Справедливая гордыня (СИ)

Щас жахнет, понял я. Маскарад нужно было сворачивать.
…да и нужен он был лишь для того, чтобы дать девчонкам время рассредоточиться по залу.
— Извини, мужик…, — выдохнул я, впечатывая в успевшее слегка удивиться лицо Князя Тьмы розовый резиново-резинящий молот, — Ничего личного!
Я, конечно, тот еще Герой. А этот Терион, несмотря на свою компактность, тот еще Князь Тьмы. Но так как мы оба с ним через жопу, то вести эпический бой по всем правилам — это просто грешно. А вот поиграть орущим от злобы, кружев и вращения мужиком в пинбол, подлавливая его на траекториях и ушибая раз за разом резиновой кувалдой с оборочками — это мы можем, любим, практикуем!
Терион, весь упругий и в кружевах, летал по всему залу на бешеной скорости, которую я, приноровившись, время от времени поддерживал ударами по мимопролетающему карлу, девушки смотрели в ожидании, а вот мысль, что делать дальше, не шла совершенно. Хуже того, через несколько секунд и сам новоявленный метеор приноровился, начав изрыгать из себя в разные стороны плюхи разной зловещей князетьмовой боевой магии. Летели они пока куда придётся, но тенденция рисовалась всё хуже и хуже.
Выход был, думал я, вновь попадая по небольшому, но дико злому и упругому Териону. Гайка. Один удар этой дрянью, которая сейчас находится у Лилит, как у самой быстрой и ловкой, и всё. Неуязвимый или нет, Терион обязательно превратится в какую-нибудь гадость, с высоким шансом безопасную для наших тел и душ. А если нет? Сколько можно рисковать? А что-то решать нужно и быстро, потому как вряд ли я смогу бесконечно играть в эту игру. Злобный матерящийся карла скоро приноровится к своему летающему состоянию, либо вжухнет по нам чем-то убойным, тут к бабке не ходи. Уж больно его задело всё, что мы сделали и сказали ему за это недолгое знакомство!
Под вопль слегка подпаленной магией Тьмы Мимики меня озарило, от чего следующий раз мимопролетающего Князя Тьмы встретил не молот, а я сам, принявший удар микромегадемоном об грудь. Можно сказать, поймал его в свои любящие объятья.
— Надо же…, — прохрипел я, закончив скользить назад от силы удара карликом об рыцаря, — Сработало…
— Не-воз-мож-но..., — выдохнул Первый Князь Тьмы, неверяще выпучив глаза.
— Поверь мне, — я схватил соскользнувшего и норовящего осесть на пол супердемона, не давая ему позорно свалиться, — Сам в афиге. Но всё-таки… всё-таки оказался прав. 
— Прав? В чем? — глаза Князя Тьмы стремительно мутнели, а его проткнутое насквозь тело ослабевало буквально с каждой секундой. Судьба всех поверженных монстров в мире Фиол одинакова.
— В том, что рог человека-единорога из Кемерово, да еще и по имени Игорь, должен быть точно противен этому миру! — охотно объяснил я, тыкая пальцем основание проткнувшего сердце Териона упомянутого рога. Подумав, я добавил, — Да всем мирам! Надеюсь…
— Большего бреда… я за все… тысячелетия… не слышал, — признался мне помирающий, — Жаль только… что всё начнется… с начала.
— А вот с этим я попробую помочь, — уже без шуток пообещал отходящему гному я, — Не дело, когда ни за что садят навечно. Даже для этого захолустья.
Первый Князь Тьмы слабо улыбнулся, а затем, чуть откинув голову назад, отбросил и коньки. Бережно положив на пол его невеликую тушку, я с облегчением выдохнул. Жалко мужика, вот честно. Был, можно сказать, местным Чингисханом, шёл к успеху, остановился в разумное время, все сделал правильно, а его за рога и в стойло. Охранять вечно никому из живых не нужный и не известный Рычаг. Паршивая участь. Хорошо, что хоть узнал он о своем «назначении» лишь несколько минут назад, а всю дорогу до этого, засасываемый прекрасными вампиршами, горевал, что его заточили по куда более веским причинам.
 
Мне бы так горевать. Ладно, тоже плакать не с руки, вон у меня какие красавицы. Пусть и лысенькие. Мы не нищие, парики там купим, брови нарисуем, изобразим, в общем, что-нибудь.
— Мач, ты его убил что ли? — изобразила Тами удивленного жирафа.
— Нет, усыпил, — сварливо ответил я, — Колыбельной!
— Герой поверг Князя Тьмы! — неожиданно воскликнула Матильда, видимо, от шока вспомнившая, что когда-то она была нежной, наивной и волосатой, — Как в преданиях!
— Ну разве что потому, что в грудь убил, — заскромничал я, — А то с нашей жизнью рог точно был должен войти через жопу!
— Ну Маааач!! — хоровой женский вопль фальшивого возмущения и облегчения (знали же, заразы, что я прав! С нашей жизнью всё через жопу!) был мне чем-то вроде награды, так как ничего после себя Терион не оставил. Даже своего меча.
— Всё, девчонки, давайте ждать теперь нашу Немезиду, — вздохнул я, — Отступать некуда, позади Рычаг. Вы все помните, что делать и как, да? Хорошо. Рюука, солнышко, подай-ка мне этот белый стульчик… 
  
Глава 22
 
— Проблема новой жизни во взрослом теле, она, понимаешь ли, в том, что ты идёшь к успеху слишком быстро. Пользуешься теми инструментами, что уже есть в наличии и так, как считаешь нужным. Если в твоих руках молоток, то всё становится похоже на гвоздь, прямо как в той пословице. А зачем что-то изобретать, когда у тебя изначально возможности гораздо шире и больше, чем тогда, в том мире? Если ты значишь больше, можешь больше, а самое главное — живешь жизнью, полной приключений? Тебе не нужно напрягаться на уроках, подлизываться к начальству, набирать жизненный опыт. Всё уже есть. Поэтому возникающие вопросы и решаются только за счет новых дареных инструментов, неоднократно показавших свою эффективность. Куда более высокую чем всё, что ты имел раньше. (пауза) И вот на этом месте моих размышлений, я не могу избавиться от мысли, что мы с тобой похожи.
Откинувшись на еле слышно скрипнувшую спинку белого пластикового стула, я оторвал взгляд от темного провала под капюшоном, переведя его на трех девиц, застывших позади Администратора с растерянно-разъяренными лицами. Похудевшие, построжевшие… даже, можно сказать, осунувшиеся. Три бывших богини, чьи Статусы хоть и демонстрировали просто конское количество самых разных усилений, сейчас были простыми разбойницами, да и оружия у них не было. Как и шанса его применить. Но на всякий случай…
— Одно движение, — ласково улыбнулся я, — Один плохой взгляд. Один прыжок на месте. Буквально всё, что покажется моим девочкам подозрительным… и случается несчастье. Поверьте, я не знаю, какое случится первым. Может быть, одна из них дёрнет Рычаг. Мы проверили, мы можем. Я, правда, чуть не обосрался, когда проверяли, но всё равно. Не суть. А может быть, кто-то за моей спиной ударит по Рычагу гайкой. Есть еще варианты. Нажать, потом ударить. Ударить, потом нажать… Не так много, да. Но нам нечего терять. А вам?
В ответ была лишь тяжелая тишина. Администратор, свободный от любых оков кроме, наверное, ужаса от того, что мы можем сотворить, болтался в 20 сантиметрах от пола, а его сопровождение, одетое в легкую потрепанную кожаную броню, но бывшее, судя по всему, на порядки сильнее покойного Териона, лишь мялось с ноги на ногу, обжигая меня злыми взглядами. Правда взгляды эти, бросаемые бывшими небожительницами, не шли ни в какое сравнение с теми, какие они посылали в спину своего предводителя. Не знаю, что он им сделал, но это явно было не мороженое с марципаном и легкий куннилингус в ванне с шампанским…