Жена брата. Забрать своё (СИ)

Рома, к моему удивлению, отпускает и делает шаг назад. Я же вытираю слезы с щеки и на ватных ногах направляюсь к двери. Останавливаюсь в последний момент, оборачиваюсь.
— Не смей подходить ко мне! Не лезь в мою жизнь, не вмешивайся! Иди и женись на своей девушке. Будьте счастливы, если сможете. Но меня не трогайте! Не впутывайте! Ненавижу! — процедив сквозь зубы, поворачиваю ключ в замке, открываю дверь и выхожу наружу.
Уже оказавшись на улице, дышу полной грудью, чувствуя горячие слезы на щеках. Мне невыносимо больно.
— Что я сделала? — поднимаю голову и смотрю на небо. — Что я такого сделала, что ты меня так наказываешь, Господи? В чем я провинилась?
— Алена, — мужской голос и легкое касание плеча. — Мы можем поговорить?
Вздрагиваю. Кирилл стоит рядом и разглядывает мое лицо. Только этого не хватало. У меня больше нет сил что-либо слушать!
— Не нужно его защищать, Кирилл, если не хочешь портить со мной отношения. Я устала, хочу домой. Прости.
  
ГЛАВА 7
 
— Я не собираюсь его защищать, — достает из кармана пачку сигарет и зажигалку. — Пару слов скажу. Неужели я этого не достоин? Вроде бы ничего плохого тебе не сделал. Как были друзьями, так и остались. Или я ошибаюсь? — прищуренный взгляд исподлобья.
— Кир, чувствую себя неважно. Не настаивай. Может, в другой день...
— Домой подвезу, — перебивает. — Не будем нигде сидеть и болтать часами. Подвезу тебя и как раз скажу кое-что. Важно, Алена. Будешь ждать автобус? Замерзнешь.
— Хорошо, — сдаюсь. — Но мое мнение о нем не изменится.
Кирилл прячет сигареты обратно, открывает переднюю пассажирскую дверь, приглашает сесть. Парень смотрит своими зелеными глазами в мои так, будто мысли прочесть хочет. Иногда мне кажется, что этому человеку не нужно ничего рассказывать. Он по одному взгляду может понять, что у тебя на душе. И сейчас... Он понимает мою боль, понимает, как мне тяжело. Раньше, когда не было Ромы, Кирилл все мои секреты знал. И то, что я работала танцовщицей, и то, как поступили со мной родители. И прочее. Я редко с кем делилась личной жизнью, но именно Кирилла я считала своим, не ждала никогда подвоха с его стороны. И он поддерживал меня в любой момент, помогал, защищал.
Но в один день все изменилось. Моя жизнь перевернулась вверх дном, превратилась в кашу после появления Ромы. Сейчас у меня такое ощущение, будто все ушли от меня. Да и желания грузить кого-то своими проблемами нет. Знаю, девчонки хотят поддержать, но их вопросы напрягают. Каждый раз возвращаться в прошлое, что-то вспоминать, а потом рассказывать — это то же самое, что получить удар за ударом в самое больное место. Да, они рядом, но в тот же момент очень далеки...
— Чувствую себя пятидесятилетним мужиком, который устал от жизни, — проговаривает друг, нажимая на газ. Выруливает на трассу. — Лиза превратила меня в старика.
Он не поворачивает голову в мою сторону и даже не смотрит на меня. Его взгляд сконцентрирован на дороге, но я все равно чувствую усмешку. Не могу понять, шутит он или же серьезно говорит.
— У вас всегда были ссоры. Зато нет никаких условий. Ты Лизу никому не отдаешь и сам жениться на левой бабе не бежишь. Это главное.
— Он не женится, Алена. Тем более на твоей сестре. Он даже не знал, что вы родственники.
Я кусаю нижнюю губы до крови понимая, что сама начала разговор. Молодец, Алена. А теперь слушай внимательно каждое слово. Терпи. Даже если этого не хочется.
— Он меня своему брату отдал!
— На эмоциях был. Поступок хреновый, да. Накосячил жестко, а потом приехал в клуб. Чуть ли не ревел, как баба, от бессилия. Не мог найти тебя. Ты себя на его место поставь, Ален, — переводит взгляд на меня и снова возвращает на дорогу. — Тебе звонят и говорят, что бабушка, не дай бог, умирает. Ты разве не побежала бы за ней? Побежала бы, не задумываясь, даже на край света! Или, быть может, вспомнила бы, что кому-то обещание дала? Скорее первое, верно, Ален?
Где-то он прав, да. Возможно, так и было бы. Но все равно я не могу принять этот факт. У нас был договор. Я выполнила, он — нет.
 
— Ты обещал его не защищать!
— Я не защищаю. Говорю как есть. Он уехал. Ну, а если честно, то косяк мой. Ты меня винить должна. Я должен был тебя остановить, но поздно очухался. Откуда я мог знать, что вы на следующий же день распишетесь? Серега меня выбесил. Показал бумажку. Я чуть с ума не сошел. Даже не представляю, что чувствовал Рома, когда я ему сообщил эту «новость», — усмехается, поворачивая голову в мою сторону.
— Он сам отдал. Что должен был чувствовать? Обрадовался, наверное, что я слово сдержала. А вот он — нет.
— Ептить! — выругавшись сквозь зубы, Кирилл останавливает машину у нашего здания. — Любовь — она такая, Алена. Много испытаний, препятствий. Ты же сама видишь, понимаешь, что он без ума от тебя. Ты точно так же. Не усложняйте себе жизнь. Поговорите по-человечески и уберите всех лишних людей из своей жизни. Это разве так сложно? Обида со временем пройдет. Она ничего не значит, если у вас есть сильные чувства друг к другу.
— Кирилл, — потерев лицо рукой, перевожу взгляд на друга. Меня безумно клонит в сон. Я даже не представляю, как отсюда доберусь до родительского дома Сережи. Придется вызвать такси, а главная задача — не уснуть там. — Если бы у него были чувства, он никогда не заставил бы меня выходить замуж за другого. Ты же соображаешь, о чем я? Когда человек любит, блин, внутренности наизнанку выворачивает, если увидит любимого с другим. А тут он приходит, и бац — выходи за моего брата. Какая тут нахрен любовь? Ты о чем вообще?
— Мы же все люди, Алена. Можем совершать ошибки. И каждый имеет право на второй шанс. Разве нет?
— Нет! — отвечаю твердо. — Такие ошибки не прощаются, Кирилл! Ни в коем случае, — голос срывается. Я неосознанно повышаю тон. — Ты ничего не знаешь! Ничего, — качнув головой, тянусь ручке двери. Еще чуть-чуть — и я разревусь. — Пожалуйста, больше не надо открывать эту тему. Между нами все давно кончено. Спокойной ночи, — выходу наружу.
— Хорошенько подумай, Алена, — доносится в спину. — Жизнь жестокая штука. Сегодня любимый рядом, завтра его может не быть. Я надеюсь, ты сделаешь верный выбор.
Понятия не имею, о чем он. Быстрыми шагами поднимаюсь на верхний этаж ножками. Лифт маленький — меня тошнит в таких тесных местах. Стучу в дверь и с нетерпением жду, когда же бабуля откроет, встретит меня. Я по ней дико соскучилась.
Но каково мое удивление, когда дверь распахивается и я вижу перед собой не безумно любимую бабулю, а свою «мать», которая точно так же, как двадцать с лишним лет назад, снова отшвырнула меня в сторону? Предпочла сделать счастливой девушку, которую она растила. А не которую родила.
Если еще недавно, буквально несколько месяцев назад, я мечтала, чтобы мама вернулась, и обещала, что постараюсь ее простить, то сейчас я думаю совсем иначе. Но она здесь, прямо передо мной. В доме моей бабушки, своей же матери. Но ей здесь не место, ибо я начинаю ревновать бабулю к ней. У меня практически никого нет. И если женщина, ради здоровья которой я готова на все, сегодня отвергнет меня, станет обращаться как эта Ольга, то оставаться в этом городе нет никакого смысла. Нужно идти и собирать свое барахло, валить отсюда. Достаточно. Я устала гнаться. Найду нормальную работу и буду пахать для своего малыша. И, конечно, себя. Больше мне никто не нужен. Но прежде всего я обязана развестись с Сергеем, который вряд ли меня так быстро отпустит. У него изначально была цель. И как по мне, она еще не достигнута. Поэтому... Придется его убедить, но каким образом... только черт знает.
Глубоко выдохнув, заглядываю в глаза стоящей передо мной дамы. Не нахожу слов ей сказать или же просто не хочу вести с ней диалог.
— Бабушка дома? — бросаю сухо. — Я хочу ее увидеть.
— Дома. А меня ты увидеть не хочешь? — как ни в чем не бывало еще и улыбается, от чего я усмехаюсь уголками губ. Какой глупый вопрос.