Летописи вечной войны (СИ)

  
Летописи вечной войны
   
Тысяча Сынов. Замена
 
Мы не спим. В отличие от тех, кто служит Терре, мы не спим… во всяком случае, в обыденном понимании такого слова. 
Мы не спим. Мы размышляем. Мы погружаемся в размышления так глубоко, что братьям приходится выводить нас оттуда. Ведь мы нужны далеко не в каждой битве. 
Но когда мы нужны – мы приходим.
– Их больше, – мрачно заметил Меланхтон, оценивая данные разведки. – По-настоящему больше, брат.
– Коллеги есть? – осведомился Вешат Сатхор.
– Судя по всему – да, – кивнул его собеседник. – И не так уж мало; это же дети Лоргара, в конце-то концов.
Пожалуй, эта картина порадовала бы любого жителя Империума: двое воинов Тысячи Сынов обсуждают будущую схватку с Несущими Слово. Впрочем, большинство живущих в Империуме и названий-то таких не знали.
Меланхтон и Сатхор были похожи; оба родились на Просперо, оба пережили Рубрику (точнее, пережил ее Сатхор, а его коллеги на планете в этот момент и не было), оба были сильными чародеями… только вот внешность была разной.
Кожа Меланхтона отливала сталью, а глаза навсегда почернели; в минуты задумчивости в них скользили серые тени. Сатхор же отличался медной кожей, подобно примарху, а взгляд с незапамятных пор искрился золотом.
Да и характер различался; Меланхтон был значительно спокойнее и рассудительнее товарища. Он и в боевых операциях-то принимал участие редко. Разве что когда выдавался особый случай – как сейчас.
Несущие Слово вознамерились установить на давно покинутой планете свой форпост, и в ближайшие пару лет развернуть полномасштабный поход в миры Империума. Против самой идеи дети Магнуса ничего не имели… только вот этот поход смел бы множество планет, на которых воспитанники Тысячи Сынов трудолюбиво взращивали культы Архитектора Судеб. Через какие-то десятка полтора лет на стороне Хаоса появилось бы немалое количество талантливых и обученных псайкеров, да и просто множество верных сторонников. А поход Несущих смел бы с планет всех без разбору.
Меланхтон, курировавший деятельность культов, попросил воинов Семнадцатого Легиона развернуть свой поход в другую сторону. Понимания не встретил.
В конце концов Несущие пригрозили смести с планеты всех проспериан; отступать дети Магнуса не собирались.
– Нам понадобятся все силы, – мрачно подытожил Сатхор. – Отвлекаем Мержера?
– Без него никак, – согласился Меланхтон.
Нас зовут. Наше имя повторяют, и это отвлекает нас от размышлений. Мы ощущаем интерес: нас нечасто зовут. 
Мы поднимаемся во весь рост и смотрим на пришедшего. Он знаком – это капитан Меланхтон, в полном боевом облачении. Только шлем держит в руках. 
– Нам нужна твоя помощь, Мержер, – говорит он. 
– С кем битва? – частью сознания мы размышляем над тем, как наш голос гремит в этом отсеке. На других кораблях он звучит не так. Над этим можно подумать. 
– Несущие Слово. 
– Фанатики, – отвечаем мы. – Надо взять побольше особых снарядов. 
– Разумеется, – улыбается Меланхтон.
Битва развернулась на улицах давно покинутого города… небольшого, но и на поле вышли отнюдь не миллионные армии.
Тысяча Сынов никогда не воевала огромными количествами, но и Несущие Слово не привели сюда множество своих бойцов. Конечно, их было куда больше, чем проспериан, но те появились здесь раньше, и успели укрепиться.
И неплохо укрепиться. Конечно, фортификаций, подобных творениям Железных Воинов, возвести было нельзя, но и так справились более чем неплохо; благо уже имелась база в виде дома-крепости кого-то из давно забытой местной знати.
Когда очередной магический снаряд расплескался по полупрозрачному мерцающему куполу, лорд Гэввис длинно выругался, пройдясь по всей родословной детей Магнуса.
– Какого Жиллимана мы их еще не разбили? – рявкнул он.
 
– Хорошие командиры, мой лорд.
Тальгер, заместитель Гэввиса, на фоне могучего командира несколько терялся, будучи ниже и легче. Но он был спокоен и рассудителен всегда, даже на поле боя. А еще он превосходно умел добывать сведения; за все перечисленное командир Несущих Слово его и ценил.
– Обороной руководит Меланхтон. Он просперианин, и очень мощный маг. Защитный купол – нечто подобное тем чарам, которыми Магнус и его волшебники закрывали Тизку. Конечно, Меланхтон – не примарх, но и у нас нет огневой мощи кораблей Волков.
– А кто командует дерущимися?
– Вешат Сатхор, мой лорд. Слабее Меланхтона в магии, но опытнее и талантливее в искусстве сражаться и командовать. Он очень хорошо умеет использовать свои войска.
– Я тоже, – мрачно сообщил Гэввис. – И долго они не продержатся, клянусь именем Лоргара.
При взгляде на лорда этому было сложно не поверить. В багровой броне, исписанной изречениями примарха космодесантник выглядел более чем внушительно; единственно, что оружием его был меч, а не крозиус. Звания Темного Апостола лорд Гэввис еще не заслужил, но искренне к этому стремился.
И потому пришел в дикую ярость, когда другой Легион Хаоса ему помешал.
– Что ж, щит им не поможет, – пообещал Гэввис. – Колдунам – сосредоточить усилия на защите; рано или поздно она рухнет. С Сатхором и десантниками справимся и без заклинаний.
– При всем уважении, мой лорд, – кашлянул Тальгер, – я бы не советовал так поступать. Отрядами Тысячи Сынов руководят именно колдуны…
– Ерунда, – отмахнулся лорд. – Они просят помощи только у одного аспекта Хаоса, а нам покровительствует Неделимый. Вперед!
Тальгер едва заметно пожал плечами. Возражать Гэввису в такие моменты было просто бессмысленно; оставалось лишь найти наилучший метод работы.
Поначалу Несущим Слово способствовала удача. По мобильности они противника превосходили, и возможностей для атаки у них было куда больше.
Но весьма быстро выяснилось, что, отступив и заняв некую позицию, отряды Тысячи Сынов дальше не сдвигаются, и любую атаку встречают ураганным огнем и заклинаниями.
Проанализировав ситуацию, Гэввис счел, что лучше всего будет оставить немного воинов, чтобы держать проспериан на местах, а всеми остальными силами ударить по крепости.
Штурмовать стены под огнем Тысячи Сынов лорду совершенно не хотелось; поэтому он приказал разнести ворота и поскорее перейти в ближний бой.
Логичное решение. Наиболее простое.
Гэввис уже мысленно представлял, как доложит вышестоящим об этой битве – она уложится в пару десятков слов. Или даже еще меньше…
Когда ворота распахнулись, то Несущему Слово сначала подумалось, что проспериане сами это поняли, и решили сдаться, или же просто погибнуть в бою.
Абсурдность мысли подтвердилась мгновением спустя – когда бросившихся к проему десантников смело вихрем колдовской силы, снарядов и огня.
Менее быстрые последователи Лоргара остановились… и смогли рассмотреть выдвинувшуюся навстречу громаду.
Массивный, обтекаемый корпус, блестящий синевой и золотом. Могучие руки; одна заканчивается стволами орудий, вторая – тремя когтистыми пальцами.
Алые руны переливаются на броне; из нагрудника выступает нечто, отдаленно напоминающее шлем космодесантника. Глаза пылают неподвижным белым пламенем.
И вся могучая фигура для иного взгляда нестерпимо полыхает ореолом колоссальной магической силы.
Дредноут Хаоса. Дредноут Тысячи Сынов.
Огонь нашей правой руки обращает нескольких противников в груду искореженного металла и изорванной плоти. Мы движемся вперед; справа кидается Несущий, в безумной попытке перехватить. Один взмах руки – и он отлетает, врезавшись в стену. 
Мы машинально отмечаем, какие именно повреждения он мог получить. Надо было вложить чуть больше силы – тогда бы имелась большая гарантия смерти.