Тёмная миссия. Секретная история NASA
В своей второй автобиографической книге «Возвращение на Землю» Базз Олдрин рассказывает о том, что с ним произошло в начале 70–х. Во время выступления в местном клубе «Кивание» в Палмдейле, Калифорния (там расположена база ВВС «Эдвардз» и много фирм–подрядчиков НАСА) Олдрину задали простой вопрос: «На что похожи ощущения на Луне?» Почти сразу же на Олдрина накатила волна паники, и чем сильнее он пытался вспомнить, тем сильнее становилась паника. В итоге он был вынужден остановить выступление и покинуть сцену в сопровождении тогдашней жены Джоан. В аллее за клубом ему стало очень плохо физически.
Олдрин продолжал бороться с тем, что не мог вспомнить определенные части миссии «Аполлон», вплоть до последних лет. В 1999 году в интервью он так рассказывал об этом:
«Я пытался ответить, — устало признавался он. — Я скажу, ощущение было прекрасным. Миссия проходила успешно, наша подготовка была превосходной, все шло чрезвычайно хорошо».
Но потом его спросили подробнее: «Нет, а какие это были ощущения? На что это похоже на самом деле?» Он рассвирепел: «Бога ради, я не знаю! Я просто не знаю. Этот вопрос ставит меня в тупик с тех пор, как я покинул Луну».
Позднее он описывал, как просматривал видео своей собственной космической прогулки с Армстронгом, которое показывали на ТВ в то время, когда астронавты были на карантине.
«Во время просмотра, — тихо говорил Олдрин, — я помню, что повернулся к Нейлу и сказал: „Смотри, мы все пропустили"».
Олдрин был не единственным астронавтом, кто пытался уточнить свои воспоминания о пребывании на Луне. Командир «Аполлона-12» Пит Конрад был настолько обескуражен своей неспособностью ответить на тот же вопрос, что всегда давал один и тот же банальный ответ: «Супер! Нам понравилось!»
Эти истории очень похожи на глубокое гипнотическое внушение не помнить определенные вещи, которые они могли видеть там. Это подтверждается и историей, рассказанной другим астронавтом, с миссии «Аполлон-14», Эдгаром Митчеллом. Во время дебатов с Хоглендом Митчелл выступил со следующей небольшой, но ценной информацией: «По существу, когда меня спрашивали „На что похожи ощущения на Луне?", я, как убежденный рационалист и человек, имеющий ученую степень, полагал, что это не совсем корректный вопрос. Я полагал, что если бы меня спросили, что я делал на Луне или о чем я думал на Луне, я бы ответил. Но что я „чувствовал"на Луне? Я не знал, и я собрался, я стал думать над этим вопросом. Во–первых, это раздражало меня, поскольку ответа на этот вопрос у меня не было, и в конце концов я спросил себя: „Должен ли я знать, что я чувствовал на Луне?"
И я пошел к своему хорошему другу д–ру Джин Хьюстон и ее супругу Бобу Мастеру и попросил: „Помогите мне выяснить, что я чувствовал на Луне". Так в 1972 году началось исследование моих воспоминаний, поиск путей к пониманию воспоминаний и психического опыта, а также всех вопросов осознания, которые мы искали 25 лет».
В своей книге «Путь исследователя» Митчелл описывает такой же отчаянный поиск своих «настоящих ощущений» от прогулки по Луне — того отрезка времени, который должен неизгладимо отпечататься в его психике, в психике всех астронавтов — если не в устойчивых воспоминаниях — на всю оставшуюся жизнь.
Однако этого явно не произошло.
Это необычные воспоминания Митчелла, человека, который на оригинальном фото, на самом деле физически существующем (еще раз спасибо Кену Джонстону), стоит на Луне под колоссальным куполом из раздробленного темно–синего лунного стекла геометрической формы, возвышающимся над безвоздушным испещренным кратерами пространстве; человека, который явно ничего не может вспомнить о том, что мог чувствовать, просто с изумлением и техническим восхищением вглядываясь во «внушающий трепет объект, что аркой нависал сверху и тянулся по сторонам…».
Здесь Митчелл дает особый источник для астронавтов, не помнящих ключевые детали своего уникального опыта пребывания на Луне. Митчелл так долго боролся с этой проблемой, что в конце концов обратился за помощью к профессиональным гипнотизерам и психологам, чтобы «раскодировать» себя!
Впрочем, у него ничего не вышло.
По информации источника Хогленда, долгое время профессионально сотрудничавшего с Джин Хьюстон, когда Митчелл дошел до этой части своих (напомним, по его собственной инициативе заказанных) сеансов, на которых Хьюстон постоянно внушала ему: «теперь постарайтесь вспомнить, что вы чувствовали, когда шли по Луне…», Митчелл постоянно отклонял вопрос, говоря: «Это не важно… пойдем дальше».
На самом деле все эти астронавты могли вспомнить практически все задачи миссии «от А до Я», даже спустя несколько десятилетий после этих сложных задач — все технические детали вплоть до минуты — за одним маленьким исключением. Другими словами, «спланированная» часть их обязанностей по–прежнему кристально ясна, но более «широкие» ощущения, неизбежно сопутствующие наблюдениям и воспоминаниям и являющиеся неотъемлемой частью личности, странным образом (и весьма красноречиво) в их рассказах отсутствуют.
Итак, хотя мы знаем, что они не могли не увидеть Хрустальные Башни на Луне, возвышающиеся вокруг, нам не следует спешить называть самих астронавтов «лжецами». Поскольку, когда вы прочтете следующие страницы, становится ясно, что они борются за «воспоминания» — и за то, чтобы «как- то» сказать нам, опираясь на те же официальные фото НАСА, что то, что мы видели, — совершенная правда, виденная ими, а потом почему- то «забытая».
Глава пятая Раскрытие заговора
"Само слово "секретность" неприемлемо в свободном и открытом обществе; а мы, народ, исторически и по сути своей выступающий против тайных обществ, даем клятвы о неразглашении и проводим секретные работы. Мы давно решили, что опасность чрезмерного и неоправданного сокрытия относящихся к делу фактов намного превосходит те опасности, на которые ссылают в качестве его оправдания". - Президент Дж.Ф. Кеннеди, 27 апреля 1961г.
После проведения пресс–конференции и получения из НАСА новых лунных изображений для проверки от своих новых «друзей» в NSSDC у Хогленда появилось время обратить внимание на совершенно новый (и, вероятно, не предвещающий ничего хорошего) аспект исследования. Все больше и больше его занимал вопрос: что НАСА знало и когда впервые узнало это? Во время подготовки к конференции в Национальном пресс–клубе у Хогленда была возможность вернуться к фото первого поколения «Аполлона» из коллекции Кена Джонстона, снятому «с рук» на «Хассельблад». Когда они с Кеном листали страницы в большом фотоальбоме Джонстона, они натолкнулись на официальную эмблему миссии «Аполлон» первых дней программы. Глядя на эмблему, Хогленд был поражен, насколько она не соответствует заявленным задачам и мифологии официальной программы НАСА полета «Аполлона» на Луну.
На эмблеме изображены Земля и Луна, траектория полета прочерчена от Мыса Канаверал до места посадки на Луне. На лунный диск накладывается мифологическое божество вероятно, Аполлон, в центре эмблемы есть заглавная буква «А». Весь рисунок эмблемы построен вокруг необычной детали созвездия Ориона, его тремя характерными поясами звезд вокруг перекладины буквы «А».
В соответствии с традициями НАСА, директор по разработке космических полетов Эйб Сильверштейн намеренно ввел греко–римскую мифологию в название проектов «Аполлон», «Джемини» и «Меркурий». Наименования проектов были утверждены на конференции НАСА в июле 1960 г. При этом, если пристальнее всмотреться в мифологию, каждое из имен программы, вероятно, может получить альтернативную интерпретацию…
В мифологии Меркурий, вестник богов, вроде бы подходит для одноместной капсулы и ее быстрой миссии. При этом символ НАСА для проекта «Меркурий» — это изображения элемента меркурий, а не греческого бога Меркурия, и похож на стилизованный египетский крест с петлей.
