Скай. Дело первое (СИ)

— То есть, у нас тут кроме ходячего трупа еще и нечисть? Умеешь ты радовать!
— Ну, я и сам рад по самые уши! Я, между прочим, нанимался чары с дома снимать, проклятье там или охранные — не важно. Чары, они хотя бы по кустам от волшебника не бегают! Знал бы, что тут такое — цену бы вдвое выше запросил, как минимум! — сердито заявил Скай.
Пит рассмеялся.
— Ладно, попробуем по возвращении у господина премию какую-нибудь выклянчить. Упирай на то, что карету волшебнику подали не по статусу, да она еще и развалилась, чуть тебя не угробив. Про имение-то ты сам согласился разобраться с теми неприятностями, что тут найдутся, так ведь?
— Ну да, сам дурак. Но это мне урок на будущее. Впредь так не попадусь!
Пит кивнул.
— Ну что, идём внутрь? А то уже даже хочется скорее встретить и угробить этого гада — ишь, развонялся!
Доски пола скрипели и прогибались, но выдержали. Следы вели вглубь флигеля и спускались в подвал. Смрад здесь стоял невыносимый — видимо, мертвец прятался тут с ночи.
Скай зажег лампу, Пит перехватил топор поудобнее, и они начали осторожно спускаться по склизким каменным ступеням.
В подвале след терялся — пол тут был покрыт слоем грязной воды, а помещение было заставлено какими-то полуразвалившимися ящиками, столами, составленными друг на друга поломанными стульями. Скай тихонько выругался. Похоже, когда-то сюда стаскивали всё, что стало ненужным, но рука не поднималась выбросить. И теперь мертвец мог затаиться за любой неопознаваемой грудой хлама и тихонько сидеть, выжидая подходящий момент для нападения. И ведь даже не дышит, подлец! А дышать в подвале было тяжело и даже опасно. К покойницкой вони добавилась еще тяжелая сырость с нотками ядовитой черной плесени.
Нужно было заканчивать с этим дурнопахнущим дельцем как можно скорее.
Скай поставил лампу на остов комода, сложил ладони лодочкой и сосредоточился.
— Когда я скажу «давай!», зажмурься. Сосчитай до двух и открывай. Как раз должен будет выскочить. Понял?
— Ага.
— Давай!
Из сложенных ладоней плеснул ослепительный золотистый свет. Вместо того, чтобы разойтись лучами и отбросить тени, свет разлился по всему помещению от стены до стены. Плеснул — и погас. А из-за сломанного гардероба с яростным хрипом вывалился ослепленный мертвец.
Покойный был невысок ростом, да еще и сгорблен, но широкоплеч. Седая нечесаная борода топорщилась на одутловатом лице. Мыча что-то невнятное и размахивая руками, он быстро попёр на парней.
Скай посторонился, пропуская врага к Питу и его топору.
Кучер встретил мертвеца коротким сильным ударом в левое бедро. Попасть спереди в шею, так, чтобы перебить позвоночник, было почти невозможно — башку мертвец как назло держал низко, вжатой в широченные плечи. Поэтому Пит решил сперва сбить противника с ног, а уже потом разбираться с головой. Но удача сегодня была не на его стороне. Мертвец оступился правой ногой и шатнулся в сторону. Удар прошел вдогонку и получился намного слабее, только царапнув по кости, а не перерубив её. Живому противнику рана всё равно помешала бы наступать на ногу, но мертвец боли не чувствовал. К тому же, топор зацепился за лохмотья штанов и застрял.
Пит рванул на себя, и окончательно потерявший равновесие мертвец повалился, сбивая его с ног. Слишком поздно выпущенный из рук топор отлетел в темноту.
Скай бросился к падающим противникам и, ухватив мертвеца за грязную рубаху, изо всех сил толкнул его в сторону. Зубы покойника щелкнули возле самой руки Пита, но не попали. Проскользив по луже, мертвец отлетел в сторону, перекатился несколько раз и неловкой грудой остался лежать у колченогого стола. Скай подбежал и припечатал его к полу заклятьем тяжести.
Пит поднялся, грязный, мокрый и очень злой. Он сам сейчас походил на потревоженного покойника. Повозил сапогом в грязи, отыскивая топор. Наклонился, чтобы поднять…
Скай слегка расслабился — сейчас всё будет кончено. Но не тут-то было. Неожиданно мертвец начал шевелиться.
Медленно, но неотвратимо, он выпростал из-под тела правую руку, приподнял над водой и сжал пальцы. От сжатого кулака разошлась волна полупрозрачного марева, похожего на воздух над нагретым камнем в летний день. У Ская закружилась голова. Охнул, приседая на четвереньки, Пит. Метнулся и едва не погас огонек в лампе. Мертвец начал подниматься.
 
Скай изо всех сил навалился сверху. Заклятье тяжести всё ещё удерживало нежить, но от головокружения волшебник потерял концентрацию, и магия заметно ослабла. А колдовать, одновременно вцепившись в неуклонно поднимающегося врага, было слишком тяжело. Силы таяли. Скай всем весом насел на противника и задействовал одно из крайних средств. Собрал все имеющиеся силы и вложил в заклятье. Мышцы, лишенные силы, ослабели. Тело мешком осело на покойника. «Ничего, тяжелее буду…» — успел подумать Скай. К счастью, мертвец тоже перестал дергаться. Наведенное головокружение прекратилось, но в общем-то легче от этого не стало.
Совсем рядом свистнул топор. Откатилась в сторону башка с синюшным перекошенным лицом.
— Эй, ты живой? — Пит потряс волшебника за плечо и выругался так, что наёмникам из речного народа не переплюнуть. Скай слабо улыбнулся, но говорить пока не мог.
Кучер отложил топор и взвалил товарища на плечо.
«Надеюсь, доски наверху выдержат», — подумал Скай и потерял сознание.
Очнулся он уже на сенном тюфяке в домике привратника. Пит гремел посудой. Пахло жареной рыбой и травяным отваром.
Хотелось есть, а шевелиться и разговаривать не хотелось вовсе. Но Скай понимал, что двигаться всё-таки придется. Хотя бы для того, чтобы поесть. Он осторожно пошевелил пальцами ног и обнаружил, что ни сапог, ни вообще одежды на нем нет. И укрыт он не собственным плащом, а незнакомым узорчатым пледом. Плед был весьма несвежим и попахивал затхлостью. Видимо, Пит успел сходить за ним в особняк. Скай представил, во что превратилась одежда после возни с мертвецом в грязной луже и не смог сдержать стона. С собой у него была только смена белья, а ходить осенью в одном белье — чересчур экстравагантно и к тому же невыносимо холодно. Его и под пледом-то ощутимо потряхивало.
На стон в комнатушку заглянул Пит, одетый только в штаны, и то, судя по длине чуть ниже колен, не собственные. Принёс лампу, поставил на окно и уставился на волшебника с подозрением.
— Ты точно ожил, а не восстал?
— Ну, если честно, сам не знаю, — слабо улыбнулся Скай. — Но хочется рыбы, а не твоей печенки.
— Это обнадёживает! — кивнул Пит. — Я там рыбный бульон варю, думал, вдруг тебя с ложки кормить придётся.
Скай поднял руку и сжал пальцы. Рука дрожала, но слушалась.
— Пожалуй, не придется. Справлюсь. Тащи что-нибудь съедобное, проверять будем!
Пит принёс миску бульона с плавающими в нём кусками рыбы и мелко резаными кореньями.
— Грибы класть не стал, их, вроде, больным не полагается.
— Я не больной, я просто очень усталый! — пробурчал Скай, налегая на еду. С каждой ложкой это становилось всё проще. Дрожь проходила, в тело возвращалось тепло.
— Что это было-то вообще? — спросил Пит, когда ложка заскребла по дну миски.
— Со мной или с покойником? — уточнил Скай.
— С обоими!
— С ним — сам пока точно не знаю. Это вот головокружение — это магия, но не человеческая. Так делает один из горных духов, Снежная Марь. Дезориентирует и сбрасывает в пропасть. Как это провернул человек, да ещё и дохлый, не представляю.
— А с тобой? Меня-то это так не проняло!
— А со мной произошла банальная глупость, — признался волшебник. — Надо было его рукой с Усилением по шее приложить, перебил бы хребтину и всего делов. А я так удивился, когда он магию творить начал, что сдуру все силы в паралич вложил. Его, конечно, проняло. Но и мне мало не показалось.
— И что теперь?
— А что? Отлежусь денек, отъемся и буду как новенький. Одна печаль — как бы мертвец там совсем не развалился за это время. Он же сейчас не как нормальный разлагается, а в ускоренном темпе. А мне очень надо его разглядеть, может, тогда прояснится, откуда у него такие фокусы?