Виконт. Книга 3. Знамена Легиона (СИ)

Толпа вновь расступилась, и к моему месту отдыха подошел староста.
— Да хранит вас Единый, милорд! — он отбил земной поклон. — Прошу, не побрезгуйте моей благодарностью!
Нет, этим я не то, чтобы побрезгую, но просто не возьму вот этот вот объемистый позвякивающий кошель, протянутый старостой.
— Я не беру плату за помощь, — прищурился я. — Я не практикую и совершенно случайно оказался здесь. Так что уберите, пожалуйста, ваши деньги. Не обижайте меня.
— Может быть, милорд маг хочет что-то другое? Коня, зерна или что мы еще можем вам предложить?
— Хочу, — сказал я. — Вы мне расскажете все, что знаете об округе. Кто, как, где можно найти пристанище, где можно обосноваться…
— Милорд, вы можете остаться и здесь. Вам всегда будут рады.
Староста, видимо, решил не преминуть попытаться заполучить себе такого ценного сотрудника. Сейчас еще бонусы посулит, как пить дать. Э, нет. Сельским магом я становиться не собираюсь. Повышать приплод поросят, урожайность полей и лечить белую горячку — это не ко мне.
— Я не один, — обломал я мечты старосты. — Мы — большой караван переселенцев и ищем место, где бы обосноваться.
— Большой? — тут уже староста опять включил режим подозрительности.
— Большой, — подтвердил я. В самом деле, три десятка переселенцев разом — это много. — Я не думаю, что вы захотите нас принять.
— Рабочим рукам всегда в деревне рады, но… — староста поскреб затылок.
Вот-вот, скреби затылок. Когда увидишь тридцать вооруженных мужиков полубандитского вида, сам откажешься принимать незваных гостей.
— Так что мы просто поедем дальше, — прервал я его мыслительный процесс. — Где там, говорите, Осген?
— Дальше по дороге, пятнадцать лиг, милорд. Но не думаю, что вам там тоже будут рады.
— Это почему же? — заинтересовался я.
— Вряд ли там найдется много земли. То есть она есть, но выкуплена хозяевами. У них большие угодья.
— Все равно, попытаем счастья там. А пока расскажите-ка мне любезный поподробнее про Осген…
Когда я вернулся к обозу, уже вечерело. Бенидан встретил меня у обоза, оценил пустую лошадь, которая была привязана к моей.
— Один? — кивнул он на пустое седло.
— Так получилось, — коротко ответил я. — Не спрашивай.
— Потом сам расскажешь, — кивнул он. — Что узнал кроме?
— Что мы уже близко. В полутора десятков лиг плюс-минус от места назначения.
— А местные?
— Местные? Деревушка, называется Аспен. С сотней жителей, которые будут нам не рады, я так думаю. Я договорился, что мы пройдем через их земли, не вступая в контакт и не заходя в саму деревню.
— Годится. Тогда чему ты такой радостный? — спросил Бенидан.
— Что, по мне так видно? — ответил вопросом на вопрос я.
— Ага. И в отличие от обычного, эмоции не скрываешь.
— Есть чему, — подмигнул я.
В самом деле, староста оказался довольно полезным источником информации. О поселении Осген. И в некоторых местах его рассказа у меня много раз отвалилась челюсть. Я даже не мог поверить тому, что он сказал.
— Располагаемся на ночлег?
— Сначала пройдем за деревню. Нам разрешили встать лагерем за ее границами.
— Ну что же, тогда так и сделаем. Трогаемся!
Мы проехали через тракт уже в сумерках. Местные оказались довольно предусмотрительными — на улицах никого, окна домов, выходящих на дорогу, плотно закрыты ставнями. Лишь кое-где в слуховых окнах магическим зрением я определил стрелков с арбалетами, следящих за дорогой. Понятно, места-то глухие и небезопасные. Особенно, когда мимо проезжают непонятные путники.
Встав лагерем за деревней, мы устроились на очередной ночлег, хотя я прямо-таки рвался побыстрее оказаться в Осгене, теперь уже дома. А что меня там ждут, я не сомневался
Вот, наконец, показался и Осген. Я наплевал на обоз — ничего, и без меня доедут, осталось немного. Вот те на! Отстроились-то как хорошо! Двухэтажные деревянные дома, амбары, все красиво и чисто. Даже церковь с золотым Святым Кругом на шпиле стоит на окраине, и из ее распахнутых дверей доносились отголоски песнопений.
 
Я ухмыльнулся, слез с коня, привязав его к коновязи. Спустил на землю переноску и отстегнул Друга. Кто сказал, что в церковь с животными нельзя? Ну только не в религии Единого, там об этом ничего не было сказано.
— Только не лижи всех подряд, — пошутил я. — А то обрадуешься.
Собакин обрел надменный вид, больше подходящий английскому бульдогу, похожему на хозяина-лорда.
— Ну что, — я перевел дух. — Пошли?
Все-таки адреналин выделяется. Особенно в предвкушении такого события. Я зашел в церковь и остановился в тени дверей.
Очевидно, шла воскресная месса, а в небольшой церкви было яблоку негде упасть. Причем цвет кожи паствы был разным — от белого до бронзового местных аборигенов. Сидело на скамьях даже несколько краснокожих орков, принявших веру в Единого. Ну и проповедник с кафедры вещал про слово Его. До боли знакомый проповедник… Ладно, опустим вступление — пора к делу.
Я сделал шаг из полутьмы прихожей.
— Ибо сказано в писании…
— Святой отец, можно присоединиться к вашей мессе? И примкнуть к вашей пастве?
Сначала сцена была немой, потом наполнилась визгом и криками радости. Завизжал даже Друг, стрелой промчавшийся через проход, и теперь прыгающий перед Фили и Иль. Арий строго покачал головой и отложил писание на алтарь. А вот и Осий, собственной персоной, карабкающийся через скамейки.
— Ну ты и устроил переполох, братишка, — строго сказал подошедший Осий, перед тем, как начать душить меня в объятьях.
— Как умею, — я еле освободился от медвежьих объятий братца.
Тут кое-кто еще спешит меня обнять. И даже поцеловать. И, я чувствую, Арию пора закатывать мессу по неожиданному возвращению блудного брата, ил что там еще по этому поводу полагается?
Все, я дома. А вот надолго ли — один Единый знает. Но на несколько зимних месяцев пора уняться, и вспомнить, что такое дом и семья. Ну а дальше — мой путь далеко не закончен. Но все потом, потом. А теперь — поставим на фразе жизни запятую. Пока.
Конец третьей книги