Ребёнок для бывшего (СИ)
- Около полумиллиона. Рублей. Если бы не эта твоя дрянь-жена… И суд. Мы бы продали квартиру и купили бы поменьше. На время, конечно. Остальное вложили бы в курсы.
Она рассуждала об этом так, словно говорила о вопросах, которые были заведомо решены ею и в том ключе, в котором это видела сама Веро.
- Крох… Это очень крупная сумма. И мне не дадут ссуду под квартиру - она сейчас предмет судебного спора.
- В солидных банках - нет. Но есть конторы, которые это с радостью сделают, я узнавала.
Вероника уперлась в него тяжёлым потемневшим взглядом. Свербила Славу глазами, и от этого Теплову стало не по себе.
- Давай подождём. Твои «конторы» уже заранее мне доверия не внушают, - как можно мягче сказал он. - Суд закончится и подумаем над тем, чтобы…
- Чтобы я профукала эту роль? - буквально завопила Веро.
Отбросила от себя контейнер, тот упал на стол, скособочившись. Содержимое отчасти разлетелось по светлой скатерти.
- Я так и знала, что этим закончится… Так и знала!
Заламывая руки, Вероника вскочила из-за стола и, всхлипнув, промчалась в спальню, откуда мгновением позже донеслись её рыдания.
Слава мысленно чертыхнулся. Ему совсем не нравилось то, какой оборот начали принимать отношения с Вероникой. Он полностью поддерживал её в желании выбиться в люди, заработать не только на хлеб с маслом, но ещё и на ту жизнь, которой они оба заслуживали. Но действовать такими способами, которые она предлагала… С этим пока он смириться не мог.
Вздохнув, Теплов отложил еду, сжал пальцами переносицу и посидел так, считая про себя до десяти. Когда же рыдания матери его будущего ребёнка стали совсем непереносимыми, Слава поднялся и поплёлся успокаивать Шмарову.
- Ну? Подобрал что-нибудь из того, что я тебе давала? - спросила Веро на следующий день, когда они сидели за завтраком.
Уже перед сном, заметно придя в себя, она вывалила перед Вячеславом все свои «находки», которые, как выяснилось, собрала загодя. Это были несколько микрокредитных организаций, которые готовы были дать ограниченные суммы, но практически на любых условиях. Никаких залогов, никаких справок о доходах. Полная свобода для клиента.
- В пару контор обратился. Вроде готовы выдать.
Слава поморщился, раздумывая о том, стоит ли озвучивать Веронике тот факт, о котором она, вероятнее всего, знала и так. А именно - о процентах. Они были настолько конскими, что Теплов даже не представлял, сможет ли в итоге извернуться и, когда квартира перестанет быть предметом дележа с бывшей женой, взять сумму в нормальных банках, способную их перекрыть.
Впрочем, он промолчал. Не хватало ему ещё новой истерики, когда Шмарова после своих причитаний вновь принялась бы обвинять его во всех смертных грехах и опасаться выкидыша.
Зато спросил о другом:
- Кстати, ты встала на учёт? В той консультации, о которой я тебе говорил?
Он отложил планшет, в котором просматривал сайты микрокредитных организаций, и, взяв чашку кофе, взглянул на Веро. Ему на мгновение показалось, что она стушевалась.
- Я обратилась в другую клинику, - наконец, туманно ответила Вероника и сделала вид, что изучает что-то в смартфоне. - А что?
- Что за клиника? - как можно спокойнее спросил Слава, однако, начиная подозревать неладное.
Уж как-то странно себя вела Шмарова в последнее время, когда речь заходила о её беременности.
- Ну, она подальше находится. На Новороссийской. Зато хорошая, их в городе целая сеть. Очень ценится, если судить по отзывам.
Теплов вскинул брови и поджал губы. Наверняка, это был какой-нибудь платный центр, вот только для чего Веро понадобился именно он, а не обычная женская консультация, Вячеслав понять не мог. Он и прописал-то её к себе в квартиру в основном для того, чтобы Вероника могла устроиться по ОМС по месту регистрации.
- И сколько там стоит наблюдение? - уточнил он мягким, как ему самому казалось, тоном.
- Пока только первый приём был. Я из своих заплатила. Потом посмотрю, может, впрямь в консультацию районную пойду.
Она поднялась на ноги и, бросив быстрый взгляд на стол, на котором лежали упаковка сыра, багет, а так же стояли чашки с недопитым кофе, попросила:
- Приберёшь? А мне надо на репетицию. И с кредитами не затягивай, я уже вот-вот должна подписать договор на обучение.
Она ушла, оставив Вячеслава сидеть за столом и хмуро смотреть на продукты. Раньше бы Ксения всё разложила по тарелкам, сервировала даже самый простой завтрак. А потом бы убрала со стола и слова бы ему не сказала.
Чертыхнувшись и неожиданно разозлившись, сам не зная, на что, Теплов оставил всё так, как есть, и отправился одеваться.
Клиника на Новороссийской. Туда он и собирался наведаться со вполне конкретной целью.
- Посмотрите, пожалуйста, ещё раз повнимательнее, - сопроводив слова самой обаятельной из своих улыбок, обратился Слава к девушке в окошке регистрации. - Шмарова Вероника Сергеевна. Девяносто четвёртого года рождения.
- Я вам уже сказала - с такой фамилией пациенток в нашей клинике нет, - вернув улыбку сторицей, ответила девушка. - Ни девяносто четвёртого, ни девяносто девятого, ни любых других лет рождения.
По правде говоря, Вячеславу стоило немалых усилий в принципе убедить дать ему информацию относительно пациентки. Пришлось соврать, что он - без пяти минут муж, а его супруга просто забыла свою карточку или что-то вроде направлений и отправила его в клинику. И вот теперь оказалось, что Веро ему солгала.
- Если она была у вас единожды, это бы отразилось в вашей базе? - задал он тот вопрос, который уже озвучивал.
- Да, - терпеливо ответила девушка. - Это бы отразилось в нашей базе. Даже если бы ваша жена пришла по договору к определённому доктору, так или иначе ей бы завели карту. И она бы в любом случае зафиксировалась в качестве пациентки клиники. Но Шмаровой Вероники Сергеевны в базе нет.
Теплов нахмурился и почесал в затылке. По-хорошему, стоило бы прямо сейчас набрать номер Веро и спросить, зачем она ему солгала, но он решил приберечь этот разговор на вечер. Когда они вновь увидятся и тогда он поинтересуется об этом лицом к лицу.
- Скажите, а на Новороссийской ещё есть какие-то клиники, ну… для женщин? - спросил он напоследок и тут его внимание привлекла очень знакомая фигурка.
Из кабинета, что располагался далее по коридору, отлично просматривающемуся из холла, вышла Ксюша собственной персоной. Следом за нею из кабинета показалась врач, которая, остановилась в дверях и сейчас что-то говорила его жене.
- Молодой человек… Вы слышите? - донёсся до него голос девушки-регистратора. - У вас ещё остались вопросы?
Она указала кивком на очередь, что уже скопилась за Славой.
- Я не расслышал, нет клиник? - переспросил Теплов.
- Нет, - начиная раздражаться, откликнулась девушка. - Это всё?
Кивнув, Вячеслав отошёл, так и продолжая наблюдать за Ксенией. Она улыбалась, положив руку на живот. Беременна. Ждёт ребёнка, как пить дать! Значит, матери сказала тогда правду, а ему наврала о лжи. Маленькая дрянь…
Теплов сделал ещё шаг в сторону, затем другой. Ксюша, распрощавшись с врачом, неспешно зашагала к холлу, попутно изучая что-то в карточке, которую держала в руках. Она добралась до гардероба, задержалась возле него, отойдя поодаль, как будто кого-то ждала. Этот «кто-то» появился рядом с его женой через несколько минут. Матвей Сибиряков, улыбающийся так широко, словно только что узнал о выигрыше миллиона долларов.
Отчего-то это не просто разозлило, а вызвало внутри агрессию. Она застлала взгляд алой пеленой, мысли стали путаться. Что вообще происходило? Не успела Ксюха выйти из его койки, как уже не просто замутила с другим, а ещё и залетела от него? Или же… Носила его, Теплова, ребёнка?
Оставлять это так просто Вячеслав не собирался. Дождался, пока Ксения и Матвей выйдут из клиники и, взяв недолгую паузу, направился следом за ними.
Сибиряков и Ксюша сели в машину и уехали. Теплов прыгнул в тачку следом и повис у сладкой парочки на хвосте. Постепенно мысли в голове стали устаканиваться. Итак, если в брюхе у Ксении живёт его ребёнок, чем это может грозить самому Славе? По всему выходило, что жена собиралась скрывать сам факт беременности именно от Теплова. Что это означало, если отец всё же он, а не этот ублюдок Сибиряков? Означало, что жена хотела растить ребёнка сама. Ну или с этим лохом, который сейчас вился вокруг Тепловой. В принципе, это было Славе только на руку, но, в случае чего, он готов был воспользоваться этой информацией в своих целях.