Низвергнутый: кланы высшей школы (СИ)

Сказано — сделано. Сразу после завтрака я помог перенести часть коробок в отцовскую спальню, после чего Юмэми силой вытолкала меня наружу и, строго наказав не подглядывать, закрыла дверь. Вооружившись пустыми коробками и маркером, я поднялся на чердак.
В мире, где я правил, чердаками звались пыльные и захламленные чуланы под крышей, сплошь заваленные соломой, всевозможной утварью и старой одеждой. Порой там селились осы или птицы, на которых устраивали засады местные коты.
Здешний чердак был образцом порядка. Разве что, кроме пыли. Просторная комната с двухскатным потолком, старой полуразобранной мебелью и парой шкафов, в которых и нашлись старые вещи батяни Рэйджи — рубахи, пиджаки и прочие шмотки, не представлявшие интереса. Кроме, разве что, добротой кожаной куртки наподобие байкерских, с броневставками вдоль позвоночника и на локтях. Во всю спину красовалась надпись из трёх букв: Y. M. D.
Хех, Ямада-старший определённо знал толк в пафосных символах. Это мне пригодится.
Соседний шкаф почти целиком был забит вещами, буквально кричавшими о гангстерском прошлом бати. Ремни и разгрузки, биты, кастеты и ножи. Здесь был целый арсенал на любой вкус и кошелёк, включая тяжёлые вольфрамовые шары, сделанные точно не под руку неодаренного. А ещё нашёлся прочный раздвижной шест, здорово напомнивший мне боевые посохи Гелиона из рутенида и энергоплатины. Простое, но грозное оружие.
Повыбирав наиболее достойные экземпляры, я посмотрел вниз: в углу нашлась маленькая неприметная коробка. Я вытащил её на свет и заглянул внутрь.
Бумаги, альбомы, какая-то рухлядь. И потертая железная шкатулка, одно прикосновение к которой заставило встать дыбом волосы на всём теле.
С замирающим сердцем я открыл заклеенную скотчем крышку и достал нечто, замотанное в тряпичную салфетку.
Внутри оказался маленький круглый медальон с вязью символов. Потертый и неприметный, он больше походил на мусор, если бы не надписи.
Это был язык богов Гелиона.
Такие медальоны я видел лишь однажды, во время осады Мелитес-прайм. Тысячи пленных богов были заперты в тюрьмах крепости магов. Мы понесли страшные потери во время штурма, и эти медальончики нас спасли. С их помощью можно было сделать сфиротическую печать — слепок прошлого состояния сфирот, когда они были наполнены силами.
Жаль, эта штука действовала всего один раз, а при активации давала такое эхо, что его можно было засечь за тысячи световых лет. Короткая вспышка маяка озаряла вселенную и тут же затухала, на миг делая владельца столь же сильным, каким он был на пике формы.
Тогда мы победили только благодаря им. Но откуда на Земле, буквально в цитадели врага, была одна из этих штук? Если только...
Что если с одной из экспедиций силы магов вернулись на Землю с трофеями и начали их изучать? И совершенно случайно при перевозке контейнера с такими вот медальончиками на машину напала одна из банд, и один из членов стал обладателем ценного, но непонятного трофея? Медальон был бесполезен для магов, так что счастливчик оставил его себе как ценную безделушку.
Но кланы, стоявшие у власти, быстро смекнули, ЧТО удалось заграбастать наглым бандитам. И они нанесли свой удар. Если отец был в числе тех "везунчиков", это объясняло его смерть. И то, что я помнил — что увидел мой хост за миг до смерти, — больше походило на удар возмездия, чем на криминальную разборку.
Завернув медальон обратно, я убрал его в шкатулку и сунул в коробку с остальным уловом.
— Рэйджи, ты уже закончил? — донеслось снизу. — Помоги мне вынести вещи!
— Иду, — я подхватил коробку и спустился на первый этаж.
— Родной, забери, пожалуйста, оставшиеся, — Юмэми вынесла коробку, аккуратно подписанную маркером, и пошла в ванную.
Странно, раньше я не бывал в её спальне. Уютная комната с двумя односпальными кроватями, сдвинутыми вместе, широкими шкафами-купе, ныне пустыми, и персиковыми занавесками. И несколько подписанных коробок, сложенных в два ряда у стены. Не так уж и много вещей.
Вдохнув тонкий аромат её спальни, я взялся за работу. Одна за другой коробки переехали в коридор, я вернулся за последней — и глянул в проткрытую створку. Стопки книжек, а сверху — альбом с фотографиями. Хм.
 
Сев на кровать, я вытащил альбом и положил на колени. На первой же странице красовалась фотография матери, ещё очень молоденькой, и каллиграфически выведенная надпись.
"Любимой Аями".
Так... я перевернул страницу, ещё одну — везде были фотографии одной и той же девочки, от малых лет и до юности. Младшая школа, спортивные соревнования, встречи с подружками, клубы и школьные мероприятия... с фотографий на меня смотрела Юмэми, но что-то в ней было не так.
Я дошел уже до середины альбома, когда на одной из фотографий мне встретилось знакомое, хоть и довольно молодое лицо. Отец Рэйджи. Высокий, плечистый парень обнимал сзади счастливо улыбающуюся девчонку, а рядом стояла и с легкой завистью смотрела на них...
— Юмэми, — прошептал я и коснулся фотографии.
Они были похожи как две капли воды. С той лишь разницей, что носили разные прически и одежду. Всё, как и положено однояйцевым близнецам.
Если бы я не видел за свою жизнь сотни и тысячи близнецов, ни за что бы их не отличил, но чутьё твердило — это она.
На следующей странице обе сестры стояли рядом, в руках — выпускные дипломы старшей школы, на лицах — счастливые улыбки. Фотография была обрисована со всех сторон цветными маркерами, а внизу красовалась подпись: "Будь счастлива, моя любимая Аями!"
Больше фотографий в альбоме не было. Следующая пустая страница была покрыта разводами и высохшими следами капель.
— Рэйджи, ты закончил? — донеслось снаружи.
— Последняя осталась, — вытащив предыдущую фотку, я убрал её в карман. Сложил всё обратно в коробку и понёс в коридор.
На счастье, снаружи донесся сигнал — подъехал грузовик транспортной службы. Мы быстро загрузили наши пожитки и выдвинулись на новый адрес.
Странно... дрязги прошлого меня не интересовали, но фотография, лежащая в моем внутреннем кармане, не давала покоя. Зачем Юмэми скрывать то,что у неё есть сестра? Как они связаны? И главное, сможет ли она давать мне столько же сомы, как моя верная жрица?
Я покосился на неё: маман прижимала к себе сумку и с волнением смотрела в окно. Нет смысла спрашивать сейчас. Нужно сломать её прежнюю жизнь, а не её саму.
Добравшись на место, мы получили ключи от ждущего нас у входа риэлтора и выгрузили вещи в коридор, раза в два просторнее, чем в прошлом доме. Первым делом Юмэми вбежала на кухню — и, бегло оглядевшись, вздохнула.
— Рэйджи, мы ещё не переехали, а ты уже купил сюда мебель?
— Не ночевать же на голом полу, — я вошел следом за ней и пожал плечами. Юмэми прошлась по гостиной, провела ладонью по новеньким столам и ярко-алому бархатному дивану. Чем-то зацепил меня такой же, увиденный в логове Кога-младшего.
— Дааа... Вкус у тебя, конечно, так себе, — вздохнула она.
— Если не понравится, можем вернуть в течение двух недель, — повторил я рекламный слоган.
— Только на этот раз выбирать буду я, понял?
До самой темноты мы обустраивались на новом месте. Пока я раскладывал вещи, Юмэми ворковала и ахала, окончательно превратившись из затюканной молодой мамаши в едва выскочившую замуж девчонку. А я хмурил брови, обдумывая весь расклад.
Пока студсовет не объявит результаты отбора, у меня есть время на подготовку. В то, что первому курсу дадут спокойно провести отборочные поединки, я не верил: в последних событиях явно чувствовалась игра сил, стоящих во главе управления школой. И если лидеров банд я видел лично и представлял, чего от них ожидать, то вот студсовет ещё был темной лошадкой в этой игре.
Без сомнения, они вмешаются, но что я могу сделать? Бой Ватанабэ с учениками Сузубачи красноречиво показал, что окажись среди первогодок кто-то подобный, остановить его будет некому. Оставалось лишь довериться судьбе и помогать нашим ребятам, особенно Таро и Мики. Из всей семерки только на них я мог рассчитывать всерьёз.