Волшебник (СИ)

Финансирование организации изначально опиралось на собственные источники в том числе и зарубежные, а склады оружия, документов и спецматериалов регулярно обновлялись. Но текущая ситуация не могла длиться вечно. Без поддержки государства даже такая организация постепенно теряла функциональность. Требовалась системная кадровая работа, исследования и собственные учебные центры. Всё то, что было потеряно с приходом Хрущёва к власти. И Система начала искать способы выживания. Руководитель организации довольно быстро вычислил тех, кто вёл СССР к распаду, но вот так, переходить к ликвидациям на собственной территории, не спешил. Это сейчас, КГБ довольно лениво ищет выходы на Систему, и ходит за парочкой подставных людей, на самом деле не имеющих никакого представления об организации. А начнутся ликвидации, так они начнут копать всем своим немалым коллективом.
И в такой момент появление нового актора было весьма тревожным звонком. Могла ли существовать в СССР ещё одна организация сверхглубокого залегания? Да совершенно запросто и не одна. Мог ли быть парень её представителем? Тоже в общем легко. А как и что там у них устроено, даже догадаться невозможно. Вон, Зоя Воскресенская, командуя Ленинской Технической Школой, не отчитывалась ни перед кем, куда отправляла своих выпускников.
А как выйти на контакт с тем, с кем вообще никаких связей, кроме его прямого руководителя, не предусмотрено? Да никак. Паранойя – это не диагноз. Это рецепт долгой и спокойной жизни, а не преждевременной и болезненной смерти.
Но если парень – часть организации, это означает и то, что у них такие же проблемы. Но один способ возможного контакта, всё же существовал. Генерал аккуратно стукнул в стену, за которой проживал ветеран войны капитан первого ранга в отставке Марат Гумерович Шадрин, и через полчаса, тот постучался в дверь Александра Николаевича, держа в руках бутылку коньяка.
Но старый морской диверсант не коньяк пить пришёл, а посидев для приличия минут сорок за шахматами, вышел, с инструкциями, которые рано утром разбежались по адресам.
Тихон Никанорович Зубов, старший электрик Горсвета, ошибся при наборе номера на одну цифру, и не слушая ответа, бросил скороговоркой:
– Светлана Афанасьевна, ну когда уже будет ремонтная смена на третьем участке?
– Вы вероятно ошиблись номером, товарищ. – прозвучал глухой голос, и сразу на том конце повесили трубку.
Павел Анатольевич Судоплатов, разведчик, диверсант и ликвидатор, преданный и оболганный своей же страной, проживавший в доме номер 9 на третьей Останкинской, повесил трубку, и задумался. «Аварийный» код был передан по всем правилам, а значит Система уцелела, и продолжала работать, и это самый главный результат, его сидения во внутренней тюрьме КГБ, и во Владимирском «Централе». Он тогда ничего не сказал сотрудникам Комитета, пытавшим его, и очень сильно надеялся, то также поведут себя все остальные арестованные, имевшие выход на Систему. Нет, если бы КГБ было уверено в том, что у него есть ниточки к самой засекреченной спецслужбе Союза, то его бы на ремни распустили в попытке добраться до истины. Но Судоплатов убедил палачей что не имел никакого представления ни о каких тайных организациях. В принципе это было логично. Незачем кому-то посвящать ещё одного человека в тайны Системы. И со временем, от опального генерала отстали и даже дали квартиру в Москве, чтобы жил под присмотром.
Павел Анатольевич, ещё в сентябре отправил жену лечиться на юг, от московских осенних ветров, поэтому жил один. Генерал прошёлся до кухни, зацепил ножом половицу, уходившую под батарею, и подняв её, вытащил на свет револьвер Наган в промасленной тряпке. Пощёлкав курком, снарядил барабан, накрутил на ствол глушитель, сунул в кобуру и вернулся в зал. Английский костюм пошитый ещё чёрт знает, когда у Братьев Брукс, он берёг для похорон, полагая что текущая власть не позволит похоронить его в мундире, но сейчас это не имело никакого значения. Он надел штаны и белоснежную шёлковую сорочку, нацепил кобуру, и накинул поверх пиджак. Обувшись и надев пальто, вышел из квартиры, закрыв её на один оборот самого простого замка. Сюда он вряд ли вернётся.
 
На лестничной площадке скучал одинокий топтун из КГБ, и Судоплатов прошёл мимо него словно того вообще не было, спустившись по лестнице, вышел из подъезда, обошёл дом, и зашёл в гастроном находившийся в этом же доме. Уверенно пройдя за прилавок, в подсобное помещение, зашёл в конурку нерабочего холодильника, которую облюбовали магазинные грузчики, и закрыл за собой дверь, обитую железом, задвинув засов. Сейчас никого в подсобке не было, и никто не удивился тому, что солидный мужчина в дорогом пальто сдвинул шкафчики с одеждой в сторону, и нащупав руками выпуклость, вставил в замок ключ пробивая тонкую преграду бумажных обоев, и провернув личинку, потянул за ключ на себя.
С хрустом отрываемой бумаги, дверь подалась, открывая проход на лестницу, которая вела в подвал. Выйдя из переплетения подвальных коридоров в доме возле Дубовой Рощи сел в подъехавшую двадцать первую Волгу и растаял в потоке движения.
– Как это «исчез»? – Андропов который к семидесятому году уже не отличался богатырским здоровьем, от такой новости побледнел, и схватился за сердце. – Да ты понимаешь, сучий потрох, кого вы упустили? – Он стукнул кулаком по столу так, что огромный, тяжёлый письменный прибор из малахита и бронзы подпрыгнул. – Мы же его пасли постоянно? Как это вообще могло случиться?
– Ему поступил звонок, на который мы не отреагировали. – Объяснял руководитель бригады, следившей за генералом. – Позвонил Тихон Никанорович Зубов, тридцатого года рождения, мастер – электрик районного управления Мосгорсвета. Телефон диспетчерской отличался буквально на одну цифру с квартирой Судоплатова. Таких ошибок на наших АТС, десятки в день по каждому номеру. Поэтому дежурный оператор, уточнив исходные данные, отметил звонок как ошибочный и продолжил работу в обычном режиме. Дежурный офицер в подъезде, тоже не заподозрил ничего странного, кроме того, что обычно Судоплатов ходил в гастроном чуть позже. Но и это не было поводом поднимать тревогу. Наружка вела его до гастронома, и согласно инструкции не входила, так как по нашим данным гастроном не имел других выходов. Даже разгрузочная площадка и служебный вход у них с той же стороны здания буквально в десяти метрах от главного входа. Ну а когда он не появился через двадцать минут, наблюдатели конечно вошли в магазин, и всё выяснили. Там была нерабочая холодильная камера, которую приспособили под бытовку. Из камеры спуск в подвал, ну а подвалы в районе Останкино вы знаете какие. Дивизию можно спрятать. Вот он и утёк. А электрик этот, тоже пропал, как сквозь землю канул.
– Поднимай всех. – Андропов налился кровью, и его глаза казалось вот-вот вылезут из орбит. – Милицию, всех наших, не наших, всех. Ищите этого мерзавца. Ищите и можете живым не брать.
Примерно в это же время Александр Николаевич Скворцов, привычно закончив свою жизнь в автокатастрофе, возродился в подмосковном коттедже посёлка принадлежащего МинГео. Прежний хозяин – по странному стечению обстоятельств – Александр Николаевич Дроздовский, довольно нелюдимый специалист по дистанционному зондированию Земли, умер год назад, но специалисты Системы вовремя подхватили образ, и успешно имитировали жизнь престарелого геолога, общаясь за него даже с Собесом, и Госстрахом. Теперь покойнику, пролежавшему в глубокой заморозке больше года, предстояло быть похороненным вместо Александра Скворцова, чтобы не расстраивать видом пустого гроба похоронную контору, а его дом, обживал совсем другой человек.
Москва, район Северное Тушино.
Бросив сумку с вещами на пол, генерал прошёлся по дому, проверяя всё ли в порядке. На кухне уже суетился мужчина лет сорока, возясь с приготовлением обеда, а на соседних участках тоже кипела жизнь. Подъезжали машины, высаживая «геологов», с объёмистыми сумками, и начинали куриться печи.