Плохой хороший парень (СИ)

— Да брось, Юна. Я не кусаюсь.
— Зато я умею показывать зубки, — мой тон был решительным. Меньше всего мне хотелось выдать свой страх.
— Не посмею усомниться, — парень явно забавлялся. — Полагаю, мы ограничимся добровольным согласием. Иначе и быть не может.
И почему только сейчас я смотрю на него другими глазами?
До дрожи отвратительный тип.
Не желая продолжать беседу, я высвободила руку и торопливо пошагала в уборную. Дождавшись, когда последняя из девиц покинет кабинку, я всем телом налегла на раковину, а после открыла холодную воду и на несколько раз умыла лицо.
Удары сердца заглушили громкую музыку. Колени дрожали.
Или постоянные разговоры о возможной угрозе, или лишний бокал виски, но мне стало не по себе. Я вдруг ощутила себя уязвимой и не смогла совладать с новым чувством. В чём сомневаться наверняка не приходилось, так это в остром желании поскорее убраться из клуба.
Прошло немало времени, прежде чем я решила покинуть женскую комнату. По телу расплылось долгожданное облегчение, когда я убедилась в отсутствии Стаса. Его стул пустовал, бар был до блеска начищен, а бармен с деланной беспечностью отпускал посетителей. Ничего подозрительного, будто неприятный гость мне причудился.
Но это было не так.
Оказавшись на улице, я содрогнулась от озноба и приобняла себя за плечи. Одежда по-прежнему была сырой, а прохладный ночной ветер отдавал морозцем, отчего я окончательно пришла в чувство.
Проспект пустовал, лишь колышущиеся деревья и жуткий туман, стелющийся над дорогой, стали мне безмолвными спутниками.
Погрузиться в мысли не удалось, ведь каждая из них саднила и настырно отталкивала, словно оберегая от новых переживаний. А повод для тревоги был.
Меня ослепил яркий свет пар. Присмотревшись, я увидела автомобиль, остановившегося прямо передо мной, а за блеском лобового стекла — двух незнакомцев. Нас разделяли несколько небезопасных метров.
И едва ли притаившейся авто можно было спутать с такси…
Не мешкая, я в корне сменила маршрут и ускорила шаг. И тут же самые плохие догадки подтвердились — за спиной послышалось движение колёс. Медленное, но в то же время настигающее. Сердце бешено заколотилось в груди, и я побежала.
Бежала так быстро, насколько позволяли силы. По прыгающим бликам на асфальте было ясно: меня преследуют и не думают останавливаться. Волосы лезли в лицо, в глазах темнело, а ноги то и дело подкашивались. Годы подготовки не прошли даром, но сейчас этого было недостаточно. Я выдыхалась.
Спасение нашлось в ближайшем переулке. Повернув за поворот, я нырнула в глубокую арку, всем сердцем надеясь, что останусь незамеченной. Здесь было темно и дурно пахло отходами, земля под ногами казалась скользкой. Впрочем, это было неважно. Сейчас мне хотелось лишь одного: вернуться домой.
И пусть воздуха не хватало, я нарочно гасила дыхание, в панической атаке решив, что могу быть услышана. Руки по инерции потянулись за телефоном, но гаджета не оказалось, ведь он потонувшим кораблем лежал на дне стакана с виски. И подмоги ждать было неоткуда.
Боже, но почему сегодня? Просто фантастический день!
Возможность обдумать дальнейший план растаяла как лёд.
— А ты быстрая, Юна, — прозвучало из темноты, и я замерла. Мне не хотелось слышать этот голос. Только не его. — Бойкая, непокорная, грубая… О каких ещё достоинствах нам предстоит узнать?
Арка озарилась светом фар. Тогда я увидела Стаса, а затем выпрыгивающего из авто незнакомца. Они надвигались с обеих сторон, исключив всякую возможность сбежать. И когда круг сомкнулся, я невольно упёрлась лопатками в покрытую плесенью стену, тем самым загнав себя в угол.
— Что тебе нужно? — обратилась я непосредственно к Стасу.
— Я хочу тебя подвести, — ровным тоном произнёс он, будто изрёк очевидное.
Тем временем его напарник продолжал молчаливо наблюдать за происходящим.
— А как же моё добровольное согласие? — напомнила я блондину в оборонительной манере. — Или ты не держишь собственное слово?
 
Стал уныло выставил губу.
— Я пытался, правда. Но все эти обещания как-то дурно на мне сказываются. Не идёт мне быть хорошим, понимаешь? — он сделал шаг, и у меня внутри похолодело. — А вот Майский прекрасно справляется с маской хорошиста, верно? Ох, — парень приложил ладонь к щеке, — и где же он, когда так нужен?
Я наградила его злостным прищуром, потому что не хотела сдаваться, что бы он ни задумал. Наверняка в его больной голове крутилась масса идей.
— И всё-таки ты глупа, Юна, — цокнул Стас, скорбно покачав головой. — Отец просил тебя не вмешиваться, а ты его ослушалась. Я оставил тебе несколько подсказок, однако ты не хотела их видеть. И каким же красноречивым был Майский. Он стёр язык, повторяя тебе одну и ту же мантру. Но и тут ты оказалась неумолима. Тимур твердил, что меня стоит держаться подальше… И знаешь, он был абсолютно прав.
Стас угрожал спокойным, мелодичным голосом, что только больше пугало. Я внимательно следила за его движениями, готовясь ответить.
Но что я могла против этих парней?
Послышался щелчок курка, и я закрыла глаза.
Ну вот и всё…
  
13
 
Ему было достаточно одного лишь взгляда, чтобы прогнать мерзавцев обратно в тень. Ему хватило одного прикосновения, чтобы взволновать меня сильнее смертельной угрозы. Теперь во всём теле бушевал новый испуг: как не выдать этот сладостный трепет и не кинуться ему шею.
— Как ты, Мурка? — заботливо спросил он, аккуратно убрав прядь с моего лица. — Испугалась?
Я робко кивнула, так и не найдя силы на ответ. В ногах по-прежнему вибрировала дрожь, в грудной клетке колотилось сердце.
— Теперь тебе нечего бояться, — мягко улыбнулся он. — Я рядом.
В паре со смятением меня переполняла радость. Но не потому что всё обошлось, я цела, а пара маргиналов ударилась в бегство, совсем не так. Меня согрела возможность видеть его. Здесь. Сейчас. Снова.
Не желая вести бессмысленный диалог, Тимур потянулся ко мне, а после я ощутила безболезненный ожог на губах и на мгновение замерла. Этот поцелуй нисколько не походил на все те, что были подарены ради забавы. Он не допускал равнодушия, только желание и неконтролируемую нехватку воздуха.
Однако вкус его был прежним.
Время остановилось. И после ужасающего дня, лишённого просвета и какой-либо надежды, я вдруг нашла панацею от всех кровоточащих душевных ран. Мне было тепло, легко и уютно в его объятьях, а затем нас озарил яркий свет и я…
Проснулась.
Мне хватило несколько минут, чтобы отличить ночь от солнечного утра, но на этот раз рассвет не принёс должной радости. Голова раскалывалась после вечера в баре и незапланированной пробежки от преследователей. И хотелось мне списать вчерашние события на сон, да только всё говорило об обратном.
Скинутая на пол сырая одежда. Боль в ногах. И пробуждение в чужой кровати.
Окатив взглядом комнату, я узнала это место. Некоторое время назад мне приходилось быть здесь гостем. Тот же знакомый рисунок на обоях, неубранный рабочий стол и оставленная с прошлой жизни записка: «Заезжай за мной в семь…».
Как последнее доказательство моим догадкам дверь комнаты распахнулась и показался он. Немного заспанный, но улыбчивый, со стаканом воды в руках.
— Я добавил сюда аспирин, — предупредил парень уже после того, как почувствовала горький лекарственный привкус. Но несмотря на это, я осушила стакан за секунды, и теперь моя жизнь стала на порядок лучше.
— Как я здесь оказалась? — поинтересовалась я хриплым ото сна голосом.
Он снова улыбнулся.
— А ты не помнишь?
— Не совсем. В голове полная каша.
— Ты уснула в машине, а я не стал рисковать в попытке доставить тебя домой. Твой отец мог потребовать объяснений, но едва ли он хотел их услышать.
О мыслях об отце я содрогнулась, приобняла себя за плечи и тут же осознала, что нахожусь в одном белье.