Предтеча (СИ)
— Я ничего не знаю! Я всё вам рассказал! — осипшим голосом запричитал агент.
Пристыдившись своей слабости, Корнут заставил себя обернуться. Лицо арестованного перекосилось от боли, но он упорно твердил одно и то же, как заведённый. Кретин, неужели думает, что кто-то поверит в его бредни?
Брайан поднёс вырванный ноготь к своим глазам и принялся рассматривать его с брезгливо-надменной миной, как какой-нибудь скупщик драгоценностей, сбивающий цену на товар.
— Да у тебя тут грязь, — заключил он. — Стыдно, уважаемый. Разве мама не учила тебя мыть руки? От грязи, между прочим, глисты заводятся.
Небрежным жестом он подал знак помощнику и снова склонился над агентом. Тот орал так, будто из него куски мяса вырывали. Впрочем, почти так оно и было. И уже через несколько минут пальцы арестованного напоминали кровавое месиво.
— Смотри сюда, подонок, — процедил Брайан, бросив очередной ноготь на пол. — У тебя осталось шесть попыток. Когда пальцы закончатся, мне придётся обратиться за помощью к господину Зубодёру. И, будь уверен, фокус с ногтями покажется тебе приятным развлечением. Знаешь, как хрустит челюсть, когда вырывают зубы? Обожаю этот звук!
Так и не дождавшись ответа, шеф полиции продолжил. На этот раз крик вырвался вымученный, слабый. Сознания агент не терял, но будто погрузился в транс. Тяжёлая пощёчина быстро привела его в чувство, и он осоловело уставился на своего палача:
— Я… ничего… не знаю.
— А жаль… Я тут подумал, зачем заставлять господина Зубодёра так долго ждать? Невежливо как-то, не находишь? — Брайан перехватил огромные щипцы, услужливо протянутые ему вторым помощником. — Но вот в чём беда, хотя я и мечтал с самого детства стать дантистом, но рвать зубы так и не научился. Почему-то они просто ломаются, поэтому приходится потом выбивать осколки. Мне кажется, это должно быть чертовски неприятно.
Агент не сводил глаз с инструмента, и на его лице промелькнуло сомнение. Видимо, с зубами он не хотел расставаться:
— Меня зовут Рональд. Рональд Блэкстоун.
— Замечательно! — воскликнул Брайан. — Рад нашему знакомству, Рональд. И как давно ты работаешь на Перо? Надеюсь, тебе хорошо платят.
— Никто мне не платит! Есть вещи куда важнее вашего паршивого золота.
— Ах, вот оно что! Видали, как нужно? — начальник полиции поднял указательный палец в назидание своим помощникам. — А вам только деньги подавай. Нет, чтобы по совести, за идею.
— Моего сына забрал Легион, — простонал допрашиваемый. — Я просто не мог вот так…
— Да-да, знакомая песня. Так где скрываются остальные?
— В Пустошах. Но я в их лагере ни разу не бывал, клянусь!
— Но ты ведь знаешь, как их найти?
— Нет. Они не задерживаются на одном месте дольше недели, а в городе появляются редко.
— Как же тогда ты получаешь от них задания?
— По-разному. Обычные посыльные… Беспризорники за монетку. Иногда сами приходят. У них нет конкретной системы.
Корнут ловил каждое его слово, но пока сказанное и ломаного гроша не стоило, всё это и дураку понятно.
— Куда ты должен был отвести беглецов? — продолжал Брайан.
— К Северным воротам, там временное убежище. Потом их должны были увезти в Исайлум.
— Куда? — Корнут подскочил.
— В… в Исайлум. Поселение такое, для освобождённых.
А вот это что-то дельное. Невероятно! Целое поселение беглых выродков. Куница-то с выводком оказалась!
— Где оно находится? — Корнут быстро перехватил инициативу в свои руки.
— Точно не знаю, только по слухам. Вроде где-то у северной границы.
Приблизившись, Корнут склонился и пристально посмотрел ему в глаза:
— Кто их главарь?
Назвавшийся Рональдом скривил разбитые губы.
— Кто возглавляет Перо? — медленно повторил Корнут. — Отвечай!
— Позвольте мне, — Брайан поднёс щипцы к губам агента. — Считаю до трёх. Один. Два…
— Я не знаю, клянусь именем Фидес!
Брайан тяжело вздохнул, бросил инструмент на край стола и, взявшись за нож, схватил Рональда за волосы:
— Так ты у нас защитник осквернённых? Любишь выродков, да? Может, тогда присоединишься к ним?
Остриём шеф полиции принялся вырезать на коже арестованного глубокие борозды:
— Двойка. Столько раз ты упомянул во лжи священное имя богини правосудия, — лицо агента залила кровь. Скрежеща зубами, он глухо стонал, когда Брайан вырезал на его лбу клеймо. — Тройка. Трижды ты отрицал очевидное. И девятка. Столько секунд тебе осталось жить, если не назовёшь имя. Восемь. Семь. Шесть, — начальник полиции поднёс лезвие к его горлу. — Пять…
— Бывший скорпион, — оскалившись от боли, выдавил Рональд. — Севиром его называют.
— Ты уверен? — выпалил Корнут.
Тот судорожно сглотнул:
— Да, господин.
Если это действительно тот Севир, а не какой-нибудь выродок, укравший чужое имя, то всё намного серьёзнее, чем казалось.
— Как он выглядит?
— Здоровяк со шрамом на лбу. Бородатый такой, светловолосый. Нос ещё кривой. Я его однажды только видел.
Пока всё сходилось, хотя такому описанию доверять особо не стоит.
— Кто ещё с ним был? — нужно выжать из подонка всё до капли.
— Не знаю. Похожи на осквернённых. По крайней мере один точно. А ещё старик какой-то…
— Подумай хорошенько, друг, может, что-то ещё полезное вспомнишь? — Брайан поднёс нож к уголку его глаза.
— Это всё, что я знаю, клянусь Фи… Клянусь своей матерью! Я всего лишь выполняю мелкие поручения. Разузнать о семье какой, провести к воротам, передать что-нибудь.
— Где ты встречался с их главарём? — Корнут вскинул руку, приказывая Брайану не торопиться с членовредительством.
— На Западном Подножье, у Старого рынка. Доставил им от кузнеца мечи и наконечники для стрел.
— И всё? Он что-то тебе говорил?
— Да он даже в мою сторону не посмотрел. Я только отдал им посылку. Вот и весь разговор.
— Тогда откуда ты знаешь, что это был именно Севир?
— Старик по имени его окликнул, я сразу и смекнул.
— Как часто ты получаешь от них задания?
— Как когда. Бывает, пару раз в неделю, бывает, и по три месяца не объявляются. Я же сказал, нет у них никакой системы.
Корнут задумчиво потёр подбородок. Итак, что удалось выяснить: выродок, распробовавший вкус свободы, продолжает «великое» дело своего хозяина. И кажется, вполне успешно, раз привлёк к себе столько внимания. Даже не верилось, что неотёсанный раб способен на подобное без посторонней помощи. И кто мог бы ему помогать, догадаться тоже несложно.
— Сколько ещё в Пере таких, как ты? — Брайан провёл ножом по щеке Рональда.
— Не уверен, может, с десяток, может, больше.
— Тебе известны их имена?
— Нет, мы редко пересекаемся. Был один, Дэн, от него я и узнал про Перо, но он умер полгода назад. С остальными я не знаком.
— Подумай хорошенько, друг, может, ты хочешь ещё что-то нам рассказать?
— Это всё, что я знаю, — простонал арестованный. — Можете не верить, но я говорю чистую правду.
— А знаешь, что? Я тебе верю, — Брайан швырнул нож на стол. — У вас есть ещё вопросы, господин советник?
— Думаю, больше ничего дельного из него не вытянуть, — покачал головой Корнут. — Мелкая сошка, таких близко не подпускают.
— Как скажете, — пожал плечами начальник полиции и, высвободив из кобуры револьвер, направил дуло в лоб допрашиваемого.
От оглушительного выстрела Корнут чуть не подскочил. Попятившись, он не мог отвести глаз от изуродованной головы убитого.
— Вы совсем с ума сошли? Что вы натворили? — преодолев ступор, вызверился он на Брайана.
— А разве он был вам нужен? — искренне удивился тот.
— Он бы мог нам пригодиться!
— Сомневаюсь, господин канселариус. А вот навредить следствию точно мог. Вы же сами говорили, что агенты могут быть и среди полицейских. Что им помешает предупредить сопротивленцев? Тогда на этих ублюдков нам в жизни не выйти.
Доля правды в его словах имелась, так рисковать и впрямь неразумно. И всё же самоуправство Брайана пришлось Корнуту не по душе. Можно было как-то припугнуть мерзавца, вынудить его работать на полицию.