Только ты (СИ)
Постепенно возвращаюсь в реальность. Первое, что вижу - это измученный "шедевр" на холсте. Я все ещё сжимают кисть, но, видимо, я хваталась руками за холст, мои руки в краске.
Рома берет кисть из моих рук, откладывает в сторону. Разворачивается меня к себе и целует в губы, едва касаясь.
- Ты очень красивая, - говорит он тихо, чуть оторвавшись от моих губ.
Я всматриваюсь в его лицо, не знаю, что сказать. Я не влюблена в него. Но и воспринимать его как друга уже не могу.
Глава 12. Натали
В субботу Рома заезжает за мной. Несмотря на то, что было между нами в прошлую встречу, не чувствую неловкость, когда он появляется на пороге квартиры. Он одет в синие джинсы и рубашку. И я выбираю похожий наряд.
Рома продолжает показывать мне Москву, каждый раз открывая мне этот город с другой стороны. В этот раз он ведёт меня в Третьяковскую галерею.
Полотна, известные на весь мир, и которые я видела в книгах, теперь смотрят на меня со стен галереи. Я кручу головой, останавливаясь возле каждой. Рассматриваю детали, восхищаюсь мастерством автора.
Меня переполняют эмоции. Восклицаю:
- Это все за один день не пересмотреть! - за что тут же получаю гневное "Не шумите!" со стороны женщины с бейджиком, которая следит за порядком в зале.
- Ты можешь приходить сюда хоть каждый день, - шепчет Рома мне на ухо. Его улыбку я не вижу, потому что открыв рот разглядываю полотна. Я чувствую как он улыбается по голосу.
Мужчина не ведёт меня из зала в зал, не старается что-то показать, он тихо следует за мной, пока я продвигаюсь между залами. Я чувствую себя в своей стихии, вдохновение переполняет меня, когда смотрю на полотна, созданные не мной. Хочется взять в руки кисть и попробовать повторить эту красоту.
Мы переходим в темно-синий зал с приглушенным светом. Таинственная атмосфера комнаты добавляет загадочности полотнам Врубеля, развешанным на стенах.
Я прохожу мимо известного изображения демона на фоне заката. Замираю, разглядывая уверенные мазки, передающие настроение картины. На полотне демон повернул голову в сторону, мне не видно его взгляд, но ощущение страдания и безысходности исходит от него.
- В юности Врубель влюбился в женщину, которая не ответила ему взаимностью. Она была замужем, а он был безнадёжно влюблен. - слышу за спиной тихий голос Ромы. Я замерла, почувствовав настроение мужчины, который не настаивает, ждёт моей реакции. - Он был одержим ею, всюду видел её лицо. Она стала его личным демоном, поэтому в каждой картине можно разглядеть её черты. - Эта история и сама атмосфера зала задевают глубинные струны души. Я понимаю отчего столько отчаяния во взгляде демона, который не пугает, а страдает.
Я смотрю на картину за защитным стеклом, потом перевожу взгляд на свое отражение в стекле и натыкаюсь на взгляд Ромы за моей спиной. Меня будто кипятком ошпаривает.
В его взгляде огонь и боль, желание и сдержанность. Он терпеливо ждёт меня, пока я сама не захочу быть с ним. Этот взгляд прожигает меня, но я не в силах разорвать зрительный контакт. Мы стоим перед картиной, но глядя друг другу в глаза.
Я поворачиваюсь к нему лицом, наталкиваясь снова на этот взгляд. Мне хочется утешить его, успокоить. Но в то же время я понимаю, что не моё утешение ему нужно. Поднимаю руку к его лицу, провожу подушечками пальцев по щеке. Он вздрагивает, накрывает мою руку своей, прижимая к щеке. Поворачивает голову и целует внутреннюю сторону ладони.
Когда он снова смотрит мне в глаза, я понимаю, что в моих силах растоптать этого сильного мужчину своим отказом. Это понимание наваливпется на меня, давит на плечи, мне хочется сбежать. Меня пугает глубина его чувств ко мне, ведь я не знаю что я сама к нему чувствую. Я не уверена, что смогу когда нибудь полюбить его также сильно.
Словно прочитав мои мысли, он говорит тихо, наклонившись к моему уху :
- Ты ничего мне не должна, малыш. Но давай попробуем.
Я шумно выдыхаю и киваю. Он берет меня за руку и ведёт по залу, прерывая мои размышления и переводя моё внимание на картины. Я разглядываю лица на полотнах и в каждом вижу похожие черты одного и того же лица. В целом впечатление от зала угнетающее, особенно теперь, когда я знаю историю художника. Однако непередаваемый колорит полотен завлекает меня, заставляя всматриваться в каждый образ.
Выйдя из этого зала, мы идём дальше по галерее. На стенах множество полотен, но нигде больше нет такой угнетающе тёмной атмосферы. Я ловлю себя на мысли, что дальше все воспринимается немного не так. Будто из суровой врубелевской реальности мы попали в сказку других сценариев и полотен.
Однако, я не могу упустить возможность и стараюсь посмотреть все, что только успею. Ноги гудят, но я не обращаю внимания. Стоит мне повернуться, за спиной вижу настороженный взгляд Ромы, который все это время рассматривает меня, считывая каждую реакцию и эмоцию. Смущаюсь от столь пристально го внимания. Но ненадолго. Окружающая меня красота увлекает, заставляя позабыть все другие мысли.
Вечером Рома привозит меня домой. Он целует меня в губы нежно, не углубляя поцелуй. Будто боится переборщить с напором. И мне не хочется большего. Я ещё под впечатлением от своих открытий по поводу его чувств. Понимаю, что этот мужчина не просто влюблен, он одержим мною. И я боюсь форсировать, не понимая, чего я сама хочу от этих отношений.
Захожу в квартиру, закрываю двери и прислоняюсь к ним спиной. Я пытаюсь представить каково это, когда ты одержим кем-то настолько сильно. Когда ты любишь без взаимности, без надежды и без шанса, что твою любовь оценят и примут. Вспоминая историю художника, мне кажется, я почти физически ощущаю эту боль безысходности. Когда душу раздирают эмоции, которые нельзя проявить. Но в душе живёт надежда, что, возможно, когда нибудь получится добиться взаимности.
Прохожу в гостиную. Руки сами тянутся к карандашу и бумаге. Я рисую, не думая, просто передаю чувства. Когда заканчиваю рисунок, на меня с листа бумаги смотрят глаза Ромы, в которых огонь и отчаяние, а ещё безграничное терпение.
Глава 13. Натали
Я решаю поискать для себя обучение живописи. Никогда не училась этому у профессионалов, привыкла к тому, что это просто хобби. Не думала заниматься этим профессионально.
Открываю ноутбук, ищу варианты. Большинство школ берут на обучение детей в возрасте семь, восемь лет. Но я не сдаюсь, продолжаю искать.
Наконец нашла обучение для любого возраста. Но нужно пройти собеседование. Я звоню по указанному на сайте телефону и договаривпюсь о собеседовании на завтра.
Утром я собираю все свои работы, которые успела нарисовать за неделю, и еду на собеседование.
Нужное здание нахожу без труда. Уже лето и студентов нет, преподаватели ходят по пустым коридорам неспеша. Я иду с большой сумкой, в которой аккуратно сложены мои работы. Волнения нет, наверное, от того, что все ещё не привыкла привыкнуть к мысли, что правда смогу профессионально рисовать и зарабатывать этим на жизнь.
Когда нахожу нужный кабинет, стучусь в двери и прохожу, протискивая в дверной проем свою сумку. Меня встречает мужчина лет пятидесяти, высокий с умным взглядом карих глаз.
Мы здороваемся, он говорит, что его зовут Николай Павлович. Просит меня показать свои работы. Я достаю из сумки рисунки, холсты, аккуратно раскладываю их на столе.
Николай Павлович внимательно рассматривает мои работы.
- Всё это очень мило, но слабовато. Сейчас это просто рисунки, не живопись, - говорит он.
Я уже приготовилась услышать отказ, когда его взгляд падает на рисунок карандашом. Это те самые глаза Ромы, которые я рисовала после того, как вернулась из Третьяковской галереи.
Николай Павлович придирчиво смотрит этот рисунок, дольше прежнего высмаривая что-то в изображении, линиях.
- А вот это уже что-то, - говорит мне. - Думаю, из тебя может выйти хороший художник. Если ты смогла нарисовать эмоцию, не все так безнадёжно. - улыбается он.