Невеста одержимого (СИ)

— Куда Адам вывез мои вещи? — спрашиваю его, отдавая ручку.
— У меня нет такой информации, — безразлично кидает и, закрыв папку, направляется на выход. — Но ваш муж был зол с утра и оставил вам в спальне записку. До новых встреч, Юлия!
— Записку? — переспрашиваю сама себя и бросаюсь в спальню, где прошлой ночью обломала собственного мужа, и брачная ночь не удалась. Ну и слава богу!
С осторожностью вхожу в комнату, отметив, что Адама в ней и правда нет. Но записка всё же на тумбе есть.
«Доброе утро, дорогая!
Надеюсь, тебе хорошо спалось на диване в гостиной? И ты совсем не против того, что я тебя всё же раздел. Платье выкинул. К сожалению, оно не пережило мой вчерашний зверский порыв. Как и остальные твои вещи — сегодняшний. Научишься себя вести — купим тебе новый гардероб. А пока ходи в чём мать родила. Или всё же оставлю тебе нижнее бельё. Не решил пока. Вчера ты меня очень расстроила, лапуля. Теперь плати за свои проступки.
Твой любимый МУЖ!»
— Объелся груш, — зло шиплю и сминаю послание в кулаке. — Мы ещё посмотрим, кто кого! — воинственно заявляю и, порывшись в гардеробе супруга, нахожу длинную футболку, которую напяливаю на себя. А затем спускаюсь на кухню, чтобы раздобыть перец красный молотый, горчицу и обычный красный жгучий перец. После несколько часов сижу в гардеробе мужа и натираю абсолютно все его трусы этой смесью, спрыскивая периодически лимонной кислотой. Не знаю, что получится, но, надеюсь, он долго будет страдать.
Закончив с «делами» спускаюсь, обедаю и, включив телевизор, а на нём какой-то сериал, с нетерпением ожидаю мужа, которому учиню немаленький скандал. Ждать приходится недолго. Всего полторы серии. Но признаюсь, что и в эти полторы серии я не вникала. Представляла, как будет страдать мой муженёк от невыносимой чесотки. А может быть у него вообще кое-что опухнет, и мы ещё долго не сможем перейти к брачной ночи. Идеально!
Войдя в дом, Адам сразу же показывает всем своё отвратное настроение. Проигнорировав накрытый Сунь Си стол, направляется ко мне. Хватает за руку, заставляя встать с дивана, и тащит наверх. Всеми силами пытаюсь сопротивляться, но Адам прёт как танк и не думает отступать.
— Ты решил меня силой взять? Адам! Не надо! — начинаю паниковать, понимая, что не подумала об этом. Совсем не подумала. — Прошу тебя! Я готова! Но не надо так!
Адам меня игнорирует, продолжая тащить в спальню, а затем в гардероб, где наконец отпускает меня. Не оборачиваясь, идёт к корзине для грязного белья, а затем к ящику с нижним бельём. Открывает его и всё содержимое отправляет в корзину.
— Ещё раз ты такое провернёшь, и я тебя лично обмажу этой смесью, — озлобленно рычит. — У меня жуткая аллергия на горчицу! Запомни раз и навсегда! Твоя выходка могла стоить мне жизни!
— Откуда ты узнал?
— Во всём доме камеры, — отвечает и показывает на угол гардеробной. — Абсолютно в каждой комнате, кроме туалета. Ты меня поняла?! Ещё раз и я сделаю твою жизнь невыносимой. Если мне вообще удастся тебе её сохранить, идиотка! Ты хоть понимаешь, что творишь?! — продолжает рычать.
Вновь хватает за руку и в этот раз тащит в сторону собственного кабинета, который ранее был заперт. Открывает его и вталкивает меня в него первой.
— Твоё шмотьё, — кидает и рукой указывает в угол, где одиноко стоят мои чемоданы, которые я не успела вчера разобрать. — Истеричка! Тебе всего-навсего надо было просто раздвинуть ноги и всё! А теперь у меня из-за тебя проблем выше крыши!
— Из-за меня?! — возмущённо восклицаю, в изумлении раскрыв рот от его слов.
  
Глава 15
 
— Из-за тебя, лапуля, — отвечает он мне, с вызовом посмотрев на меня. Всем своим видом показывает всё своё недовольство и бешенство от моей выходки.
Мог бы заранее предупредить о своей аллергии. Я не знала, поэтому частично не виновата, что чуть не убила его. Да и он должен был понимать, что я захочу отомстить ему за то, что он мои вещи украл. Ну, как и я должна была понимать, что вчерашняя выходка мне просто так не сойдёт мне с рук.
 
— Это всё вообще-то из-за тебя! Ты на кой чёрт решил жениться! И…
— И я купил тебя у твоих родителей, — напоминает он, ударяя словами, словно пощёчиной. Мне больно от его слов, что мама и папа так могли со мной поступить. Всё ещё неприятно и мерзко.
— Мог и не покупать, — едко заявляю. — Обошлась бы! А то, видите ли, какую услугу он сделал! Денег за меня дал, а товар с характером оказался. Можешь возврат оформить? Возмущаться не буду, честное слово!
— Ну уж нет! Никакого возврата… — злорадно тянет и максимально близко приближается ко мне. Пытается напугать, но я сейчас слишком сильно хочу его убить, чтобы хоть шаг назад сделать. — Не люблю сдаваться. Какая бы не была трудность, всё преодолимо! Немного усилий… — его рука оказывается на моей талии, — и я получу желаемое.
— Нет! — брыкаюсь в его руках, пытаясь вырваться, но моё взбрыкивание не даёт никакого результата. Лишь насмешку в глазах Адама и боль от его руки на талии. — Отпусти меня! Идиот!
— А если нет? — спокойно спрашивает. — Что ты сделаешь в ином случае?
— Я… Я! Я тебя убью!
— Убивай, — выдыхает, а затем всё происходит так неожиданно, что я теряю дар речи. Адам наклоняется и впивается в мои губы страстным поцелуем. Первые секунды сопротивляюсь и даже кусаю его, но он словно и не замечает это, продолжает целовать, прижимая к себе так тесно, что, кажется, сломает сейчас либо меня, либо мои рёбра. Но нет. Он знает меру. Он прекрасно контролирует ситуацию и себя. В отличие от меня. Которая хочет одновременно огреть его чем-то тяжёлым и оказаться маленькой девочкой в его руках. Именно поэтому я отвечаю на этот чёртов поцелуй с собственным мужем. Именно поэтому сдаюсь.
— Адам, — шепчу его имя, сбивчиво дыша, когда он, наконец, оставляет мои губы. — Я не хочу.
— А твоя реакция на мой поцелуй говорит о другом, — произносит, глядя в мои непонимающие глаза. — Не упрямься, девочка! Просто позволь этому случиться. Я твой муж. Никакого осуждения.
— Зачем?
— Потому что так надо, — говорит еле слышно. — Доверься мне. Прошу тебя! Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, Юля.
— С тобой я никогда не буду счастлива, — проговариваю, заглядывая в его глаза, которые впервые настолько уязвимы и показали мне их настоящего владельца. Красивого. Умного. Целеустремлённого. Чего-то боящегося. Сильного, но отчего-то раненого.
— Ты будешь счастлива, Юля, — его слова звучат настолько убедительно, что я верю. Дура, наверное, но я верю. — Я сделаю всё для этого. Уже сделал многое, но мне нужна помощь. Твоя. Доверься и позволь нам быть мужем и женой. Согласна?
— Да! — произношу после долгой паузы, которая показалась мне вечностью. — Согласна!
— Умничка, — усмехается довольно. — Я знал, что сделал правильный выбор и не ошибся в тебе, — и, взяв меня за руку, тащит в спальню, где я решаю сдаться.
А что тут такого? Адам — мой муж. Иногда он бывает нормальным, а иногда нет. И по сути, я сама виновата, что он решил меня проучить. Но ведь тогда в больнице, затем полтора месяца его командировки, он общался со мной нормально и шёл на уступки почти в любом вопросе.
С Марком мне больше не быть. Адам не позволит. Так зачем сопротивляться мужчине, который обещает сделать меня счастливой? Может быть, я полюблю его? И всё станет нормальным? Да и если с мужем поговорить и пообещать, что я буду общаться с Марком как с другом, то он пойдёт на уступки. Очень надеюсь на это! Не хотелось бы потерять своего друга.
А насчёт постели… Адам не так ужасен и очень красив внешне. У меня были мужчины. Красивые. Если правильно найти подход к себе и своему сознанию, то с постелью проблем не будет. Я привыкну. Привыкла же с бывшим уродом… А Адам не очень-то и урод. Благородный. Честный. Иногда весёлый. Слегка жестковат. Но бизнесмены — они все такие грубоватые. Отец мой такой же.
— Юля, — выдыхает он моё имя, прежде чем вновь поцеловать. — Всё будет хорошо, — шепчет в губы, медленно стягивая с меня одежду. Бродит руками по моему податливому сейчас телу, словно заворожённый. Прижимает своим весом и телом к кровати. — Пчёлка… Моя пчёлка… Моя Уля… Моя! Больше я тебя не отпущу!