Больше нечего терять (СИ)
- Не дерзи, Алиса, здесь никто не желает тебе зла. Идем, дорогая, я покажу тебе дом, - растянув на лице холодную улыбку, произнесла женщина. Сейчас я могла отчетливо рассмотреть ее. Если в прошлый раз та выглядела божьим одуванчиком в том белом сарафанчике, то сейчас передо мной стояла роковая женщина, знающая себе цену. Явно дорогое платье футляр глубокого красного цвета, подчеркивающее все достоинства фигуры, которая, кстати, у Алины Андреевны сохранилась в прекрасной форме, и черные туфли на огромной шпильке, несомненно дополняющие образ. Ну и конечный штрих - высокая прическа с выпущенной прядью у виска. Ей только сигареты с мундштуком не хватает для полноты картины.
- Не уверена, что мне это интересно, - фыркнула, поднимаясь по лестнице наверх.
- Что ж, тогда пойдем сразу в гостиную. Какое вино ты пьешь? Красное, белое? – не замечая моего воинственного тона, поинтересовалась она.
- Любое, только в хорошей компании, так что сегодня обойдусь, - съязвила я. Хотелось хоть как-то ее зацепить, но не удалось. Женщина никак не отреагировала на мой выпад.
- Значит, красное. Оно больше успокаивает, - констатировала Алина Андреевна.
Отвечать на это ничего не стала, все равно смысла нет. Эта стальная леди абсолютно непробиваема. Мать Матвея привела меня в просторную комнату с высокими потолками и большим панорамным окном. Пастельно-лиловые тона создавали атмосферу мягкости и расслабленности. В центре комнаты расположился невероятных размеров диван, перед которым стоял кофейный столик из темного стекла, а на стене разместилась огромная плазма, напоминающая больше мини-кинотеатр. Ну и конечно, на полу лежал невероятной красоты ковер, явно стоящий баснословных денег.
- Присаживайся, дорогая, - махнула Алина Андреевна рукой на диван, а сама прошла к бару и достала оттуда бутылку красного, не сомневаюсь, дорогущего вина. Затем разлила напиток по бокалам и один из них вручила мне. – Немного успокоиться тебе не повредит, - пропела она, широко улыбаясь.
- Так зачем все это представление? – решила не ходить вокруг да около. Бокал я, конечно, взяла, но пить не собиралась. Мало ли, какую отраву она мне подсыпала.
- Ты знаешь, двенадцать лет назад я совсем не задумывалась о том, что меня ждет в старости. Мне хотелось богатой красивой жизни, и я ее получила, оставив сына с бывшим мужем. Тогда мне было все равно, что будет с ним…
- А сейчас, значит, не все равно, - брезгливо фыркнула, не сдержавшись.
- Сейчас, нет, - проигнорировала она мою реакцию. – Я так понимаю, Матвей уже рассказал тебе всю историю. Нет смысла все это повторять. Он имеет полное право меня ненавидеть, я это понимаю. Оправдываться не собираюсь, так как никакое оправдание не искупит того, что я натворила с собственным ребенком. Я все поняла еще два года назад, когда умер мой муж, и я осталась совсем одна. Знаешь, все эти деньги, шмотки, дорогие машины и так далее… Это всего лишь иллюзия, которая рано или поздно распадается прямо на твоих глазах, показывая какое ты на самом деле ничтожество. Это не исповедь, просто мысли вслух. Знаешь, Алис, я ведь всегда его любила, просто не понимала этого. Стремилась к тому, что было на самом деле совсем неважно и не нужно, но время уже упущено, его не вернуть. А вот все исправить можно. По крайней мере, можно попробовать, как считаешь?
- То есть вы меня похитили, чтобы заманить сюда Матвея? – скептически выгнув бровь, озвучила очевидное.
- Именно так, а еще поговорить с тобой. Нам есть, что обсудить, поверь, - отпив вина из бокала, прощебетала она с улыбкой на лице.
- Почему именно сейчас? Если вы все поняли еще два года назад, то почему решили появиться в его жизни только сейчас? Извините, но как-то слабо верится, что вы не преследуете корыстных целей, - сказала напрямую то, что думаю и, все-таки, сделала глоток вина, чтобы хоть немного успокоить нервы.
- Я знала, что он не захочет меня слушать и будет в этом прав, не хотела вот так влезать в его жизнь, просто следила за Матвеем, издалека, но ни во что не вмешивалась. Однако в жизни происходят моменты, когда тебя встряхивает так, что невольно начинаешь менять приоритеты. В моей жизни такой момент наступил, и я поняла, что должна поговорить с сыном. Всего лишь раз, а дальше пусть решает сам. Мне действительно нужно с ним поговорить, - женщина подошла к окну и смотрела в него немигающим взглядом, а я все никак не могла понять, что такого важного она собиралась сказать?
- Ну, хорошо, допустим, вы действительно хотите наладить отношения с сыном, но зачем было похищать меня, да еще и так грубо? Я не имею абсолютно никакого отношения к вашим проблемам и помочь все равно ничем не смогу.
- Ты – его слабость, Алиса. Я хотела показать тебе это. Матвей ради тебя пойдет на все. Я хочу, чтобы ты ценила такое отношение. А еще хочу быть уверенной, что ты относишься к моему сыну так же. Знаешь, в нашем мире сложно встретить человека, ради которого пойдешь даже на смерть. У вас же это получилось. Все эти две недели я наблюдала за вами. Вы все время вместе, и… Вы оба светитесь. За вами так приятно наблюдать и, знаешь, я думаю, что Мишенька только еще больше сплотит вас…
- Откуда вы знаете? – выронив бокал из рук, воскликнула я.
Ответить женщина не успела. Из коридора послышались тяжелые шаги, после чего дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел разъяренный Матвей. Он обвел комнату гневным взглядом и, увидев меня, бросился ко мне.
- Алиса, - выдохнул мужчина, сжав меня в своих объятиях. – Прости, но теперь ни о каком переезде не может быть и речи, - еле слышно шепнул он мне на ухо.
- Я уже поняла, но…
- Поговорим дома, - перебил меня Матвей и прикоснулся к губам легким поцелуем. – Пойдем отсюда, малыш, - потянул он меня к выходу, где уже стояли знакомые мне два амбала.
- Присядьте, дети, - устало протянула Алина Андреевна. – Матвей, я все понимаю, но выслушать меня тебе придется, - безапелляционным тоном добавила она.
- С чего, вдруг, я должен тебя слушать?! – взревел Матвей, все сильнее прижимая меня к себе. – Неужели ты думала, что можешь на что-то рассчитывать после похищения моей девушки?
- По-другому ты разговаривать со мной отказывался. Я не займу много твоего времени, просто выслушай меня, а потом вы спокойно уедете и… Если ты решишь, что больше не хочешь меня видеть, то больше я тебя не потревожу, обещаю, - уверенно заявила Алина Андреевна.
- Хорошо, я выслушаю тебя, но на прощение можешь даже не надеяться, - равнодушно бросил Матвей и, взяв меня за руку, потянул к дивану. Он сел и, посадив меня рядом с собой, обнял, а я взяла его за руку, давая знать, что я рядом.
Алина Андреевна смотрела на нас теплым взглядом и едва заметно улыбалась.
Глава 18
- Я не собираюсь оправдываться и просить прощения, сынок. В этом нет смысла. Это лишь слова, которые ничего не смогут исправить, но я хочу сказать, что раскаиваюсь в том, что бросила тебя тогда. Ты - мой сын, мое продолжение, частичка моей души, которую я бессовестно предала и теперь расплачиваюсь за то, что совершила, - со слезами на глазах, начала женщина свой рассказ, а Матвей молчал, лишь сжимал мою ладонь в своей руке и тяжело дышал. - Вы с Алисой очень красивая пара, - резко переключилась она на другую тему.
Я этого совсем не поняла и напряглась. Она же сейчас может сказать что-то такое, что отвернет от меня Матвея. Может, это и есть ее план? Рассорить нас и на этой почве воссоединиться с сыном?
- Ты, наверное, еще не знаешь, но Алиса хочет усыновить ребенка инвалида, - громыхнул голос матери Матвея. Внутри все сжалось от страха, что после этого он навсегда отвернется от меня. Даже не из-за Миши, а из-за того, что я ему не рассказала. Я должна была сделать это сама, а теперь...
Съежившись от стыда, я зажмурилась и сжала руки в кулаки, ожидая реакции мужчины, который продолжал меня обнимать, но в несколько раз крепче, до боли. Несколько мгновений оглушающей тишины растянулись в целую вечность и стали для меня самой страшной пыткой. В этот момент я четко осознала, насколько важен для меня Матвей, и как сильно боюсь потерять его. Душа плакала горючими слезами от жуткого предчувствия и потери любимого мужчины. Любимый... Я впервые призналась себе в этом. Как раз вовремя... В тот момент, когда могу потерять его навсегда...