Виконт. Книга 3. Знамена Легиона (СИ)

Патрули шастали по краалям, расположенным на «цивилизованных» землях, опрашивая и проверяя местных, но легионеры словно как в воду канули. Наконец вроде появился слушок, что их видели около крааля всего в трех лигах от Квазумбе, это как раз в зоне нашей ответственности, практически пригород. Тут припахали и нас, просто для грозного вида — чтобы беглецы знали, что за ними пришли не просто солдаты батальона, а спецгруппа. Дурь, конечно. Тем, кто бежит или скрывается абсолютно все равно, кто его возьмет за химо и приведет обратно только для того, чтобы повесить. Но вот начальство решило по-другому. Поэтому мы сейчас и плетемся нестроевым шагом — не на параде чай и не в трапезную — по дикой черноистокской жаре, зарабатывая тот самый двухцветный загар.
На пса, ехавшего на мне, все бросали завистливые взгляды — ему было лучше, чем все остальным. Я соорудил ему переноску, используя стандартный вещмешок и мои же постромки, влепив туда плетения Малого Холода и Левитации — а что, собакин вымахал уже здоровый и тяжелый. И теперь довольное мохнатое создание наслаждалось холодком, болтаясь у меня за спиной. Ничего, когда пес окончательно вымахает и хозяину надоест таскать эту пока пудовую гирю в рюкзаке, будет ходить самостоятельно. Вот тогда я ему не завидую. Но пока легионер Друг — да-да, официально зачисленный в легион и взятый на довольствие — ловил свой собачий кайф. И он свою пайку отрабатывал.
А мы все шли и шли. И только пыль из-под шагающих сапог.
Наконец после пары часов упорной ходьбы показался крааль.
— Далековато за чангой ходить, — Род утер пот со лба, отпил глоток из фляги и, прополоскав рот, выплюнул ее на землю.
— Выпить захочешь — не так раскорячишься, — скривился Бенидан. — Что, ни разу не хотелось полечиться от похмелья?
— С бодуна я только до очка добреду, но уж никак не три лиги и обратно, — прищурился Род. — Ходить в самоволку только для того, чтобы четыре часа потратить на покупку кувшина? Да ну нафиг, смысла нет. На это только конченые способны. Проще у торговцев на рынке купить.
— Ну вот так, — философски заметил Бенидан. — А если ночью и все в окрестностях выгребли? Ты же знаешь, как у нас пьют, на целый батальон бухла не напасешься.
— Все равно. Я бы сюда не поперся.
— Гарс? — отвернулся от него Бенидан.
Я не торопясь снял мешок со спины и поставил его на землю. Собакин глянул на меня с неизбывной грустью.
— Ну что, вылезай, — вздохнул я и достал ему обувь. А что, чтобы не обжигало и не ранило лапы пришлось сшить ему пинетки из кожи.
Собакин покорно дал завязать обувь на лапах.
— Все, будь готов, — я потрепал его по холке и встал.
— Ну что? — нетерпеливо спросил Бенидан.
— Да сейчас, сейчас, — я закрыл глаза и сплел поисковое плетение. — Около тридцати объектов впереди, все орки, людей нет.
— Про это я и говорил, — сплюнул на землю Род. — Не может их быть здесь.
— Сказали проверить — проверим, — Бенидан поправил ремни ранца. — Пошли!
Под настороженными взглядами туземцев мы вошли в крааль. Да, своеобразно у них тут организованы деревни, непривычно для истокского взгляда. Вероятно, Квазумбе с его планировкой вырос из какого-то большого крааля. Начать с того, что они круглые в плане. Внешний круг образует либо частокол из дерева — что довольно дорого по местным меркам, поскольку здесь с деревьями напряженка — либо саманная стена. Второе кольцо — внутри, в центре, это загон для скота. Ну а между двумя кольцами стоят местные круглые хижины-итамби, в которых, собственно, и живут аборигены.
— Зови индуна! — бросил Бенидан подскочившему орку.
Как и положено, он собирался говорить с вождем рода или племени — индуна, который и управлял этой своеобразной, с позволения сказать, административной единицей.
Переминаясь с ноги на ногу, мы ждали на входе в крааль. Изнутри слышалось мычание и блеяние — отсюда было видно, что в загоне много рогатого скота, воняло навозом и дымом кизяков.
— Мбвана, приветствую тебя! — подслеповатый старикашка-орк, опираясь на резной посох, подковылял к нам.
 
— Говоришь по-лундийски? — спросил его Бенидан.
— Мало-мало говорю, — сказал орк с ужасным акцентом.
— Сид?
— Я, господин фендрик! — отозвался наш мечник. — Переводить?
— Давай, — кивнул Бенидан.
— Чанга есть? — неожиданно спросил Род. Вряд ли конечно неожиданно, наверное, они договорились с Бениданом заранее.
— Есть! — гордо заявил вождь, и махнул рукой одному из своих. — Лучшая чанга во всей округе!
Ну тут наверняка для дорогих гостей-проверяющих все было припасено заранее, наше приближение явно отслеживала не одна пара зорких глаз. Подручный появился через максимум полминуты с большим кувшином.
— Нормальная? — с подозрением спросил Род, вынув деревянную пробку и понюхав содержимое. Вокруг распространился запах сивухи. — Куриный помет не добавлял?
Род, прищурившись, посмотрел на вождя.
— Нет, мбвана, нет, — замахал руками вождь. — Как можно.
— Ну значит, точно добавлял, — пробурчал Род и убрал кувшин в свои ранец. Вечером пригодится.
— Здесь были мои воины? — наконец перехватил беседу Бенидан.
— Нет, нет, не было! — опять замахал руками вождь, а я посмотрел на его ауру.
Врет, нагло врет. И не краснеет, хотя, о чем это я, он же чернокожий.
— Были, — сказал я Бенидану на ухо.
Тот кивнул, приняв к сведению, и продолжил допрос.
— Когда они были здесь? — вопрос, заданный в лоб, немного смутил вождя.
— Не понимай! — сказал вождь.
Классика. Не хочет говорить, оправдываясь непониманием.
— Сид?
Вот тут наш мечник меня удивил, когда перевел вопрос на чернооркский. Как отметил я, превосходный — почему-то он был настолько важен, что попал ко мне в импланты. Хотя, как я подозревал, там записаны все языки с начала этих времен.
Аура вождя пульсировала. Понятные и простые эмоции — страх, ненависть, злость. Но отвечать он не спешил.
— Так я и думал, — кивнул Бенидан и вздохнул. — Ну что же, готовьте факелы, давайте спалим этот крааль к чертовой матери.
— С жителями вместе? — воодушевленно и с надеждой спросил Род.
— Да, сержант. Зачем нам враги под боком? Иди пока, выпусти скот, отведем к себе. Нечего мясу пропадать. Да и чанги возьми, выпьем за упокой их душ.
Вы видели, как бледнеет негр? Ну или черный орк, разницы никакой? Становится пепельно-серым от страха. Особенно зная, что это не пустая угроза — некоторые карательные отряды так и делали. Ну, не мы, конечно, но об этом вождь не знал.
— Не надо, мбвана! — бухнулся вождь в ноги. — Прошу!
— У тебя была возможность все рассказать, — Бенидан дергал ногой, пытаясь высвободиться из обхвативших ее рук вождя.
— Все расскажу, не губите, мбвана!
— Ну, — скорчил брезгливую мину Бенидан, — рассказывай!
— Очиенг видел их. Очиенг, иди сюда!
Через толпу собравшихся жителей крааля протиснулся орчонок лет десяти.
— Расскажи мбвана, что ты мне рассказал.
Орчонок поковырялся в носу, оценивающе глядя на нас.
— Ну, рассказывай! — потребовал Бенидан, а Сид перевел это на оркский.
— Дай! — орчонок явно был не промах, ткнув пальцем в один из метательных ножей, висевших на перевязи Бенидана.
— Род, — спокойно попросил Бенидан.
— Сейчас! — он ловко сбил с ног орчонка и повесил его в воздухе, держа за ногу. Потом потряс в воздухе, как Буратино.
Из лохмотьев орчонка на землю упал маленький блестящий предмет и подкатился к ногам Бенидана. Тот нагнулся, взял его и хмыкнул.
— Вот как? — он сощурился, глядя то на орчонка, то на вождя.
Я глянул через его плечо. Ну конечно же, знакомая вещь. И довольно приметная. Блестящая металлическая пуговица с эмблемой легиона.
— Ну что, вождь, тебе есть что сказать?
Вождь пролаял что-то на своем орчонку, и тот перестал извиваться в воздухе.
— Род, отпусти щенка, — махнул рукой Бенидан.
Род пожал плечами и поставил орчонка на землю, не заабывая, однако, заламывать ему руку за спину, чтобы тот не сбежал. Подвывая от боли и заливаясь слезами пополам с соплями, орчонок начал рассказывать.