Мир победившей Смерти (СИ)

— В сторону! — крик Гора застыл в ушах, а после оборвался звоном.
Одно из зеленых копий пронзило вертолет насквозь, окрашивая мир в черно-белые оттенки. Повреждений физического плана не было, вместо этого в разнос пошло всё, что завязано на магическую энергию и саму жизнь. Вертолет тряхнуло в сторону, но для меня это прошло фоном. Я вовсю пытался совладать с ядром, что шло в разнос. Оно то сжималось в точку, концертируя в себе всю доступную мне энергию, то разлеталось на жгуты, которые наждачной бумагой проходились по нервным окончаниям.
— Да твою-то, мать, — прохрипел я, в попытке призвать молнию.
Получилось легче, чем можно было ожидать и уже через секунду она заструилась по телу, чтобы после сомкнуться вокруг ядра электрическим шаром. Это позволило его стабилизировать и вытащить меня из того промежуточного состояния, в которое вогнало попадание копья.
— Надо, взять на заметку, — пробормотал я, выпрямляясь.
Хотел, было, продолжить, но валяющийся без сознания Вол не дал это сделать. Вертолет мотало из стороны в сторону, как и его тело. Правда, пассажир сейчас заботил мало и уже через мгновение оказываюсь в кабине. Гор и Бездарь так же без сознания. Хорошо хоть пристегнутые ремнями, никто из них не рухнул на доску приборов. Суматошный взгляд по сторонам, где копья всё так же падают из туч и мысли, что начали метаться по черепной коробке, со скоростью звука. На стоявший в кабине писк уже практически не обращал внимание, как и на то, что машину ведет сильно в сторону и вокруг своей оси. Рука на шею Бездаря, попытка нащупать пульс и тщетно. Разряд! Молния прямо через ладонь встряхнула мужика, да так, что тот дернулся всем телом. Не помогло. Разряд! Только вот в этот раз я направлял молнию прямо к сердцу, минуя распыление её по телу.
Есть контакт!
Судорожный вздох и мужик открывает глаза.
— Выровняй его! — ору ему, чувствуя, как вертолёт начинает заваливаться на бок и уходит сильно вперед носом.
Меня бросает вперед, но успеваю ухватиться за дверной проем. Рывок ближе к Гору и молния, уже по проторенному пути, устремляется цельным пучком прямо к сердцу майора. Уже краем глаза вижу его вдох и несусь в багажное отделение. Мгновение и рядом с Волом, чтобы послать заряд магии и в него.
— Держитесь! — сиплый ор Бездаря в наушниках.
Вертушку кидает вверх, сила тяжесть упирается в ноги, а следом тяжелый удар в бочину. Вижу, как сгибается металл, слышу его скрежет и мельком тень, что проносится по иллюминаторам. И снова удар! Но уже снизу и с такой силы, что пол выгибается, а меня подбрасывает чуть вверх.
— Да сдохни, тварь! — грохот выстрелов курсовых пулемётов заставляет подорваться к кабине.
— Ё, — выдыхаю я, видя здоровенную черную крылатую спину.
Она уходит вверх, но дорожка от попаданий режет глаз приятными брызгами темной крови. Шипение ракет срывается вдогонку, но из шести неуправляемых попадет лишь три. Рев твари перерывает даже звук лопастей, а я начинаю аккумулировать энергию в ладони. Подбегаю к левой двери и отталкивая в сторону пулемет, что скрежещет по полу, пытаюсь выглянуть наружу. Вижу яркий шар пламени, несущийся прямо на нас и секунда на реакцию. Бросаюсь в сторону, глубже в отсек и еще даже не успеваю упасть на пол, как взрыв сотрясет всю машинку. Закладывает уши, лопаются стекла, и писк приборов врывается в разум.
— Пиздец, — на удивление спокойно произносит Бездарь.
Еще один огненный шар взрывается прямо перед носом вертолета. Стекла летят в кабину и вместе с ними самый настоящий огненный вал. Всё это вижу лишь краем глаза, тут же пытаясь прикрыть голову руками. Следом порядка трети энергии пускаю на усиление тела и вовремя.
Первый удар о землю ознаменовался скрежетом и грохотом. Вертолет потащило по земле кубарем, а мы, словно запертые в банке, катались по его стенкам меняя пол с потолком.
Второй удар случился уже тогда, когда движение вроде бы замедлилось. Что-то тяжелое ударилось в хвостовую часть вертолета, заставляя корпус крутанутся уже по другой оси. И сразу за этим хруст и металлическое лязганье, когда задняя часть вертушки просто-напросто лопается. Здоровенный кусок фюзеляжа вместе с хвостовой частью отваливается, обнажая внутренности грузового отсека. Поток воздуха хлынул внутрь вместе со стойким ароматом гнили, а до моего слуха, даже сквозь звон, донеслось мерное хлопанье огромных крыльев. Пытаюсь подняться на ноги, но мутит настолько сильно, что с первого раза ничего не получается и запутавшись в собственных ногах, падаю на пол. Какая-то железяка больно впивается в ладонь и взгляд тут же сосредотачивается на крови. Её было много, и вся не моя. Чуть дальше Вол, насаженный на какой-то штырь, хрипит и пускает кровавые пузыри. Что случилось с мужиками в кабине даже и думать не хочется. Но я еще жив, так что сдаваться рано.
 
С трудом поднимаюсь на ноги и подходя к дыре, слышу удаляющееся хлопанье крыльев. Аккуратно выглядываю в ту сторону и вижу спину дракона, а на ней и седока. Здоровенная тварь поднималась выше и закладывала вираж, явно собираясь вернуться.
Занырнув обратно в вертолет, взгляд заметался по всему тому, что здесь валялось. Пустые ящики, чьё содержимое свалено грудами. Патроны, пустые болванки гранатомётов и другой хлам. Всё это бесполезно, особенно против такой громадины. А вот это может пригодиться.
В два прыжка оказываюсь около одного из «Кордов», что на этакой выкатной платформе находился у левой двери, и пытаюсь его снять. Крепежные винты только мешают, а их размер не позволяет смахнуть пулемет вот так походя. Молния устремляется к руке, где заряд накапливается, чтобы после вырваться уже небольшой ограниченной дугой. Металл винтов начинает краснеть почти сразу, а после хватает и рывка.
Двадцатипятикилограммовый «Корд» в руках до невозможности неудобная штука. А еще эта лента, которая двухметровой змеей так и норовит зацепиться за любые выступы и торчащие железяки. Тем не менее, к пролому кое-как протискиваюсь и замираю, сосредотачиваясь только на слухе. Далекое хлопанье приближается, и амплитуда его становится реже.
Помня о том, что тварь вполне себе лихо плюется огнем, выходить прямо в лоб не было никакого желания. Да и наездника сбрасывать со счетов тоже не стоит: явно ведь не простой кровосос там сидит. А поэтому выжидал, боясь даже дышать.
Взмахи крыльев приближались. Размеренно, не торопясь, дракон подлетал ближе и судя по звукам, снижался.
Когда здоровенная тень прошла прямо над нами, из вертолета я выбегал, молясь всем, кому только можно, чтобы лента ни за что не зацепилась. Разворот прям на уходящую тварь, прицелиться навскидку и дать пробную короткую очередь. Грохот выстрелов неприятно прошел по ушам, но я только отмахнулся. Стрелять с этой дуры вот так с рук было жутко неудобно. Отдача была такая, что уже после первой очереди стало понятно, что ни о какой прицельной стрельбе речи быть не может. На каждый выстрел ствол мотало из стороны в сторону, да так, что даже моя хваленая сила пасовала. Но всё-таки я попадал. Если первая короткая очередь прошла сильно ниже, то вот уже вторая из пяти выстрелов, двумя пронзила тварь в области лопаток. Дальше вести цель стало легче. И пусть ствол дергался, словно отбойный молот, где-то половина снарядов всё же летела в цель.
Рев дракона и его попытки вилять из стороны в сторону закончились неожиданно даже для меня. Вот, поднимающиеся для следующего взмаха крылья вдруг замерли, а после опали вниз, утягивая за собой и саму тварь. Медленно и неумолимо она понеслась к земле, а я всё пытался высмотреть её наездника.
— Где же ты, сука, — слова вырвались сами собой, а от напряжения пересохло во рту.
От падения такого огромного существа поднялся целый вал пыли. Разделяло нас метров двести, так что видел его хорошо. А вот дальше мне стало не до этого.
Вспышка чуть левее, но ближе, привлекла внимание сразу. Еще только поворачивался в ту сторону всем корпусом, вместе с пулеметом и уже понимал, что не успеваю.