Апокалипсис местного значения (СИ)
— Знакомого увидели? — услышал я неожиданный вопрос.
Видимо, мой интерес не ускользнул от внимания соседки. Выругав себя за неконспиративность, я постарался ответить как можно беззаботнее:
— Так, показалось.
Девушка с весёлым любопытством смотрела на меня, и я понял: дорожного знакомства не избежать. Покорившись обстоятельствам, я взял инициативу на себя:
— Вы впервые на море? — осведомился я галантно.
— На этом впервые, — кивнула девушка. — А вы не спросите для начала, как меня зовут? — предложила она в свою очередь.
— Идёт. Не спорю с дамами, — улыбнулся я. — Так как же?
— Друзья называют меня Джил.
— Друзья. А официальные документы?
— Ой, — девушка сморщила носик, — предки назвали Джульеттой. Согласитесь, имечко дурацкое.
— Шекспир так не считал, — осторожно возразил я.
— Шекспир жил сто лет назад, — отмахнулась она.
— Четыреста. Шекспир жил четыреста лет назад.
— Тем более, — решительно отрезала Джил. — Ну, а вас как прикажете величать? — вопросила она кокетливо.
— Сергей. Карельцев Сергей, — специфика моих заданий обычно не требовала от меня работы под псевдонимом, и я с удовольствием пользовался своим настоящим именем. Кодовое же имя, которое было моим вторым «я», полагалось знать лишь прямому начальству и резидентуре.
Какое-то время мы помолчали, наблюдая, как двое матросов пытаются поставить парус. Наконец это им удалось, и он развернулся, радостно затрепетав на ветру. Все мы зачарованно уставились на шитый золотом косматый лик языческого бога Ярилы, реющего посреди багряного полотнища.
— Чем занимаетесь, Карельцев Сергей? — налюбовавшись парусом, вновь обратилась ко мне Джил.
— Служу клерком в одной компании, — на ходу придумал я простенькую легенду, — торговля, маркетинг, акции …
— Боже, как скучно, — Джил закатила глаза.
Нарисованный мной образ явно не соответствовал её представлению об идеальном бойфренде.
— Что делать, — сокрушённо отозвался я. — А вы, мадмуазель, несомненно, в шоу-бизнесе?
— Что-то в этом роде, — уклончиво кивнула она. — А вообще, Сергей, может быть, перейдем на «ты»?
Но на «ты» мы перейти не успели.
— Дамы и господа, — обрушился на ладью усиленный рупором бодрый голос. Это включился в программу наш канареечный гид. Все обратились в слух.
— Мы с вами, — торжественно продолжал гид, — находимся на древней русской ладье, которую любезно предоставила туристическая фирма «Русский север». В течение пяти незабываемых дней, господа, мы пройдём сотни морских миль дорогой древних поморов, посетим жемчужину Белого моря — ансамбль Соловецкого монастыря, побродим по улочкам старого Архангельска.
А начнём мы наше путешествие со сказочного острова, чьи целебные источники известны с глубокой древности. Такой воды, как в этих источниках, господа, вы не встретите больше нигде. Уж поверьте. Больным она возвращает здоровье, женщинам даёт красоту, а у представителей сильного пола удесятеряет их мужские способности.
— Эй, маэстро, — раздался вдруг голос одного из пассажиров, — а как насчёт харча? Кормить-то будут?
Голос принадлежал амбалу в потной линялой майке с пивной кружкой во всю спину. Мужские способности, видимо, беспокоили его гораздо меньше хлеба насущного.
— Наша программа предусматривает кухню древних славянских народов, — немедленно отозвался гид, — это будут разнообразные каши, похлёбки, настоящая уха и даже дичь.
— А как насчёт выпивки? — не унимался амбал.
— Наша фирма позаботилась и об этом, — с чувством ответил гид, — там, в трюме, — он сделал
жест, каким патриции приговаривали к смерти раненых гладиаторов, — специально для вас, господа, приготовлена дюжина бочек с мёдами различной выдержки и настоящим ячменным пивом. Такого пива, господа, вы не попробуете больше нигде. Уж поверьте. Впрочем, есть кое-что и покрепче, — добавил он, обращаясь уже конфиденциально к беспокойному пассажиру.
По судну прокатилась волна возбуждённого ропота. Видимо, кому-то из туристов удалось прикинуть, сколько мёда приходится на один человеко-день круиза. Я тоже сделал нехитрый расчёт. Цифра, которая у меня получилась, была явно выше моих скромных способностей. «Да, работать будет трудновато», — обречённо подумал я во второй раз.
Пока гид произносил свою пламенную речь, гребцы затабанили вёсла, и ладья теперь летела в открытое море, ловя парусом попутный юго-западный ветер.
Я обернулся. Берег за кормой успел превратиться в нить, а крепостные башни стали похожими на спичечные коробочки. Знакомый реальный мир оставался там, позади. А впереди ждала полная неизвестность, девушка с глазами цвета киви и дюжина не выпитых бочек.
Глава 2
Из электронной почты «ОАЗиС» от 13.06.2019. вх.№ 645
Директору «ОАЗиС» Гремину Э.К..
Получены результаты исследования образцов вещества по запросу от 11 июня сего года.
При резонансном сканировании вещества выявлена его принадлежность к группе метаферментозолов*. Используется в фармакологической промышленности как катализатор биохимических реакций. В нейтральном состоянии метаферментозол представляет собой мелкокристаллическое вещество светло-серого цвета. Активен при диссоциации его водой.
При концентрации 10(-6)\см3 может быть использован как яд кожнопроникающего действия.
По технологическим особенностям производства данного вещества выявлен его производитель — фармакологический концерн «Texas Pharmacology Ltd» (TPL).
Старший научный сотрудник Борицкая Л.Ф.
* Метаферментозолы — группа биологически активных катализаторов, известных также
как квазигенные стимуляторы. Впервые использованы в качестве фоновых препаратов
при успешном лечении иммунодефицита. (Швейцария, 2017 г.)
Ключ-остров. 13 июня 2019 г. Вечер.
Солнце уже повисло над горизонтом, когда ладья добралась до острова.
Ещё издали я разглядел его суровые скалы и буруны волн под ними. Вскоре видна стала длинная дощатая пристань и силуэт первой ладьи возле неё. Парус на ладье успели убрать, но матросы ещё возилось с вёслами и такелажем. Туристов видно не было. Они, верно, уже отправились вкушать обещанную гидом дичь и уху.
Я тоже очень надеялся, что «Русский север» в грязь лицом не ударит и, удастся как следует отвести душу. Шутка ли, за весь световой день пара галет с сыром да холодный чай! Судя по сосредоточенным лицам моих спутников, они думали точно так же.
Рулевой мастерски развернул нашу ладью, и она мягко коснулась причала. Не дожидаясь, пока скинут трап, туристы шумно повалили на пристань, прыгая прямо через борт. Со стороны это, должно быть, походило на абордажный десант времён капитана Дрейка.
Подхватив сумку, я тоже перемахнул через борт и оказался на пристани. После восьмичасовой болтанки приятно было ощутить под ногами надёжную твердь. Я обернулся, чтобы подать руку Джил, и она спорхнула вниз следом за мной.
— Фу, наконец-то, — устало выдохнула она, — я уж думала, мы никогда не доберёмся до этого острова.
Вся наша туристская братия рассыпалась по каменистому пляжу, с удовольствием разминая затёкшие ноги. Я огляделся. Остров как остров. Кое-где сосны, кое-где берёзки, вцепившиеся скрюченными корнями в камни. Ничего особенного. От пристани вверх тянулась дикая тропинка, поросшая по краям брусникой, и на ней уже шаманил наш канареечный гид, призывая общество не расслабляться, а мужественно преодолеть последние тернии пути.
— Но, дамы и господа, — трагически взывал он, — должен предостеречь вас. Природа севера дика и сурова. Пока мы с вами будем пробираться к лагерю, нас ждёт ещё одно маленькое испытание — кровожадные северные комары.
Мне показалось, что он сейчас с гордостью добавит: «Таких кровожадных, как на нашем острове, господа, вы не встретите больше нигде. Уж поверьте», — но он сдержался.