Связанные судьбой (СИ)

Это уже стало нашей «семейной» шуткой — то, как часто мы умудряемся читать мысли друг друга. Поставив горшок на тумбочку, он обнял меня и поцеловал. Как обычно, поцелуй сделал что-то с моей душой — она словно бы удвоилась, разрослась, воспарила к облакам! Любовь. Конечно, это она.
Биополе Антона не кажется таким ярким, как поле Андрея, и оно не обжигает меня, как огонь, но оно бесконечно… то самое, не знаю, как еще это описать. Антон — тот самый. С ним я, и правда, счастлива.
На секунду обняв его еще крепче, я улыбнулась и взяла с тумбочки орхидею.
— Думаю, в моей комнате цветку будет хорошо.
— Не сомневаюсь!
Мы прошли в мою спальню, именно здесь и случилось наше с ним объяснение, подумать только, всего лишь позавчера! За это время произошло столько разных событий, я успела прокрутить в голове столько мыслей, что это время показалось мне вечностью.
— Могу я взять что-нибудь почитать? — Антон кивает на книжную полку.
— Конечно, выбирай, что хочешь, все это я уже читала, и не по одному раз, — хмыкаю я.
Мои мысли снова вернулись к Андрею — он не только никогда сам не читал, но почему-то с трудом терпел, когда это делала я. Отчего-то сейчас я вспомнила об этом с нежностью, чуть ли не с ностальгией. Черт, пора прекращать вспоминать о нем каждую минуту, это уже ни в какие ворота!
— Классная книга, — одобряю я выбор Антона, — скорее беллетристика, конечно, но думаю, тебе понравится! Неожиданные повороты сюжета, интересный стиль, забавный юмор.
— Ну, раз ты так говоришь, значит, точно понравится. Я ничего не имею против беллетристики. Кажется, эту книгу экранизировали?
— Да, но все равно, первоисточник лучше!
— Как обычно, — улыбается Антон.
Я смотрю в его карие глаза, любуюсь его улыбкой. Какая я все-таки везучая! Мне пора простить жизни ее несовершенство и просто радоваться подаркам судьбы!
— Мила… — он смотрит на меня с нежностью, как обычно, мы с ним на одной волне.
— Я люблю тебя, — я не устаю это повторять.
Он дотронулся до моего лица, заправил прядку мне за ухо. Я вздохнула, закрыла глаза и прижала его ладонь к щеке. Так легко. Мне с ним так легко! Говорить или молчать, держать его за руку или просто смотреть на него. Быть рядом с ним.
«Андрей», пронеслась в моей голове тревожная мысль.
Снова в моем сердце сработал будильник, снова я покрылась холодным потом. Может быть, если мы, наконец, поговорим?..
Сомневаюсь. В ближайшее время легче мне точно не станет.
— Тебя что-то беспокоит? — спрашивает Антон.
— Нет… Ничего, — я все еще не могу говорить с ним об этом.
Не знаю, почему. Наверное, я все еще считаю, что предаю свою любовь. С другой стороны, предавать любовь к Андрею, притворяясь, что забыла его, я тоже не хочу. Думаю, Антон догадывается, что со мной происходит, но он тоже эту тему не затрагивает. Пока пусть так и будет.
Перебравшись в коридор, мы начали обуваться.
— А я вчера дочитала «Идиот» Достоевского, это заняло у меня почти месяц с перерывами.
— Что, не самое легкое чтение? — смеется Антон.
— Да не в этом дело, — я шутливо шлепаю его по руке.
Месяц у меня выдался на редкость тяжелый, вот в чем дело. По крайней мере, вторая его половина.
— Хотя, в чем-то ты прав, через монолог Ипполита я перебралась с трудом.
Мы вышли на лестницу, я заперла дверь. Спускаясь вниз, мы продолжили обсуждать «Идиота» — как все-таки здорово, что мы с Антоном оба книжные черви! Плавно мы перешли к разговору о классике в целом, и о «живой жизни» Толстого и «баньке с пауками» Достоевского, в частности.
— Так чье творчество тебе ближе по духу, Достоевского или Толстого? — спрашиваю я.
— Дай ка угадаю, — прищуривает глаза Антон, — тебе ближе Толстого?
— Как ты умудрился так быстро меня узнать? — смеюсь я. — Да, как ни импонирует мне тема кающихся грешников, в светлом реализме Толстого есть что-то…
— Именно так я и подумал, — Антон смотрит мне в глаза.
Мы снова словно прочитали мысли друг друга — это просто что-то сверхъестественное! Я счастливо улыбнулась. Держась за руки, мы вышли на улицу Рубинштейна через калитку в решетке. Но только я хотела сказать «Так ты не ответил на вопрос», как слова застыли у меня на губах. Краем глаза я увидела… Господи… Рядом со своей машиной на противоположной стороне улицы стоял он.
 
Андрей.
На секунду мое сердце остановилось, я потеряла способность ориентироваться в пространстве. Его лицо… Нет, нет, нет, нет!..
Моя надежда на то, что он успел разлюбить меня за это время, разлетелась в щепки. Бледный, как простыня, Андрей смотрел на нас с Антоном, ошарашенный, помертвевший. Он слегка опирался на свою машину, но не небрежно и элегантно, как раньше, а словно бы не понимая, где находится.
Рано или поздно… придется поговорить.
  
Глава 13.2
 
Повернувшись к Антону, я увидела, что он тоже его заметил. Прищурив глаза, он смотрел на своего соперника, и на его лице отражалась убийственная, всепоглощающая ненависть. Я похолодела. Но разве я могу винить его за то, что он все еще ревнует?
— Антон, пожалуйста, дай нам поговорить.
Он ничего мне не ответил, только продолжил смотреть на Андрея, с той же уничтожающей ненавистью во взгляде.
— Пожалуйста, я должна ему сказать… что не вернусь к нему, — мой голос дрогнул.
Наконец, Антон услышал меня. Вздохнув, он посмотрел мне в глаза, словно прощаясь, и несильно сжал мою руку. Потом развернулся и пошел обратно во двор, так и не сказав мне ни слова. Я поняла — он боится меня потерять. Слишком много ему пришлось пережить за это время. Но именно ему больше нечего бояться. В отличие от нас.
Повернувшись к Андрею, я снова взглянула ему в лицо. Я сильнее, чем сама думаю… Подойдя ближе к нему, я остановилась и словно приросла к земле. Мои руки и ноги онемели.
— Так вы теперь вместе? — голос Андрея доносится словно с того света.
— Да… оказалось, он любит меня и без заклятия.
Со мной уже было такое один раз. Мне пришлось сказать любимому человеку, что мы не сможем быть вместе. Далекое воспоминание. То, что происходит с нами сейчас, не имеет ничего общего с той болью и неуверенностью. Сейчас все в миллион раз хуже. Мы с ним так долго были вместе, наши сердца прикипели друг к другу… Я не могу разорвать эту связь, не убив нас. Я чувствую это.
— Мила, если ты счастлива, я тоже буду счастлив, — Андрей пытается говорить спокойно, он не хочет причинять мне боль.
Слишком поздно. На мои глаза навернулись слезы, я опустила голову. Нет, я не счастлива. Это невозможно, только не после того, что я сделала с нами.
— Андрей… — его имя на моих губах что-то сломало во мне. — Я счастлива. Правда.
— Мила… Возьми обратно свое кольцо. Это подарок. Прошу тебя, — боль в его голосе обожгла меня, лишила последних сил.
Я сильнее, чем сама думаю… Заставив себя поднять на него глаза, скрепя сердце, я надела кольцо на палец. Но его лицо уже не было помертвевшим, почти бесстрастным. Андрей, любимый, родной…
Он закрыл глаза и на секунду прижался губами к моей руке. Уткнув лицо в ладони, я заплакала, но слезы не могли стереть из моей памяти его лица, искаженного болью. Нет, я не сильнее…
Андрей уехал, а я осталась стоять на проезжей части у тротуара. Моя истерика только набирала обороты, я не могла сдержать рыданий, они разрывали мне легкие. И сдвинуться с места я тоже не могла.
Я ощутила, как меня кто-то обнял. Подняв глаза, я увидела Антона, на его лице не было ни обиды, ни ненависти. Только любовь и сострадание. Уткнувшись ему в грудь, я продолжила плакать, только теперь я была не одна.
Любовь Антона поможет мне справиться с чем угодно, больше мне не нужно быть такой сильной. Но что поможет Андрею?..
Я поняла, что навсегда лишилась части своего сердца, и эта рана никогда не затянется. Мне придется научиться жить с этой болью, всегда помнить о ней и больше не жаловаться на судьбу.