Маша и её медведи (СИ)

─ Не так страшен медведь, как его навыки в постели, ─ пошутила я, наслаждаясь этим гортанным смехом, и не ожидала, что оборотень наденет на мой безымянный палец кольцо.
Я поднесла к глазам руку с украшением, едва не подавившись не столько от размера самоцвета, сколько от самого жеста, а потом поразилась ещё больше, потому что ветки на рисунке потянулись к кольцу, оплетая палец. И снять я его уже не смогла, как ни пыталась!
─ Ну всё, попалась, ─ довольно, как кот, промурлыкал этот наглец, сжимая ладонью ягодицу, забравшись под пижамные шорты.
─ А как же время на подумать?
─ Ну, ты подумай… до вечера. А потом ответь своё безоговорочное «да», ─ заявил он, покусывая каждый мой палец, из-за чего по телу пробегала дрожь.  ─ У тебя всё равно выбора нет, сладкая. Привыкни к этой мысли, ведь, по сути, мы все уже женаты. И не вздумай вынимать это, ─ он невзначай коснулся пробки, и я начала заводиться снова. ─ М-м, уже хочешь, чтобы тебя хорошенько трахнули, конфетка? ─ Нат втянул носом воздух между нами, прекрасно зная мои желания. ─ Я чувствую, как обе твои дырочки сжимаются от предвкушения… Развратная девчонка, я знал, что не ошибся в тебе.
Чёртов извращенец.
Кажется, уже было бесполезно искать причины для отрицания. За короткое время, проведённое с ними я прошла все стадии до полного принятия… Но это вовсе не означает, что я позволю собой манипулировать и вить из себя верёвки.
─ Смотрю, у тебя большой опыт.
─ А то, ─ самодовольно ответили мне, делая вид, что не замечают холодка в голосе. ─ Я всегда могу прочесть этот голодный блеск в глазах женщины.
─ Вот, значит, как… ─ я увидела в его глазах отражение собственных – загоревшихся зеленью, и Натан решил исправить ситуацию самым подлым способом. Поцеловал, вжимая в себя так, что я отчётливо ощущала под собой все его самые твёрдые аргументы, и не появись в спальне его братья, боюсь, медведь ими бы ещё и воспользовался.
─ Ты, глянь, их вдвоём нельзя оставить, ─ усмехнулся Мир, и мы вынуждены были прерваться.
Краснеть я, к сожалению, не разучилась, а потому встретила возвращение парней с пылающими щеками, и зрелище точно пришлось им по душе.
─ Машуль, ─ отмер Радомир, посерьёзнев, ─ нам надо отлучиться, а ты, пожалуйста, не выходи из дома. Там опасно для тебя.
─ А для вас нет? И вообще, что вы задумали? ─ тут же заволновалась я, но разве брутальные мужики, привыкшие сами решать проблемы, будут оправдываться?
─ Тебе не стоит беспокоиться, ─ непреклонно сказал он, хмурясь, и я могла только догадываться о том, куда они навострили лыжи. ─ Просто дождись нас в безопасности. С нами ничего не случится.
Оборотень смягчил взгляд, но мне не стало от этого легче, и в голове мигом пронеслись сотни разных сценариев будущего, однако парни вряд ли бы прониклись моими переживаниями за них. Нат поцеловал в макушку и предпочёл присоединиться к братьям, вскакивая.
─ Маш, просто ни о чём не волнуйся.
И они гордо и воинственно удалились, оставляя меня терзаться догадками.
Я не знала, чем себя занять после их ухода и, перекусив на скорую руку, попыталась достать вопросами домового, но тот только хмурился, подобно Радомиру, да твердил одно – не волнуйся, мол, Машенька, они сами разберутся, но ты из дома не высовывайся.
Совсем дурочкой я не была и, вспоминая всё, что открылось, могла вообразить масштабы бедствия, но сидеть в ожидании оказалось невыносимо. Я успела так накрутить себя, что даже игры с котёнком не помогли расслабиться, и к вечеру я совсем разнервничалась. Какое-то неприятное предчувствие не давало просто успокоиться.
Я сходила к Миру в комнату, взяла ноут и решила хотя бы новости почитать, чтобы немного отвлечься, но что-то потянуло проверить почту, а когда я открыла входящие, взгляд не сразу зацепился за название заголовка одного из писем.
«Открой меня и увидишь сюрприз...»
Сердце забарабанило с удвоенной скоростью, а стоило щёлкнуть по сообщению с присланным фото, я вообще перестала дышать.
Мои мама с папой, сидели привязанные к стулу, а рядом с ними, позируя, будто на фоне достопримечательности, с широкой улыбкой и кинжалом в руке сидел Костя.
 
«Лучше приди в деревню сама и без сопровождения, иначе твоих родителей ты точно больше никогда не увидишь», ─ значилось внизу.
И что прикажете делать?
  
21.
 
Мирослав
Оставлять Машу не хотелось, но мы с братьями должны были сами разобраться в своих проблемах, не втягивая её по возможности. На губах до сих пор ощущался её вкус, и хотелось, плюнув на все проблемы, вернуться, вновь заставить нашу ведьмочку сладко стонать и выгибаться, а вовсе не думать о том, как не просрать всё.
Эмоции братьев зашкаливали, искря во все стороны – им тем более не улыбалось такое счастье, но если мы каким-то чудом не разберёмся самостоятельно, грош нам тогда цена. Домовому мы строго-настрого приказали следить за упрямой девушкой, с которой нас теперь намертво связал Источник – до сих пор, кстати, не верилось – и не выпускать её из виду. Зная этот непримиримый характер, могу сказать, что она уже сейчас проклинает всех троих за то, что ушли, но так, по крайней мере, Маша будет в безопасности.
─ У нас вообще есть план или импровизация наше всё? ─ уточнил хмурый, как никогда Нат, и когда ему никто не ответил, пощёлкал пальцем перед носом замечтавшегося Радомира. ─ Эй, бородатый, ты совсем уже поплыл? Соберись! Я понимаю, что её сладкий ротик сейчас единственное, что тебя волнует, но спустись с облаков, будь любезен.
Я тоже знал, о чём вспоминает брат, потому что и сам мыслями возвращался в тот момент, когда мы пришли в спальню к нашей спящей почти жене и коварно напали на неё. Рад, должно быть, от восторга с ума сходил, не веря своему счастью, да и я мог размышлять лишь о её податливом, беззащитном теле в наших руках. Скорее бы к ней вернуться…
─ Да… Я здесь, ─ отозвался, наконец, он, взгляд стал более осознанным, и мы притормозили близ посёлка, чтобы лишний раз не светиться. Однако прежде чем нос к носу столкнуться с давно потерянными родственниками, позвали Лешего, уже прячущегося за толстой берёзой и безуспешно делающего вид, будто его не видно.
А лес вновь был встревожен. Стояла столь неестественная тишина, что даже ночных птиц не было слышно, и уже начавшая убывать луна, светила кроваво-оранжевым сквозь проплывающие клубы тумана – хорошее время мы выбрали, чтобы повидаться с семьёй.
─ Ну, чегось звали-то? ─ выступая к нам, спросил зелёноволосый.  
─ Собирай всех, кого можешь. Всех, кто в состоянии дать хоть какой-то отпор магу – даже если будут пьяными, ─ без обиняков сказал Натан, а ведь раньше ему не нравилось брать на себя роль главного. Вот что любовь творит с оборотнями.
─ Хреново, значится… Отец ваш тоже о себе знать не даёт, а он к старейшинам обещался сходить, да предупредить всех, ─ вздохнул он. ─ Но среди болот его нет, так что вряд ли там сгинул – я проверил на всякий случай.
Наверное, я бы даже расстроился, если бы батя трагически погиб, и, думаю, парни тоже.
─ Это очень окрыляет, ─ кивнул Рад, не скрывая иронии. ─ Но он бы и там выжил при желании, если уж смог со своей новой женой ужиться. В общем, иди и скажи всем, чтобы были готовы, а мы постараемся уладить остальное.
Леший махнул рукой, исчезая в своей вотчине, а мы отправились скрытой тропой к дому шаманки. Вернее… мамы. Насколько же права была Маша, делая свои предположения насчёт неё, а мы всё гадали, почему при наличии живой воды в доступной близости женщина никак не желает вылечить своё обезображенное лицо.
─ И что мы ей скажем? ─ у порога занервничал Нат, всё не решаясь преодолеть последние шаги к ветхой лачуге. Даже не верится, что она прожила здесь столько времени, отказывая себе во всяких удобствах, пока мы ныли о том, какие несчастные и покинутые в своём огромном доме. ─ «Прости, не признали»?.. Чёрт, и почему я себя так мерзко ощущаю? Эгоист хренов…