Последняя Цивилизация (СИ)

-- Все равно это неправильно, -- я продолжала гнуть свою линию. У них же есть дети?! Они-то ни в чем не виноваты!
-- Да сколько можно! Открой глаза! Мы всех приютим, а сколько пищи у нас? Хватит ли ее на всех? Хотя бы на месяц, а потом что?! Всем придется умереть с голода, или съесть друг друга?! – зло прошипел Артем и сплюнул на земляной пол.
Я беспомощно посмотрела на Ника, Глеба, Жеку, надеясь, что кто-нибудь поддержит меня. Все отвели глаза, кроме Никиты. Но от него я ждала помощи в последнюю очередь, да и его глаза буравили меня, лишь с тем, чтобы потом он мог сказать: «Я же говорил!».
Однако командир все же поднялся и подошел ко мне:
-- Ты слишком наивна.
Олег Павлович покачал головой.
-- Не зря мы женщин никогда не брали в отряд. Слишком уж они мягки, с такими по миру пойдешь! – он укрылся одеялом и отвернулся носом к стенке.
Как бы ни было грустно, но против правды не попрешь. Хотелось, что бы слова Олега Павловича и Артема были неправдой. Но это так… теперь я понимала, почему многие из них становятся странными. Нелегко жить с этими знаниями, и мириться со своей совестью.
Я отошла и взяла в руки деревянную лошадку. Артем ее вырезал для своей дочки. Так красиво… Отец мне тоже вырезал игрушки из дерева. На меня нахлынули воспоминания: теплые, уютные. Они ласкали меня, словно мамины руки и навевали легкую грусть.
С улицы послышались приглушенные женские крики. Я выглянула в единственное крошечное окно, чтобы посмотреть. Недалеко горел костер. Его отблески хорошо освещали улицу. Мужчина, которого я посчитала стариком, прижимал к земле довольно молодую женщину в лохмотьях. Она какое-то время скулила и брыкалась. Однако после нескольких ударов затихла и, лишь отстраненно смотрела в сторону. Насильник быстро задрал юбки и вонзился в податливое тело. Соитие продолжалось не больше минуты, а затем он откатился в сторону, кряхтя от облегчения.
Мужчина что-то бормотал и тихо смеялся, обнажая десна с несколькими гнилыми зубами. Жертва с трудом поднялась, встала на колени и протянула руку, что-то выпрашивая. Старик небрежным движением отрезал лапу от подстреленного Жекой зайца и бросил к ногам девицы. Она резво подскочила, прижала подачку к груди и скрылась в темноте ночи. Эта картина вызвала у меня отвращение.
Я с ужасом отвернулась от окна и посмотрела на разведчиков.
-- Ну как, убедилась?! – равнодушно поинтересовался Никита. А потом добил: -- При нас они еще не особо буянят, -- он прислонился к стене рядом со мной, достал сигарету и закурил. Я же смотрела, как он неспешно выдыхал облака белого дыма и не знала, что делать. Моя картина мира трещала по швам под ударами суровой реальности.
-- Пора спать. Выезжаем засветло, -- сообщил Никита и мягко подтолкнул меня к моему спальному месту.
Я поежилась, впервые ощущая себя настолько беззащитной. В темноте мне мерещился этот ужасный старик, с черными провали вместо глаз, а вместо скрипа слышался мерзкий пробирающий до самых костей смех.
-- Ты не против, если я лягу рядом? – спросил Никита, раскладывая рядом со мной свой спальный мешок.
-- Нет, – выдохнула я.
-- Не бойся, приставать не буду, просто твоя дрожь мешает мне спать. Так ты быстрее согреешься.
Не знаю, почему я не стала сопротивляться, может все ужасы выбили меня из колеи, может просто слишком устала. Однако чувствуя его дыхание на своей коже, ощущая приятную тяжесть на талии, я быстро успокоилась и уснула.
Ник разбудил меня рано утром. Мы наскоро перекусили хлебом и копченым мясом, а потом поспешили поскорее убраться из поселения.
Стоило нам снова оказаться в машине, как с меня слетели всякие ограничения и я начала пытать командира, хотя все еще смущалась смотреть ему глаза после ночи, проведенной в его объятьях.
-- Зачем мы вообще заехали туда, если там так опасно?
-- За патронами, да и чтобы не ночевать в лесу или на дороге, -- ловко отвертелся Никита, следуя уже заготовленной легенде.
-- Зачем? Мы часто ночуем в лесах, патронов в бункере еще много. Повторяю свой вопрос, зачем мы заехали в это ужасное поселение?
 
-- Твои выводы, солныш-ш-ш-ко? – не удержавшись, снова зашипел Никита, излишне крепко сжимая руль.
В ответ я пожала плечами.
-- Ну же давай, прояви чудеса своей дедукции, -- начал подначивать Ник.
Я окинула взглядом всех присутствующих, но они успешно мимикрировали под обивку, делая вид, что их здесь нет. Мне не хотелось разводить скандал, но еще хуже прерваться на полуслове.
-- У меня есть пару вариантов. Первое, вам жаль этих людей, поэтому вы иногда заезжаете и вымениваете те крохи патронов (всего-то маленький ящик), что они добывают. Второе, тут гораздо более опасно, чем я могу предполагать.
Я замолчала и посмотрела на командира в зеркало заднего вида. Его и без того узкие глаза превратились в щелочки, а между бровей залегла складка. Он знал, что у меня на уме был еще и третий вариант. Поэтому так хмурился, ожидая от меня услышать очередные обвинения. А я сдержалась – не хочу выносить сор из избы.
Да, бродила в моей голове мысль, что мой личный кошмар, решил устроить мне испытания, но это были лишь мысли.
-- Что ж отчасти ты права. Мы не изверги. И если есть возможность помочь без ущерба для себя, мы помогаем. Второе, да опасность есть, но смысла объяснять, откуда она исходит -- нет. Сама все поймешь, когда увидишь своими глазами. И да детка, твой третий вариант, тоже имеет место быть! – Ник обернулся и послал мне ироничную улыбку.
Вот гад! Где его хваленая субординация?! Я покраснела. Но дальше полемику решила не разводить. Парни в машине тоже молчали, лишь иногда переглядывались и таинственно улыбались.
Мы снова выехали на древнюю дорогу, правда, уже более накатанную что ли. Иногда мне казалось, что ее кто-то расчищал. Кто ж знал, что я недалека от истины.
Затем съехали в низ с дороги и проехали поглубже в лес, так чтобы наши машины не сразу было заметно и легче замаскировать. Ник оставил Костю и Гришу охранять их. А всех остальных сам повел обратно к дороге.
Я с интересом рассматривала низкие бугристые деревья довольно высокую траву, особенно для весны, с опаской поглядывала на счетчики Гейгера, отмечая чуть повышенный радиоактивный фон. А потом излишне резко поинтересовалась:
-- Эй, что мы здесь вообще делаем? – пребывание в полной не осведомленности сильно раздражало и выводило из себя.
-- Мы готовим засаду, -- ответил Артем и как-то странно улыбнулся.
-- Для кого? – я посмотрела на Никиту умоляющими глазами.
На самом деле я была на пределе своего терпения. Все эти тайны чрезвычайно сильно раздражили. Я чувствовала себя, словно муха запутавшаяся в путине, ловко сплетенной и расставленной Никитой.
-- Потерпи немного, скоро увидишь, -- он загадочно улыбнулся. – Ты же хотела увидеть мир, ну и все сопутствовавшее этому?!
Я еле сдержалась от того, чтобы не запустить в этого невозможно ядовитого мужчину чем-нибудь тяжелым. Вот ведь все передернул и вывернул, как ему удобно.
-- Вот и почувствуешь драйв. Считай это очередным экзаменом на определение стрессоустойчивости и смекалку.
Я сглотнула образовавшийся ком в горле, а заодно и все ругательства, вертевшиеся на моем языке.
-- Надеюсь, твои тайны не будут стоить нам жизни, -- просто ответила я и пошла, помогать ребятам готовить засаду.
Я ждала, что парни проболтаются, но они предпочитали молчать. Моя помощь сводилась к простому наблюдению.
Мужчины вытащила из багажника странный предмет, на деле оказавшейся шипованной лентой.
-- Ребята откуда это у вас? – удивилась я. О назначении этого приспособления легко было догадаться.
-- Ну, это всегда было в бункере, -- быстро и с легкой улыбкой на лице сказал Олег, приглушенным голосом, кося глазами на командира. – Видать сохранилось еще с времен до конца света. Только не знали о назначении.