Низвергнутый: кланы высшей школы (СИ)
— Мне пора, срочное дело. Рэйджи, проводи меня.
Я поднялся и вышел в коридор. Молча пронаблюдал, как он оделся и, подхватив цветастый пиджак, пошел к двери. Выйдя наружу, он бросил напоследок.
— Помни уговор, Рэйджи. Иначе твоя сказка быстро закончится.
— Доброй ночи, — я закрыл дверь и, убевдишись, что ночной гость сел в машину и укатил домой, вернулся в гостиную.
Вытянувшись на диване, моя бедовая маман виновато косилась на меня. Сев рядом, я тихо вздохнул.
— Юмэми, что же ты устроила...
— А что я сделала? Рэйджи, ты говоришь как мой отец... С мальчиками не ходи, допоздна не гуляй, спиртного не пей. Не говори мне, что делать! Я уже взрослая!
Капризно надув губки, Юмэми гордо выпятила грудь, демонстрируя свою взрослость. Мне с трудом удалось сдержать усмешку. Последние слова звучали уж точно по-детски.
— Конечно, это твоё дело, с кем тебе напиваться и в каких местах заниматься любовью. Но я надеялся, ты не будешь делать это в нашем доме. Как ты себя поведешь, если я приведу домой девчонку и ты застанешь нас в одном белье на твоей кровати?
Юмэми подняла мутный взгляд, медленно переваривая сказанное мной, и тихо икнула. Чёрт, она совершенно не умеет пить. И уж точно ничего не соображает под градусом.
— Наверное, расстроилась бы?
— Ну а теперь представь, каково мне.
Она снова обиженно надула губки. Её запах смешался с ароматом духов и вина, опьяняя не хуже последнего. Даа, Рюэна можно было понять — красавица Юмэми так и просилась в постель. Игривый взгляд, порозовевшие щёки и влажно блестящие губы притягивали любого мужика как цветок — пчёл.
Но сейчас это вызывало едва ли не отвращение.
— Родно-ой... ты так говоришь, будто мне теперь нельзя встречаться с мужчинами... ты же сам хотел, чтобы я жила дальше! Или... о!
Она покраснела и с ехидной улыбочкой отогнула ворот полурасстёгнутой рубашки.
— Или ты сам хочешь стать моим парнем?
— Ты пьяна, Юмэми, — фыркнул я, на миг взглянув на роскошное полушарие приоткрывшейся груди. — Иди в постель, пока не началось похмелье.
— У меня голова кружится, я не могу, — тяжело выдохнула она, убедительно изображая страдания. — Отнеси меня.
Я замер. То, что Юмэми абсолютно не умеет пить, я уже понял, но вот что в таком состоянии она ведет себя как пятнадцатилетняя озабоченная школьница...
А пьяненькая маман протянула ко мне руки и поманила.
— Рэ-эйджи-и... на ручки! Возьми!
Тело машинально подалось навстречу, лишь силой воли я остановил себя. Чертовка... когда она успела так научиться манипулировать мной?
А тонкие пальчики Юмэми уже оплетали мои ладони.
— Мы целый день ходили, ноги гудят, я сама не дойду.... может хоть массажик мне сделаешь? — она тихо хихикнула. — В тот раз, когда ты массировал мне плечи, мне так понравилось...
В кармане прожужжал телефон — время! Скрипнув зубами, я стряхнул с себя её руки.
— Сделаю в следующий раз, когда ты будешь не такой пьяной.
Чёрт... надо спешить. Я взглянул на сонную женщину, окончательно потерявшую связь с реальностью: она что-то бубнила под нос и улыбалась. Нельзя её тут оставлять.
Вздохнув, я подхватил её на руки и понёс в спальню на втором этаже. С момента заселения я был здесь второй раз — не было возможности проследить за всем. Ещё вчера служба доставки привезла и установила красивую широкую кровать, на которую я и уложил мою нетрезвую жрицу.
Кое-как стянув с Юмэми блузку и юбку, я с тоской посмотрел на её точёную фигурку и накрыл одеялом. Мельком взглянул на часы — время поджимает. Но стоило подняться, как её рука остановила меня.
— А пожелать спокойной ночи?
Едва я склонился над ней, Юмэми притянула меня за рубашку и прижалась губами к моему рту.
Во имя Мелитаны... это уже слишком.
Приобняв её за шею, я нащупал пальцем крошечный участок у основания головы — и легко нажал. Вздрогнув, Юмэми обмякла и отключилась. Верно, сейчас тебе нужен сон.
Я поднялся и тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Губы горели, перед глазами всё ещё стояло лицо Юмэми, красное то ли от алкоголя, то ли от возбуждения. Отвратительно... не так я это представлял. Не так.
Погасив свет в спальне, я пулей метнулся в свою комнату и вывалил на кровать арсенал отца.
Стоп. Что я делаю? Если хоть один кастет или нож окажутся у меня в школе, я буду таким же, как те, кто меня подставил. Преступником. И мне уже не отвертеться. Нет... нельзя дать им меня оклеветать ещё больше.
Бросив тоскливый взгляд на раздвижной шест, я подхватил куртку и спустился вниз. Пора закончить это.
Позади остались новенькая дверь и дом с потухшими окнами, впереди — черная громада школьного здания и полная неизвестность. Провалившись в астрал, я взглянул на бурлящие потоки сомы.
Может, стоило остаться с Юмэми? Чёрт, я же почти добился с ней того, к чему шёл! Может стоило обменять власть в школе на обладание одной-единственной жрицей? И всё-таки, она была права? Как я могу запрещать ей близость, когда сам ещё пару часов назад предавался утехам с школьной медсестрой? Разве это... справедливо?
Впереди замаячили ярко освещенные уличными фонарями ворота Махо-кай. Я остановился, будто натолкнулся на стену.
Стой, Рэйджи. Ты так долго играл по людским правилам, что в тебе стало слишком много человеческого. Ты стал думать как человек.
Но ты бог, и веди себя как полагается богу.
В окнах ворого этажа мелькнул свет фонариков, ночной обход начался. Они ищут меня. И наверняка ждут. Игра началась. Я возьму выигрыш — меньше, чем на всё, я не согласен.
***
Сегодня патрулей было больше, чем обычно — на каждом этаже сновала пара ребят с повязками дисциплинарного комитета. На меня объявили охоту, только дичь была им не по зубам.
Укрывшись от очередного патруля в учебном кабинете, я дождался, пока они прошаркают по коридору и скроются за поворотом. Убедившись, что патруль ушел, я беззвучной тенью понесся дальше по темным коридорам Махо-Кай.
Кабинет студсовета был в самом конце коридора на третьем этаже. Пройдя еще через пару скучающих учеников, я подобрался вплотную к широкой двери из массива дуба и прильнул к потемневшему от времени замку.
Единственное, что мне пригодилось из батиного арсенала — простенький набор крючков на колечке, при должной сноровке служивший отличными отмычками. Недолго повозившись с замком, я услышал в механизме заветный щелчок. Тихо нажал на ручку и, стараясь не скрипеть дверью, просочился внутрь.
Просторная комната с длинным столом и множеством шкафов вдоль стен вызывала странные чувства. В голову лезли воспоминания о вылазках в чужих мирах, об операциях в тылу армии магов, и бессчетных боях с ними.
Держась в тени, я прошел вдоль кабинета к массивному столу с компьютером — наверняка, принадлежавшему не кому-нибудь, а президенту студсовета. Но вице-президент должен быть рядом.
Справа от него на длинном столе нашелся черный ноутбук, после нажатия на кнопку пуска на вспыхнувшем заставкой экране засветилась надпись "здравствуйте, господин Куроками". Бинго.
На экране загорелось окно ввода пароля. Ну конечно...
Подсвечивая себе фонариком с телефона, я внимательно осмотрел ноутбук со всех сторон в поиске подсказок. Бывало такое, что деятели вроде Куроками оставляли бумажки с паролем или напоминания. Но после пары минут поисков я убедился — их не было. Опустившись на стул, я провел руками по ножкам, под мощной столешницей — пусто.
Взгляд скользнул по ноутбуку и за него, на стену с широченным книжным шкафом. Ровные ряды книг сливались друг с другом... стоп.
Что-то не так. Я подошел к шкафу и присмотрелся: одна из книг была задвинута чуть глубже других. Стояла она точно напротив места Куроками. Мгновенно выхватив её из шкафа, я пробежался по названию и пролистал страницы, подсвечивая себе фонариком. Нужно хоть что-то, закладки, надписи на корешке, или... загнутый уголок.
Страница 216 "Свода правил Студенческого Совета Махо-Кай" начиналась с броского заголовка "Управляй из тени". Вот оно. Я вернулся к ноутбуку и ввел словосочетание.