Вестники бури (СИ)

— Дальше, — Дюша повел рукой, чуть укрупняя тот сектор галактики, в котором они находились. — Смотри, мы летали сюда, в сектор АГ/308.
— Восьмая ступень?
— На границе с седьмой, — ответил Дюша, — но там все размыто, как, впрочем, и везде. Да и разница между самими ступенями размыта, сам знаешь.
Влад только кивнул. Идеальная пирамида Содружества с четким разделением существовала только в красивых голограммах. Переток информации, обмен знаниями, кражи, промышленный шпионаж, цивилизации высоких ступеней, решившие, что им надо срочно освоить еще пару систем и масса всего другого приводила к мешанине, этакому слоеному пирогу из цивилизаций разных ступеней, просто неосвоенных систем, каких-то участков, где построение портальной сети было затруднено и прочего в том же духе.
— Я оттягиваю на себя внимание Хранителей, насколько могу и мечусь вот в этой части, — огромный кусок пространства подсветило.
Словно выставили щит или заслонку, между собой и системой, куда летали Дюша и Спартак.
— Они же знают о нас, — напомнил Влад.
— Разумеется, но разделиться все равно придется, так что разделимся с пользой для дела. Полеты вне портальной сети сейчас не учитываем.
— Согласен и не согласен, — отозвался Влад.
Обмен взглядами, понимание. Земля и Друньдау находились дальше, на окраине нынешнего Содружества, но не настолько дальше, чтобы Хранители не сумели туда добраться. Новое разглядывание карты, оценка секторов и возможных проблем в них, конфликтов и готовых вспыхнуть войн, сепаратистских настроений и просто недовольства.
Даже со всеми своими выросшими способностями, Буревестник никак не смог бы одолеть зетталионы живых, населяющих Содружество, разгромить тысячи солнечных систем на огромных галактических просторах. В то же время, Содружество не являлось монолитным конгломератом, спаянным в единое целое, где цивилизации давно перемешались и ассимилировались в нечто новое.
Хватало проблем и противоречий, и немалую долю прошедших двадцати лет Буревестник уделял поиску и исследованию этих самых проблем, подготовке закладок на будущее, способных взорвать рыхлую пирамиду Содружества. В Содружестве, в свою очередь, тоже осознавали эту проблему и имелись механизмы сглаживания, регуляции, просто подавления конфликтов, если те разрастались слишком уж широко.
На начальных стадиях Сильные цивилизации тех же секторов пытались как-то удержать все в рамках, затем вмешивались покровители враждующих цивилизаций, если те не могли договориться между собой или война вспыхивала слишком сильно и резко, как в случае планируемого конфликта Винату и Бидаков. Если и это не помогало, подвозили дубину крупнее, в дело вступали покровители покровителей и, зачастую, часть секторов просто изолировали от портальной сети и приступали к наведению порядка.
— Предполагается, что внимание вышестоящих скует Акат и прочие цивилизации, — сказал Дюша.
Еще жест, еще два заслона, в дополнение к уже подсвеченной ранее области. Акат являлся ключевым, как покровители Друньдау, но это не означало, что командир Буревестника ограничится лишь ими. Все смежные сектора и цивилизации вспыхнут проблемами и войнами, и "сверху" все будет прикрыто теми, кем займется Виталь. Трехслойный пирог, затрагивающий десятки, нет, сотни секторов, стало быть, вышестоящие вынужденно вмешаются и им всем будет не до Земли. В таких условиях Хранители могли рассчитывать только на свои личные силы или тех, кто командовал флотами одной из цивилизаций и мог увести их к Земле, например.
— Они не дадут уничтожить Акат, — возразил Влад.
— Ты прав, ты прав, — с легкой досадой отозвался Дюша, — но, в сущности, ничего же и не изменилось, так?
— Враги резко стали сильней.
— Не-е-е-ет, это мы исходим из того, что Хранители объявят против нас всеобщий джихад, раз уж мы, по их мнению, павшие чемпионы, — невесело хмыкнул Дюша. — Но я о другом, о том, на чем мы строили свои изначальные расчеты, на мощи Содружества.
Пирамида поддержки и покровительства, с эксплуатацией, конечно. Этакий космический феодализм, изначально созданный для обхода защиты материнских систем, но затем превратившийся в нечто большее. Или рыхлый ком, катящийся и катящийся по склону, обрастая новыми слоями. Со стороны такой ком казался неостановимой силой, которая будет бесконечно катиться и расти, но на практике опять выходило немного иначе.
 
— Занять всех помощью?
— В идеале бы поджигать слоями, вначале нижние, чтобы сверху прислали помощь, а затем и у верхних поджечь, чтобы они дергались, куда направить силы, и взывали к своим покровителям, и затем зажигать уже самих покровителей, но времени у нас на это не будет. Мы все хотим освобождения Спартака, но ты морально подходишь лучше всех.
— Дюша, ты же мог вернуться за ним, — вдруг сказал Влад.
Он чуть изменил позицию тела, взгляд стал пристальнее, рука сместилась, словно он собирался напасть.
— Или ты соврал нам?
— Эх, Влад, Влад, — вздохнул Дюша, разминая пальцами сигарету. — Мы же не в пещерные времена живем, чтобы один воин мог удерживать ущелье в горах, скажем, против тысяч солдат противника и с ним ничего не могли поделать. Как, по-твоему, мог Спартак их всех сдержать?
Влад смотрел внимательно, просчитывая варианты, секунду спустя он осознал.
— Он напал на Хранителей?
— А я его еще и поддержал и надо сказать, — Дюша искривил губы, — это было приятно.
Зажигалка в его руке хрустнула и осыпалась пылью.
— Мы для них лишь неудачный эксперимент, дефектные чемпионы, захолустное [цензура], каким-то чудом отбившие одну экспедицию. Несколько строчек в архивах, одни из миллиона попыток, что им загубленные жизни землян? Статистическая погрешность, рябь на том океане крови, который они пролили.
Влад выдохнул тяжело, ощущая и разделяя ярость и злобу Дюши. Они перестали быть людьми, но не забыли прошлого и того, за что бились. Сражения и смерть товарищей, отчаяние, холод и голод, разруха, Федерация на краю гибели и снова сражения, сражения, сражения, кровь лишь потому, что Хранителям показалось интересным поставить парочку экспериментов.
— Спартак пробился и, наверняка, унес за собой не одного Хранителя, недаром же хайгессы допустили несколько ошибок, их явно вела ярость и выкрики сверху. Пока я буду метаться и стягивать на себя их злобу, ты, Влад, проскочишь шустрым зайчиком к сектору АГ/308 и начнешь действовать там.
— Думаешь, они еще там?
— Повторяю, ты бы побежал, если бы тебя куснула пара муравьев? — тяжело спросил Дюша. — Часть Хранителей убита, у них беспорядок в управлении, самые доступные и послушные силы мы уже разгромили. Они подтянут еще, они начнут переезд, возможно, но это будет не молниеносно! Чем быстрее ты прибудешь туда и ударишь, тем лучше.
— Понимаю, — протянул Влад. — Кто у них там?
— Пондики, бывшие земноводные. У них застарелый конфликт и дружба с Пандаками, некоторые даже считают, что они произошли из одного яйца, образно говоря. Священное Яйцо тоже имеется, сам решай, разжигать этот конфликт или нет, ему много тысяч лет и там уже давно перегорело все, что только могло.
— Разберусь на месте, — не стал возражать Влад.
Удары и конфликты, использование старых агентов или вербовка новых прямо на месте, выпячивание истинной природы Хранителей и поджигание сектора. Высокоуровневого сектора, а то и секторов, но поджигание, чтобы вмешались соседи, чтобы покровители прислали свои флоты. Удары по порталам и хаос коммуникаций, чтобы образовалось одно кипящее мутное варево, в котором никто ничего не понимает.
Под шумок такой неразберихи удар по Хранителям тоже пройдет незамеченным.
В теории.
— Нам нужна будет блокировка самых массовых маршрутов, — добавил Дюша, меняя карту. — ЗМ/290 скинем на Виталя, я ударю вот здесь и вот здесь, десяток секторов займем своими проблемами и, самое главное, надо будет подать это как агрессию против Миксоманов, чтобы они тут же ударили в ответ. Пространство провала Кайтюлера не трогаем, но тебе, Влад, кровь из носу, надо будет перекрыть эти два портальных узла, видишь? Маршрут исказятся и пойдут через соседей, тогда Дамаранги не смогут двинуть свои флоты в ЗМ-сектора, побоятся.