Ты меня бесишь! (СИ)
С Катей просидели долго — часа два точно. Болтали сначала ни о чем важном, затем проговорили план действий, который был прост как три копейки — она заглядывает в его комнату под каким-либо предлогом, дабы проверить спит братец или нет. Далее подключаюсь я — захожу в его обитель, нахожу телефон, удаляю фотку и бесшумно выхожу. Это даже не план, а простая логика.
Вот Катька идет проверять его уже во второй раз — в первый он еще не спал — и возвращается ко мне с хорошей новостью — объект спит. Отлично! Теперь мой черед!
Подобно тайным агентам или шпионам, которых достаточно насмотрелись в фильмах, мы пробирались маленькими шажочками к НЕМУ. Стоя у его двери стало еще страшнее — вдруг ничего не получится. А настолько ли мне все это нужно? Может сбежать пока еще не поздно?
И тут же в голове подобно щелчку возникла картинка как «я» в Тэдди «выкладываюсь» в соцсети на всеобщее обозрение... Меня как минимум засмеют и будут подкалывать до конца жизни!
Нет, Ань, та фотка должна быть изъята любыми средствами! Так что возьми себя в руки и с богом!
Катька показывает руками, типа долго еще тормозить будешь, а я ей показываю, мол все О’кей. Дверь медленно открывается (хорошо, что не скрипит как в ужастиках) и я, опасливо осматриваясь, вхожу. Оглядываюсь назад — Катька осталась стоять в дверях. К сожалению, этого я не смогла от нее добиться как ни пыталась — она настояла на том, что в комнате буду я одна, а она лишь в качестве страховки в дверях или за ними.
Перекрестилась на всякий и решила пройти вглубь, но не сделала и шага. Ведь если в коридорчике еще что-то можно было разглядеть, то в комнате стояла тьма-тьмущая. Вот и первый прокол — к этому я не была готова.
— Кать, здесь темно, как я искать-то буду? — полушепотом спросила у нее.
— Так посвети телефоном — не тупи, — нервно отозвалась она. И правда — что-то переволновалась. Включаю фонарик на телефоне и тут же выключаю.
— Вдруг он очнется? — с трудом проглатываю слюну и боюсь даже шевельнуться.
— Я же говорила — он спит как убитый, — эмоционально, но тихо ответила мне Катя. Точно! Облегченно выдохнула, пока она не продолжила: — По большей части, по крайней мере…
— Я боюсь, — поделилась со своим страхом.
— Значит так — или ты сейчас все делаешь, или я сама завтра помогу Владику выложить ту фотографию, — поставила мне она ультиматум. — И не смотри на меня так — все равно не поможет да и не увижу — сейчас я закрою дверь снаружи, чтобы не палиться, а ты уж раз тебе это надо сделай дело и сразу выходи, — дала мне наказ и тотчас закрыла дверь с другой стороны, бросив меня одну на вражеской территории. Жуть…
Итак, приступаем…
Включаю снова фонарь и начинаю освещать комнату. Владик действительно лежит на кровати, причем на животе, что успокаивает. Мне же лучше скорее раздобыть его телефон. Начинаем поиски!
Именно в этот момент я поняла всю прелесть его комнаты и порядка в ней — найти в ней телефон станет плевым делом!
Осматриваю стол — чист — ни единого предмета на нем. Вот он все-таки скучный — у меня намного веселее — зеркало, светильник, тетради, листы, ручки, ноутбук, расческа, косметика и куча всего другого, и все в упорядоченном творческом хаосе. Хотя я человек не творческий… Не в этом суть! Что там дальше? А, кресло! Тоже пустое… Остался шкаф. Не в одежде же он хранит телефон? Странно… Что я еще упустила?
Провожу фонариком по всем пустым и оттого грустным углам (у меня для разнообразия там бы обязательно что завалялось) и вновь натыкаюсь взглядом на хозяина хором… Неееет, только не это! Только не говорите, что он с ним спит! Единственное, что я сейчас слышу — это звук своего громко и судорожно стучащего сердца. Блин! Раз зашла, то нужно дойти до конца!
Подхожу к кровати, где рассматриваю В.Н.О. более пристально — оказывается, он спит в обнимку с моим Лосяшем. Вот гад! Забрал мою игрушку и бесстрашно с ним спит! Потом еще и с той записи ругается, а ведь там наичистейшая правда!
Ладно, это все потом — пытаюсь разглядеть начало его рук. Первая обнимает Лосяша, а вторая спрятана под тонкой простыней. Да что же ты будешь делать!
Так, поднимаем осторожно ткань и ищем его руку. Блин! Рука нашлась, а в ней крепко сжатый телефон! Владюсик, как ты меня достал!
Медленно подвожу свою руку к его и, уповая на слова Кати о крепком сне братца, пытаюсь разжать его пальцы — со всей этой нервотрепкой во мне проснулось бесстрашие. Первый пальчик отодвинули и испуганно выдохнули после его смешного, но на тот момент испугавшего причмокивания. Второй тоже отодвинули с гулко бьющимся с сердцем, но когда настал черед третьего, меня неожиданно схватили, и я каким-то образом оказалась на кровати с ним в обнимку. Причем заместо Лосяша, так как теперь Влад лежал сверху, утыкаясь мне в шею и крепко прижимая своим телом.
Опасливо прислушиваюсь к его дыханию — мерное и спокойное — значит, все еще спит.
А теперь, успокоившись насколько это возможно и сосредоточившись на собственных ощущениях, понимаю, что вместо отвратительных чувств я испытываю тепло и негу — мне было крайне приятно и в то же время стыдно признать, что мне понравились такие объятия.
Нравилось лежать на этой мягкой постели с ним.
Нравилось ощущать его дыхание на себе, которое щекотало и выводило из равновесия…
Нравился жар, исходящий от него волнами…
Но какой же он все-таки тяжелый! Так и умереть можно от давки. Ладно, попытаемся сцапать телефон так. Только напоследок понежусь чуть — заслужила.
А теперь постараюсь дотянуться рукой до телефона. Ага, черта с два! Попробуешь тут сделать хоть какое-то движение, настолько крепко он вжался в меня. Я ему что, подушка что ли? Пусть и дальше со своим Лосяшем обнимается! Кстати где он?
После моих телодвижений в попытках вырваться добилась того, что мы с ним легли на бок, при этом он меня заблокировал и ногами и руками. Эх, был бы обаяшкой и милахой так бы с ним и лежала… Как хорошо-то…
И выглядит он сейчас как ангелочек — свечение моего телефонного фонаря, все также находящегося в моей руке, которая находилась в его власти, создавал небольшой сгусток света за его спиной. И это в полной темноте. Не видеть, но чувствовать Влада было чем-то новым…
Смешно даже — уже во второй раз с ним ночую. Хорошо, что он хоть был также укутан простыней и между нами был хоть какой-то барьер — а то боюсь представить, что бы было, если бы ее не было. Я в легкой одежде и его красивое (это я стопудово знаю, успела скользнуть взглядом по нему когда руку искала) и жаркое тело в темноте… А сколько у него кубиков! Офигенный оголенный пресс, широченные плечи… Мммм… Не парень, а мечта. Ну как не соблазниться?
Стоп! Никаких ночевок! Надо выбираться! И телефон теперь явно не в его лапищах. Но как освободиться? Да и сил уже не осталось, а в сон клонит нереально…
Ладно, мыслей все равно нет, так что полежим столько времени, пока он меня не выпустит. Или лучше поспать…
Как глазки-то закрываются, да и уютно-то как… Хорошо, закроем глазки лишь на пару минут — все равно темнота…
* * *Катя сторожила дверь целую вечность как ей казалось. И искренне не понимала, что сложного в том, чтобы удалить фотографию с телефона. На это максимум трех минут хватит. Или это ей от нервов кажется, что дверь вот-вот откроется, а там злющий братец? Решила прождать еще немного, а потом уже открыть дверь и проверить Аньку — вдруг она без чувств лежит? Но то, что предстало перед ее взором, было чем-то шокирующим. Ее соседка вместо того, чтобы заняться непосредственным делом и подумать о ней, которая нервничает за дверью, лежит в обнимку с Владиком! И это ВОТ ТАК она собиралась удалить фотку? Если хотела полежать в обнимку с братцем лучше бы так и сказала.
Хотя может так случайно вышло? Ха! Случайно девушка и парень не зажимаются в постели. А что там за проблеск света? Катя осторожно подобралась к обители вселенского зла и присмотрелась — да это же телефон в Анькиной руке! Наверное, нужна все же ее Катькина помощь. Она чисто по-дружески и тыкнула несколько раз в спину Ани.