Волколак (СИ)

Хотя, как не представляла и того, как он толком выглядит.
Думать о подобном ранним утром в здании городской библиотеки хотелось меньше всего, куда я приехала в числе первых, показав список необходимой литературы консультанту.
На носу были зимние экзамены.
И нужно было начинать тщательно готовиться к неизбежному.
- Поднимитесь на самый верхний этаж. Блок «Б». Это будет справа от лестницы. Большинство из книг по вашему списку вы сможете найти как раз там. Ориентируетесь по указателям. Три книги, которые я выделила маркером, я найду сама. Заберете их, когда будете уходить, - пожилая женщина строгого и начитанного вида отдала мне список обратно, поправив тонкую оправу очков, и кивнула на лестницу, которая уходила вверх на несколько этажей.
Всего их было три.
И мне нужно было на последний.
Под самой крышей.
- Третий этаж, направо от лестницы, -  повторила женщина, видимо заметив заминку с моей стороны, на что я поспешно кивнула, забирая список с необходимой литературой:
- Благодарю.
И что было такого пугающего в третьем этаже?
В конце концов, я была в общественном месте!
Да, в тихом.
Да, народу здесь всегда было крайне мало.
Но ведь это был совсем не повод паниковать!
-…и правда паранойя, -  бурчала я сама себе под нос, когда поднялась на этот самый последний этаж, вдыхая в себя аромат пыли и знаний, накопленных тысячелетиями, в сотнях и миллионах томов, что были собраны под одной крышей.
Десятки и сотни стеллажей стояли стройными рядами со множеством указателей, которые я принялась активно читать, чтобы понять, куда мне двигаться дальше в поисках того гранита знаний, который в ближайшие недели придется активно грызть, но вдруг почувствовала дрожь.
Она начиналась от коленей, оплетая мелкими кусающими мурашками все тело, до самой макушки, отчего в какой-то момент даже свело челюсти.
Странная и совершенно необъяснимая реакция тела, ведь я не чувствовала промозглости или холода большого пространства, как бывает обычно в помещениях, свыше несколько тысяч квадратных метров.
Но дело было вовсе не в холоде.
А в том, что я ощутила за своей спиной кого-то.
Того, чей аромат казался колючим и холодным, пробираясь прямо под кожу, и отбирая воздух, чтобы только я не могла закричать.
Потому что это был ОН!
Как я поняла это?
Все тело кричало об опасности, но в то же время не могло сдвинуться с места, вбирая в себя его близость, и этот странный колючий аромат, от которого начиналось легкое головокружение.
Моя паника была такая горячая и всепоглощающая, что я не смогла больше выдохнуть.
Каждой клеточкой своего сжавшегося тела я ощущала его присутствие.
То, как он возвышался надо мной.
Как размеренно и глубоко дышал, опустив голову вниз и глядя на мое лицо, когда я ощущала, как его дыхание щекочет мою кожу.
Как не касался меня, но поглощал собой, подобно черной дыре, где нет спасения.
Он не двигался.
Не нападал.
Не говорил.
Просто дышал и стоял рядом, но меня трясло так, словно пронзало тысяча молний от макушки к пяткам, затмевая разум, и поглощая все мои эмоции, оставляя лишь животный, первобытный страх.
Не знаю, как я смогла заставить себя повернуться и встать к нему лицом, даже если для этого мне пришлось собрать всю свою волю и смелость в кулак.
Так вот ты какой.
Хищный.
Острый.
Жестокий.
Действительно высокий настолько, что приходилось смотреть в его лицо, запрокидывая собственную голову.
С мощными широкими плечами и длинными ногами.
Облаченный в элегантную темную одежду, которая не скрывала красоты его тела, но делала вид еще более темным и устрашающим.
У мужчины было овальное лицо с длинным совершенно прямым носом, отчего он казался в буквальном смысле острым. Впалые скулы, поросшие щетиной, где проглядывали седые волосинки вперемешку с иссиня-черными.
Даже кончики его ушей были заостренными, словно в этом человеке каждая грань была острой, хищной и ранящей.
Его губы снова дрогнули в усмешке, когда я тяжело сглотнула, вдруг подумав о том, что не могу назвать его красивым или хотя бы привлекательным, но все таки было в этом мужчине что-то такое завораживающее и опьяняющее, что невозможно было отвести глаза.
 
Может быть, дело было в силе, которая струилась от него кусающими импульсами, отчего постоянно хотелось сделать постыдный, но спасительный шаг назад.
Или в его надменности и том снисхождении, с которым он позволял рассматривать себя.
А еще в глазах.
Синих-синих.
Его взгляд походил на удар молнией, когда тебя ослепляет и скручивает от неожиданности, пока ты тонешь в этой стихии, понимая, что не выживешь.
Совершенно дезориентированная и хрупкая, чтобы прийти в себя, я понимала, что после ошеломительно-обжигающего холода в его глазах вспыхнул огонь, испепеляющий до тла.
Да, именно этот огонь пугал меня в его взгляде.
Именно он заставлял меня чувствовать себя потерянной, даже если вокруг были сотни людей.
И обнаженной, даже если на мне была одежда.
Он и сейчас смотрел именно так.
До дрожи, до странного покалывания в кончиках пальцев, в попытках спрятаться от него как можно скорее и дальше. В то же время я была не в состоянии сделать даже шага, когда сипло выдохнула, едва слыша сама себя:
-…я закричу!
Его глаза опустились на мои губы, словно я сама только что призвала дьявола на свою погибель. Побледнев, я почувствовала, как от лица отхлынула вся кровь, а мужчина вдруг улыбнулся, показывая идеально белые ровные зубы, и очаровательную улыбку, которая не потеряла своей хищности и жестокости.
Кажется, теперь я понимала, что могли в нем найти те женщины в кафе.
Он был подобен холодной скале, вершины которой покрыты льдом и снегом, и укрыты непроглядной тьмой.
Эта скала может стать твоей погибелью, если ты не рассчитаешь силы.
Но может стать и спасением, за которой ничего не будет страшно. Кроме него самого.
Словно затравленный зверек, я шарахнулась от него назад, ударившись спиной о стеллаж, и чудом не перевернула его на себя, когда он протянул руку вперед, показывая широкую ладонь и на удивление изящные длинные пальцы, не лишенные однако силы. Но не чтобы коснуться меня так же горячо и навязчиво, как смотрел, а чтобы развернуть в моей дрожащей ладони помятый список литературы.
Он даже не коснулся меня, а я не смогла и пикнуть, глядя распахнутыми глазами, как мужчина чуть склонился, и его черные густые ресницы опустились вниз, когда он быстро прочитал все то, что было написано моей рукой.
- Психология. Межличностные отношения. Отклонения в поведении.
От звука его голоса меня снова бросило в дрожь.
Он казался каким-то нереальным.
Слишком глубоким, чувственным и сильным, чтобы принадлежать простому смертному человеку, а не какому-нибудь великому королю прошлого, кто мог парой слов заставить многотысячное войско следовать за ним в самую пучину смерти, без сомнений и боязни.
- Блок психологии напротив.
И снова я была не просто растерянна, а потеряна, захлопав глазами, и пытаясь понять, как же я очутилась в этой ситуации и рядом с мужчиной, который пугал и одновременно завораживал своим странным, колючим и хищным обаянием.
-…я не туда попала? – пролепетала я, стараясь по крупицам собрать себя воедино, и хотя бы внешне не выглядеть такой испуганной и подавленной рядом с ним.
Хотя сделать это было крайне сложно, видя, что его жуткие синие глаза снова набросились на меня со всей той дикой неистовой и мрачной жаждой, которая едва ли доступна нормальному здоровому человеку, а не маньяку.
Он словно не ожидал, что в его присутствии я смогу открыть рот, что веселило и восхищало.
- Ваш блок прямо напротив. Справа от лестницы.
Господи!
Нельзя давать маньякам такой голос!
Я с трудом удержалась оттого, чтобы не закрыть глаза и не выдохнуть тяжело и судорожно, заставляя себя держать спину ровно, а плечи прямо, хотя колени дрожали и тряслись так, что мне казалось, что подол моей юбки двигается мелкими волнами в такт затравленному сердцебиению.