он быстро подвесил его на крюк в камине.
Я себя чувствовала здесь неуютно, хотелось поскорее уйти, но стоило мне задуматься о побеге, как объект моей жгучей ненависти воспылал желанием побеседовать:
– Пока вода кипит, давай поговорим, – я кивнула, деваться-то все равно некуда. – Итак, каковы твои истинные мотивы? – он сел на стул, взял из вазочки леденец и закинул его в рот. Посмотрел на меня, сложил руки на груди и принялся изучать, пока я думала, что ему ответить. – Ты влюбилась в какого-нибудь парня и теперь хочешь поразить его сердце своей храбростью? – высказал свое предположение Никита, устав дожидаться от меня ответа. Я чуть не подавилась. А что может согласиться? Хотя с другой стороны, вдруг наоборот исключит из отряда. Эх, была не была.