Истории замка Айюэбао

Оу Толань улыбнулась.
— Хватит молоть чепуху, — вмешался У Шаюань.
— Нынешним вечером хорошо бы выпить бокальчик красного вина! — сказал Чуньюй Баоцэ, глядя на луну за окном, окружённую сияющим ореолом.
Оу Толань тоже выглянула в окно и заметила:
— До чего же приятный воздух! Этот вечер будто создан для прогулок по берегу…
— Ну так после сходим, — откликнулся У Шаюань, — при желании у нас таких вечеров может быть полно.
Затем он взглянул на Старого Сома:
— Ну, начинайте. Где же вы раздобыли Вторую Барышню? Пойте.
— Это не для пения, я рассказывать буду, а как закончу, напоследок спою запевку.
Старый Сом прочистил горло и вдруг сделал вид, будто сейчас заплачет. Сделав пару вдохов, он начал:
— Большая рыба ест маленькую, маленькая рыба ест креветок, а креветка ест песок, так повелось испокон веков. Вороны всегда чёрного цвета, а люди, облечённые властью, меняют законы и наслаждаются жизнью. Около тысячи лет назад в наших краях появилась выдающаяся девица. Что же такое необычное в ней было? Сами догадайтесь. Котёнок при виде её не осмеливался поднять головы, а юноши стыдливо обходили стороной. Легенда гласит, что молодой человек, которому она повстречалась на пути, по возвращении домой лишился сна и, забравшись с ногами на кан, отчаянно, в исступлении молотил цепом…
У Шаюань опустил голову:
— Ну, это наверняка преувеличение.
Пропустив его замечание мимо ушей, Старый Сом продолжал:
— Представьте только, какая драгоценность! Это была славная девица, рождённая в семье трудяг, не правда ли? Когда человек беден, но полон достоинств, дети пойдут по его стопам! Она была дочерью рыбака, чья семья уже три поколения занималась рыбным промыслом. В тот год ей исполнялось восемнадцать, у неё были большие блестящие глаза, при виде которых даже старики в летах отворачивались, не смея встречаться с ней взглядами. Родители её были людьми простыми и честными, они наказывали ей: деточка, не ходи за ворота, сиди под замком и плети сети! Но несмотря на все их предосторожности, шила в мешке не утаишь, и в конце концов о девице прознали в семье владельца рыбных промыслов. Этот человек нанял кого-то, чтобы устроили для него брак с той девицей, и сказал, что это его последняя женитьба.
Все трое слушали не перебивая.
— Итак, девушке грозила беда. Родители надёжно охраняли дочь, боясь, что её похитят. Сваха сбегала туда-обратно и, вернувшись к своему клиенту, стала его науськивать: «Господин, отправьте нескольких молодчиков, чтобы принесли её, и дело с концом, а принесут к вам в дом — уже не отвертится, станет вашей младшей женой». Тот хлопнул себя по ляжкам, позвал своих людей, подготовили верёвки и паланкин, и с этим снаряжением целая толпа бандюг, покрикивая, отправилась в дом девушки. Отец, сжимая в руках тесак, загородил собою дверь. Девушка успокоила отца и, посмеиваясь, села в паланкин — у людей богача аж ноги подкосились: с трудом они подняли его и, пошатываясь, понесли в хозяйский дом. Старый негодяй с кальяном в руках, одетый в платье с иероглифом «долголетие», приподнял занавеску паланкина и заглянул внутрь. При виде девицы он рухнул наземь и больше уже не встал.
Старый Сом взволнованно схватил бокал и сделал большой глоток:
— Вот так и сдох! Притом девушка и пальцем не пошевелила, так что обвинять её было не в чем. Хотя было бы вернее сказать, что красавица способна убивать без ножа. У обоих сыновей старика аж колени затряслись. Они посадили девицу под замок, каждый из братьев мечтал ею завладеть, и стали они замышлять друг против друга. Младший подсыпал яду в чашку старшему и отправил его на тот свет, а сам съел сладкую лепёшку и умер ещё до рассвета. А лепёшку-то эту старший принёс…
— Вот и вся история? — спросил У Шаюань.
— Нет, — Старый Сом надулся, — я же ещё не спел вам запевку, вот послушайте. Девица вернулась домой и вновь принялась плести сети, но эта удивительная история передавалась из уст в уста и распространялась всё дальше; на стену к ним вечно залезали любопытные и сидели там, как гигантские кошки. Пришлось девице работать в доме. Протомившись взаперти семь седмиц, она отбросила ткацкий челнок и объявила: «Я выхожу!» Никто не остановил Вторую Барышню. Она вплела в свою длинную толстую косу красный шнурок, надела курточку в мелкий цветочек и широкие синие штаны. Мужчины на улице прикрывали лица рукавами, бросая на неё горящие взгляды. Она дошла до самого берега, где целая толпа закинула сети и ловила рыбу. При виде девицы рыбаки не сумели совладать с сетью, и вся попавшаяся в сети рыба улизнула…
 
Старый Сом глотнул воды и схватил со стола закуску;
— При виде такой прекрасной девицы мы становимся совершенно бессильными, — и он засверкал своими большими рыбьими глазами.
4
— Время от времени Вторая Барышня выходила из дома. Ко всему можно привыкнуть; со временем охотиться за ней перестали, но всё же воздыхателей было предостаточно. Порядочные люди говорили, стиснув зубы; «До чего же холодно, просто невыносимо!», а непорядочные голосили: «И в чём я провинился, уж лучше умереть!» Девушка никогда не винила и не осуждала мужчин из своей деревни; больше всего её притягивало море, и стоило ей услышать запевки рыбаков, как душа её начинала трепетать. Однажды она снова пошла на берег, но тут морской владыка вытянул руку и преградил ей путь: «Боже, ну дай же нашим рыбакам добыть пропитание!» Едва он отвернулся, как барышня пошла к рыбакам и затесалась в толпу. Юноши запрыгали и попадали на песок. Владыка моря взмолился: «Милая девица, уходи же скорее, они при твоём появлении пугаются до коликов в животе…»
Лицо Оу Толань озарилось улыбкой. Она одобрительно прошептала:
— Какая любопытная история.
— Слышали такую раньше? — Старый Сом, будто очнувшись ото сна, повернулся к ней.
— Да, но содержание, правда, отличалось. В восточных краях ходит другая легенда, хотя и там и там говорится, что Вторая Барышня была изящной девушкой с побережья… — Она взглянула на У Шаюаня: — Развязка истории очень важна. Давайте дослушаем.
Старый Сом махнул лукой:
— В этой истории нет развязки.
У Шаюань искоса посмотрел на него:
— Как может не быть развязки?
— Да я не об этом, я про то, что история этой девицы до сих пор не закончилась…
— Как это так? — У Шаюань был озадачен.
— А вот так. Потом девица постоянно ходила к морю, мешала тащить сети, и владыка моря решил обратиться к её родителям. Он попросил их как можно скорее подыскать ей жениха и выдать замуж. Узнав, что Вторая Барышня ищет себе мужа, вся деревня лишилась покоя, все пришли в волнение. Но кто бы к ней ни сватался, она лишь качала головой и говорила: «Не пойду!» — это в том смысле, что замуж за них не пойдёт. Мать с отцом уговаривали её: «Где ж это видано, чтобы девица всю жизнь в девках оставалась?» Но она ни в какую не хотела замуж, всё ходила-бродила по берегу одна. Тогда морской владыка и говорит: «Милая девица, как только ты приходишь, из сети вся рыба уплывает!» Дело в том, что рыбаки, как только видели её, размякали — где уж тут было удержать сеть! А девица-то смышлёная, придумала она один способ — чтобы рыбаки тянули сети с помощью верёвки, при этом один конец верёвки привязан к сети, а другой — к поперечной палке, которая будет у них за спинами! Способ оказался до того хорош, что его используют до сих пор, а изобрела его наша Вторая Барышня! И с тех пор она бродила по берегу когда хотела, слушала запевки рыбаков, пока они трудились, а рыбаки вылавливали целые горы рыбы…
Старый Сом замолчал. Оу Толань спросила:
— Это и есть развязка?
— Итак, мужчины впоследствии поняли, что замуж она не собирается, и даже обрадовались. Почему? — Старый Сом развёл руками и сам себе ответил: — Потому что Вторая Барышня общая! Если такая прелестная девушка будет принадлежать кому-то одному, это будет нарушением законов небесных и человеческих! Морской владыка сказал молодым рыбакам: «Прислушайтесь к моим словам! Эта красавица — общая, никто не посмеет к ней прикоснуться, а кто преступит этот запрет, тот пойдёт на корм рыбам!» Вот каким образом Вторая Барышня и поныне остаётся одинокой, свободной женщиной…