Пир теней
Анви Рид
Пир теней
Информация от издательства
Рид, Анви
Пир теней / Анви Рид. — Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2023. — (Red Violet. Темные миры).
ISBN 978-5-00195-823-9
Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.
© Анви Рид, 2023
© Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023
Всем тем, кто провалился во тьму.
Не бойтесь ее, ведь там, где есть тени, есть и свет
Глава 1. Юстин
Сегодня ночью все изменится. Он убьет королевскую семью, а их грешные души принесет в жертву тьме.
Раз в семь лет паломники съезжались в столицы своих стран и, принося дары к алтарям на главной площади, провожали закатное солнце, именуя этот день Началом новой жизни. Легенды гласили, что раньше мир был окутан тьмой, но на седьмую полную луну явился Всевидящий и озарил все вокруг ярким светом, подарив жизнь четырем олхи [1]. Святые поделили землю и создали людей, построили города и основали поселения. Так святой Ар, принявший облик дракона, покровитель ветра и Чёрного океана, создал на востоке Арасу. Святой Рэй, защитник богов и людей, сотворил на севере Рокрэйн. На западе обосновалась святая Эвер — покровительница света, — построив там Эверок. А четвертый олхи — Сэтил — повелевал тьмой, пожирающей грехи людей. Создав город в песках, он погубил весь свой народ, за что был лишен зрения и изгнан с небес. Говорят, что каждые семь лет в ночь перед праздником его озлобленный дух поглощает грешные людские души, не пуская их в новую жизнь. Эту ночь называют Зачисткой, и, чтобы избежать встречи с повелителем тьмы, после заката все прячутся по домам и шумно радуются грядущему семилетию.
Королевская семья Эверока расположилась в празднично украшенном обеденном зале. Они планировали встретить Начало новой жизни в кругу близких, но неожиданно прибывшие послы из Рокрэйна нарушили эти планы. Иноземцы привезли дары для святой Эвер, и король гостеприимно предложил им остаться на ужин. Пир был шумным и веселым: правящая семья и гости наслаждались напитками, пробовали изысканные блюда и обменивались подарками. Ровно в полночь все помолились своим олхи и, опустошив тарелки с едой и бокалы с вином, счастливые, разошлись по спальням.
Темноту коридора, который вел в спальню Юстина, рассеивали цветные отблески. Лунный свет танцевал в узорчатых витражных стеклах, отбрасывая всю палитру цветов на каменную стену. Юстин напевал себе под нос выдуманную мелодию, звуки которой отражались от сводов тихим эхом. Улыбка не сходила с его лица. Ему не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась, но он уже стоял у входа в свою комнату. Он знал, что, когда откроет скрипучую дверь и зайдет внутрь, начнет новую жизнь, оставив старое семилетие за порогом. Но шорох в комнате заставил испариться счастливое чувство, которое мгновенно уступило место тягучему страху. Медленно открыв дверь, Юстин заглянул в щель и, осмотрев углы, облегченно выдохнул.
— Показалось, — успокаивая себя, прошептал он.
Зайдя внутрь, он задвинул железную щеколду и, стянув с себя жилетку, кинул ее на кровать. В комнате было холодно. Ночной ветер из открытого окна кусал шею и руки Юстина, запуская по телу мурашки, которые убегали вверх к затылку. Запрокинув голову и осмотрев потушенные свечи на медленно качающейся люстре, Юстин заметил черную длинную тень, которая скользнула вдоль потолка и, спускаясь вниз по стене, быстро скрылась за шкафом. Сердце забилось чаще, а темнота начала пугать еще сильнее. Нервно оттянув ворот рубашки, он подбежал к окну, подставляя лицо лунному свету и свежему ветру. Темное небо, усыпанное звездами, отражалось в морской глади бескрайнего Чёрного океана. Их разделяла лишь тонкая полоска нежно-голубого света. Юстину сразу захотелось показать это Далии: ей нравилось любоваться таким видом. Мысли смогли отвлечь его от удушающего страха, который теперь медленно отступал, оставляя лишь назойливое беспокойство.
— Это он, — пролетел по комнате недовольный шепот.
Юстин в страхе обернулся. Рядом никого не было.
— Последний бокал вина явно был лишним. — Пытаясь успокоиться, он усмехнулся и, растрепав волосы, подошел к зеркалу, висящему на стене.
— Милый, как ягненок, — кокетливый женский голос раздался где-то позади него.
Юстин вздрогнул и, зажмурившись, обхватил себя руками. Шли секунды. Он пытался унять дрожь в теле и остановить нарастающую панику. Ловя звуки обострившимся слухом, он старался оценить обстановку и, перебирая все варианты, отбросил дурные мысли, встряхнув головой. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, он поднял глаза, с опаской всмотрелся в свое отражение и плавно перевел взгляд на мелькнувшую тень. Но та успела скрыться за его спиной до того, как Юстин смог рассмотреть ее.
— Кто здесь? — с отвращением спросил он. — Выходите сейчас же! — Сорвавшись на крик, он сбил дыхание и запрокинул голову, хватая ртом воздух.
— Вы только поглядите, какой громкий мальчишка… — мурчащий шепот коснулся затылка, а холодные плети тьмы окутали горло.
Юстин опустил голову, нервно смахнув рукой черную дымку, и вновь посмотрел на свое отражение.
«Не надо было отпускать стражников… Кого теперь звать на помощь?»
— Мы слышим твои мысли, щенок! Стражники тебе не помогут. Они лишь решат, что ты сошел с ума и разговариваешь сам с собой, ведь только ты можешь слышать нас, — раздался грубый голос.
Юстину стало казаться, что он сходит с ума. В голове крутились вопросы, на один из которых тени решили ответить.
«Кто вы такие и что вам нужно?»
— Ягненок мой, мы сэтхи [2]. И мы пришли за дарами для Сэтила: нам нужны грешные, изуродованные души людей. А ты должен ему. Помнишь?
«Нет! Только не сейчас! Только не сегодня! Я не хочу, не могу! Уходите!»
— Милый, ты слишком громко думаешь, я устала слушать твои мысли. — Тень ластилась к нему, касаясь то одного плеча, то другого.
Помотав головой, Юстин задергал руками, отмахиваясь от черных щупалец.
— Ты думал: он забыл? Не-е-ет, милый мой. Вы заключили с Незримым сделку, и он выполнил свое обещание. Теперь твоя очередь. Идем же скорее, мы ждали этой ночи семь лет и успели сильно проголодаться.
Женский голос заигрывал с ним, просачиваясь в мысли. Дурманил и одновременно пугал. Тень витала рядом, пытаясь коснуться Юстина.
— Отлипни от мальчишки, Похоть! — рыкнул второй темный силуэт, стоявший у изголовья кровати.
— Такой нежный и пушистенький ягненок. Боится, молится, надеется, что это неправда. Он неспособен на убийство. Сэтил ошибся.
У двери мелькнула третья тень. Все эти минуты она молча скрывалась, слушала. И сейчас, дав о себе знать, позволила Юстину услышать свой липкий, протяжный, недовольный голос.
— Сэтил не ошибается! Этот олух или погубит нас, или приведет к господству.
— Спешу тебя огорчить, Тщеславие, но Похоть права: он ни на что не способен.
«Тщеславие и Похоть… Тогда какой третий грех? Уныние?»
Юстин пытался собраться с мыслями. Не двигаясь, он следил за отражениями в зеркале, пытался контролировать их движения и старался дышать тихо и медленно.
