Лучший друг моего парня (СИ)
На ходу налетаю на кого-то, потому что смотрю исключительно себе под ноги, выискивая место, куда лучше поставить ступню и не провалиться при этом в кроличью нору на этом перепаханном поле.
— Блин, — вскрикиваю разъярённо.
Неуклюже приземлившись на задницу, зажмуриваюсь. Копчик простреливает неприятная боль. Руки скользят по грязной пожухлой траве, в кожу ладоней всадилось несколько заноз.
С силой зажмуриваю глаза, стараясь хотя бы не разреветься при свидетелях.
Чудесный вечер! Невероятно удачливый день!
— Прости, милашка, не заметил. Цела?
Передо мной на корточки присаживается парень, с интересом заглядывает в лицо. Протягивает руку, за которую я цепляюсь, и с легкостью поднимает меня на ноги.
— Спасибо. Цела, — произношу, задирая голову, чтобы рассмотреть парня получше.
Красив как бог. Даже дух захватывает. Никогда не видела настолько идеальных черт лица, какими наградила его природа или, как вариант, умелые руки пластического хирурга.
Он выглядит старше меня на пару лет. На глаза ему спадает шапка светлых кудрявых волос, которые он откидывает назад. В одной брови у него торчит пирсинг, в нижней губе тоже есть колечко. На мощной шее красуется несколько татуировок, а в вырезе белой футболки я вижу ещё одну, вызывающую отвращение. Две змеи обвивают ключицы.
Парень всё ещё держит мою руку, поглаживая большим пальцем ссадины на тыльной стороне ладони.
— Уже можно отпустить, если что, — произношу я.
— А если я не хочу отпускать? — улыбается блондин, продолжая свои настойчивые движения. — Тебе надо обработать раны.
— Ерунда…
— У меня в машине есть аптечка. Полный набор.
Не успеваю отказаться, меня буквально отрывает от незнакомца, швыряя назад.
— Слишком много целых костей, Змей? — хриплый голос Гейдена хлыстом разрезает воздух. — Давно в больничке не бывал?
Моя спина впечатывается в его грудь. Он по-хозяйски прижимает меня к себе и делает шаг назад. Цепляюсь пальцами за его толстовку, пытаясь отодрать его руки. И вздрагиваю, когда слышу что-то похожее на заботу:
— Ты в порядке?
Быстро киваю.
Его сердце бьётся слишком часто. Я чувствую торопливые удары через несколько слоев одежды, которая кажется сейчас лишь тонкой, ничего не значащей преградой. Повернув голову, мажу взглядом по плотно сжатым губам, колючему подбородку, подергивающимся желвакам на щеках и чуть прищуренным глазам Мирона, смотрящим на парня перед нами с лютой ненавистью. Которую он, всегда уравновешенный и держащий эмоции под контролем, и не думает скрывать.
— Опа, Гейден! Какой передо мной брат? Старший или младший? — громко спрашивает Змей, и на его губах появляется злая усмешка. — Твой любимый, Ева? — обращается он к блондинке, поравнявшейся с ним.
— Илья, прекрати. Идём ещё покатаемся.
Девушка опасливо косится в нашу сторону.
Парень с татуировками специально говорит громче, устраивая сцену. И вот уже вокруг нас начинает собираться толпа любопытных. Атмосфера сгущается. Больше нет налёта веселья, смех звучит всё тише, пока голоса не смолкают вовсе.
Я прыгаю взглядом по незнакомым лицам, пока не натыкаюсь на бледную физиономию Саши. Он смотрит чуть выше моего плеча, буквально впиваясь глазами в напряжённое лицо Мирона.
Захват на моих плечах исчезает. Мирон касается губами моего уха и тихо произносит:
— Марш к Соколову.
Делаю шаг в сторону. Парни стоят друг напротив друга, как на дуэли, в кольце любопытных зевак. Кто-то даже снимает происходящее на мобильные, но большинство просто затаили дыхание и глазеют.
У этих двоих давние счёты? Не поделили прекрасную Еву?
Вздрагиваю, встречаясь с безумными глазами блондина. Рассматривает, склонив голову, с ещё большим интересом, чем до этого. От дружелюбного парня, которым он был несколько минут назад, не осталось и следа.
— Твоя новая игрушка? — догадывается Змей, показывая на меня пальцем.
— Она никто, — холодно отбивает Гейден, не поворачивая в мою сторону головы. — Девушка друга.
От его тона сердце выпадает из груди и разбивается на миллион осколков. Становится трудно дышать.
Я больше не слушаю, о чём они говорят.
Саша выходит вперёд, и мы встречаемся на полпути. Его нос немного покраснел от холода, в глазах влажный блеск. Он обнимает меня за плечи, притягивая к себе так, словно мы настоящая пара, и пытается увести сквозь толпу.
«Никто», — звучит в голове голосом Гейдена.
До этого момента я не знала, что словами можно нанести большую рану, чем физическими увечьями.
Моё сердце кровоточит, отдаваясь в груди болезненными частыми ударами.
Сволочь.
— Так нравится быть в центре внимания, Лина? — шипит Соколов.
Меняет положение наших тел и вцепляется в мой локоть болезненной хваткой. Всем видом показывая, что не собирается отпускать от себя ни на шаг.
— Это ты меня сюда притащил! Я планировала остаться дома. Куда ты опять подевался? Был бы рядом, ничего не было бы! И вообще, я ничего не понимаю!
— Тебе и нечего понимать, — обрывает Саша, сильнее впиваясь пальцами в мою руку.
Наверняка останутся синяки. Пытаюсь вырвать её, за что получаю ещё одно болезненное сжатие.
— Тихо. Не привлекай внимания.
Голоса за нашими спинами становятся громче, агрессивнее.
— Так что ты забыл на моей трассе, Гейден? Спросил у папочки разрешения покататься?
— Не видел на дороге твоего имени, Илья. Но если ты настаиваешь, это легко исправить.
— Хочешь реванш?
— Именно поэтому я здесь, — твёрдо говорит Мирон.
Ева что-то выкрикивает. Но Змей затыкает её резкими отрывистыми словами. Гейден, обычно сдержанный и контролирующий всё вокруг, отвечает на нападки светловолосого парня сквозь зубы. Почему он его вообще терпит?
Мне всегда казалось, Мирон умеет решать свои проблемы и не допускать возникновения новых. Он вообще миротворец, не конфликтный. Как скажет что-то своим тихим бархатным голосом, так все сразу втягивают головы в плечи и смотрят на своего лидера или оппонента, смотря кем он является в данную минуту, поджав хвост, как верные псы.
Нервный смешок невольно слетает с губ. Саша недобро косится в мою сторону, продолжая тащить меня за собой.
— Кто это? Почему я раньше их не видела? — спрашиваю, когда мы наконец останавливаемся за спинами зевак. — Что они не поделили?
Я растираю предплечья, ёжась от холодного ветра, и прикидываю, где осталась машина Соколова. Скорее всего, его телефон лежит в салоне. План убраться подальше всё ещё в силе. И после обидных, раздирающих душу на тысячи кусочков слов, хочется как можно быстрее воплотить его в реальность.
Саша достаёт сигарету и пихает в рот, задумчиво поглядывая в сторону образовавшегося круга, в центре которого стоят три фигуры. Мне приходится встать на цыпочки чтобы разглядеть происходящее. Ева виснет на Змее, не оставляя попыток увести его, а Мирон, встав в свою любимую расслабленную позу: широко расставив ноги и чуть откинув голову назад, с интересом наблюдает за нападками блондина.
— Старая компания. Бывшие друзья Гейдена, — после недолгого молчания произносит Саша.
Как интересно.
— Почему бывшие? Из-за неё? — киваю в сторону белокурой головы.
— В жизни все проблемы из-за баб, — выплевывает Соколов, переводя на меня взгляд полный ненависти.
— А я думала, все проблемы от отсутствия мозгов, — у каждого своя правда.
— Ты не выполнила условия, Ангелина. Можно сказать, не прошла проверку. Гони карту.
— Чёрта с два, — теперь настала моя очередь плеваться словами. — Ничего не было. Я столкнулась с Ильёй, потом подошел Мирон. Он был с Евой.
Запустив ладонь в карман, проверяю, не потеряла ли я карту, когда падала. На месте.
Саша прищуривается, ничуть не купившись на мое враньё. Нет, ну если он полезет отнимать карту, я её, конечно, отдам. Или дам дёру. Уже пробовала. Бегать с деньгами от мажоров у меня получается отлично.